Шут - Фрост Кей

Закончив, Тэмпест расплела косу и расчесала длинные волосы, так что они волнами рассыпались по плечам. Сегодня вечером волосы станут жемчужиной в короне ее красоты. Она не станет скрывать свою суть. Перебирая пряди на разный манер, Тэмпест решила наконец заплести несколько маленьких, тугих косичек на макушке, оставив основную часть волос свободно ниспадать волнами по спине и выпустив несколько прядей, чтобы они обрамляли лицо.

Девушка бросила взгляд в сторону балкона. Кто-то побывал в ее комнате и заправил огоньки топливом, а также развесил гирлянды из крошечных подснежников и колокольчиков. Подойдя ближе, Тэмпест высвободила несколько цветков и, вернувшись к зеркалу, вплела их в косички. На этом все.

Поднявшись, девушка подошла к кровати и осмотрела платье. Как, черт возьми, она его наденет?

Стоило принять помощь Никс.

Быстро сбросив одежду, Тэмпест натянула цветные чулки. Заморозь меня, зима, какие же они мягкие и удобные. Вот бы носить их все время. Дядюшки наложили вето на этот предмет гардероба много лет назад, заявив, что носить их неприлично. Взглянув в зеркало, она поняла почему. Они подчеркивали каждый изгиб.

Затем она надела платье, что само по себе достаточно легко, вот только шнуровка сзади – сущий кошмар. Только благодаря умелым и ловким пальцам и постоянным взглядам в зеркало Тэмпест удалось закрепить платье на теле.

Глядя в отражение, она с трудом узнавала себя. Существо, сотканное из снега, льда и жидкого серебра, смотрело на нее в ответ.

– Это… действительно я, – выдохнула она, касаясь стекла кончиками пальцев.

Кицунэ постарался на славу. Помимо того что платье стало самой красивой вещью в ее жизни, оно также оказалось довольно практичным. Передний разрез юбки облегчал движения и позволял мельком увидеть чулки. Сапоги на ощупь походили на масло и облегали икры и колени. Сегодня вечером никаких натертых пальцев на ногах или подвернутых лодыжек из-за непрактичной обуви. Широкая улыбка озарила лицо девушки, когда она обнаружила потайные карманы с разрезами. Идеальные для того, чтобы держать кинжалы при себе.

Пайр все предусмотрел. Хитрый ублюдок.

Именно тогда она заметила пару кружевных перчаток длиной до локтя с изящной вышивкой, которые также лежали на кровати, и еще простую белую коробку, оставленную рядом с маской. Несмотря на красоту, перчатки не отличались практичностью. Если что-то пойдет наперекосяк, не хотелось, чтобы что-то стесняло движения.

Девушка двинулась к кровати, тихо шурша платьем, осторожно открыла коробку и моргнула. Внутри лежало серебряное колье, украшенное опалами, бриллиантами и сапфирами. Она снова моргнула. Как Пайру удалось найти что-то настолько замечательное? Оно превосходило все, что она видела при дворе, даже драгоценности, подаренные королем. Чувствуя дрожь в пальцах, она вытащила колье из коробки и надела на шею, ощущая прохладу металла на коже.

А теперь оружие. Удавка, спрятанная в браслете, который вручил Дима, когда она впервые обошла его в поединке. Смазанные ядом заколки для волос от Алекса, подаренные, когда ей удалось различить десятку самых смертоносных ядов в Хеймсерии. И, наконец, кинжалы, привезенные Максимом, когда он вернулся из поездки на Огненные Острова. Тэмпест пристегнула их ремнями к бедрам и спрятала по одному в каждый сапог.

Почувствовав себя немного лучше, девушка потянулась за последним предметом.

– А теперь простая маска, – прошептала Тэмпест.

Маску сделали из фарфора или похожего хрупкого материала. Она могла разбиться вдребезги, что только делало ее еще более ценной. Аккуратными движениями Тэмпест завязала серебристую ленту на затылке и спрятала ее под косички так, что казалось, словно маска сидит на лице сама по себе.

Повернувшись к зеркалу, девушка изучила свое отражение. В ответ на нее глядела принцесса-воительница. Она покрутилась на месте и еще больше удивилась тому, как легко оказалось двигаться в платье. Лиф сидел плотно, но не давил на ребра, как то платье, которое она надела по просьбе Дестина. В этом наряде можно с легкостью сражаться, несмотря на несколько футов воздушного материала, волочащегося за ней.

Взгляд скользнул по колье. Оно выглядело… как ошейник. Тэмпест фыркнула. В этом весь Шут.

Пора идти.

Распахнув дверь, она практически ждала, что из коридора тут же выскочит Пайр, но там никого не оказалось. Тэмпест пригладила юбку, а затем вздернула подбородок. Не время стесняться и скромничать.

Коридоры, ведущие на бал-маскарад, кишели людьми. Она игнорировала взгляды, пробираясь сквозь толпу в бальный зал. В то время как маски скрывали личность каждого, ее волосы выдавали с головой. Перед взором проплывали лебеди, змеи, львы, драконы, кошки и…

Кицунэ.

Безошибочно узнаваемая фигура Пайра, одетого в великолепный темно-бордовый наряд, который Тэмпест впервые увидела на нем несколько недель назад в лесной пещере. Золотая маска лисы закрывала верхнюю часть лица, и, увидев Тэмпест, он застыл с поднесенным ко рту винным кубком. Медленная улыбка расплылась по губам Пайра, и янтарные глаза под маской, казалось, вспыхнули. Шаги девушки замедлились, а сердце забилось немного быстрее.

Успокойся.

Поставив кубок на ближайший столик и извинившись, Пайр покинул своих собеседников. Когда он направлялся к Тэмпест, толпа перед ним расступалась. Рассматривая его костюм, а затем переведя взгляд на свое платье, девушка приняла предложенную им руку. Вместе они создавали цветовой градиент: от белого к серебристому, от голубого к сиреневому, от бордового к малиновому и золотистому. Понятно, почему Шут выбрал для нее именно это платье.

– Ты неотразима, – шепнул он на ухо Тэмпест. Судя по озорному выражению лица, Пайру доставляло удовольствие то внимание, которое они привлекали.

– Испорчу ли я впечатление, если заговорю? – спросила она, чувствуя внутри озорство под стать Пайру.

Этой ночью в воздухе витало нечто. И в ее платье, и в гостях маскарада было что-то такое, от чего Тэмпест ощущала себя другим человеком.

Это не так. Возьми себя в руки. Сосредоточься на союзниках.

Пайр фыркнул, коснувшись губами ее уха.

– Полностью зависит от того, что ты скажешь, Тэмпест.

Он повел ее в глубь зала, полного изысканно одетых людей, странных масок и душераздирающе прекрасной музыки, которую исполнял струнный квартет на центральном постаменте. По всему пространству огромного, вместительного зала от украшающих его посеребренных подсвечников, хрустальных люстр и встроенных факелов отражался теплый свет.

В воздухе витали ароматы специй: ванили, корицы и чего-то цветочного. Ароматы, которыми Тэмпест с жадностью дышала. Когда проходивший мимо слуга протянул тонкий бокал, наполненный светло-золотистой игристой жидкостью, девушка с радостью приняла его, просто чтобы чем-нибудь занять руки. Выпивка не значилась в списке ее дел. Разум сегодня должен быть холодным.

– Почему на мне маска волка? – спросила она, когда они кружили