Терра и тайна созвездий. Книга I - Мая Сара

Я цепко схватила друга за предплечье.

– Тео, думаю, сегодня – счастливый для нас день.

Глава 21

Темный переулок, крохотный бар в самой отдаленной части города. Много сомнительных личностей, медленно попивающих алкогольные напитки и о чем-то угрюмо беседующих с барменом. Мы, четверо подростков, заняли самый дальний стол, в самом темном углу этого вонючего бара.

Грей монотонно постукивал пальцем по шаткому столу. Он не сводил взгляда с юноши напротив. Сидя рядом с Греем, я пыталась собраться с мыслями, не зная, с чего лучше начать разговор. Тео напряженно молчал.

Феликс хихикнул.

– Вы так на меня смотрите, что мне не по себе. Может, поговорим о чем-нибудь? – предложил он, натянуто улыбаясь.

Грей скрестил руки на груди, внимательно изучая незнакомца.

– Он мне не нравится, – наконец произнес Грей.

Теодор устало вздохнул. Он крепко держал Феликса за худенькое плечо, чтобы тот не надумал сбежать.

– Он никому не нравится, – ответил Тео.

Феликс надул губы, всплеснув руками.

– Эй, я вообще-то все слышу, – пробурчал он.

Парни пропустили его слова мимо ушей.

– Но он может быть нам полезен? – вновь уточнил у меня Грей.

Я коротко кивнула.

– Да.

Если честно, я и сама не понимала, чем этот незнакомец может быть полезен. Но Феликс как минимум был сыном врага.

Для чего Далила ищет книгу, написанную Зодиаком? Я должна узнать ответ на этот вопрос.

После нападения Далила и тот жуткий мужчина бесследно исчезли. Феликс хотел идти за ними, но по моей просьбе Тео успел его задержать.

С тех пор Теодор мертвой хваткой держал Феликса, не позволяя ему отойти от нас ни на шаг. Впрочем, судя по благоговейным взглядам, которые Феликс периодически кидал на моего друга, его это ничуть не смущало. Благородная сила юного Льва восхищала его. Похоже, теперь у Тео появился настоящий фанат.

Старичок Рив стоял у барной стойки и что-то заказывал.

Я повернулась к сидевшему рядом Грею.

– Он сын Далилы.

Парень помрачнел, а Тео присвистнул.

– Сын девицы, которая наслала на вас тех змей?

– Каких еще змей? – Одна темная бровь Грея поползла наверх.

Феликс вновь встрял в наш разговор:

– Мама была не в очень хорошем настроении, ну, все же знают, какими эмоциональными бывают Рыбы. – Он пожал плечами, словно считал произошедшее обычным делом. – Мама призвала любимых змей, когда я и она, – он указал на меня, – попали на крышу. Кстати, все это выглядело так нелепо, правда, Терра? Ты когда-нибудь думала, что будешь голой отбиваться от змей на крыше?

Одно мгновение – и Грей встал. Положил ладони на шаткий стол и навис над Феликсом. Его спина показалась мне скалой. Плечи напряжены. Феликс втянул голову в плечи. Стоявшая на столе свеча зашаталась из стороны в сторону.

– Объясни-ка… – Грей придвинулся, оказавшись в паре сантиметров от лица парнишки. – Что за чепуху ты несешь?

Я изумленно распахнула глаза. Схватила Грея за предплечье, но он не шелохнулся. Темно-лиловые глаза будто выжигали в Феликсе дыру.

Теодор сильнее сжал плечо Феликса, от чего парнишка ойкнул.

– Я… – Капелька пота медленно стекла со лба Феликса. – Я не знаю. Лучше спроси у своей подружки.

К моему лицу прилила краска. Грей вернулся на место и откинулся на спинку стула. Три пары глаз выжидающе уставились на меня.

– Вовсе я ему не подружка, – торопливо сказала я Феликсу. – Произошедшее – чистая случайность, – объяснила я, повернувшись к Грею. – Важнее то, что он может ответить на наши вопросы. Например, для чего Далила ищет книгу, написанную Зодиаком?

Зеленые глаза невинно округлились.

– А с чего ты взяла, что я буду тебе что-то рассказывать?

Я фыркнула. Значит, не так уж он прост, как мог показаться сначала.

– Ладно, тогда почему она разговаривала с тобой как с неродным? Вы же семья.

Феликс вздрогнул и отвел взгляд в сторону.

– Она мной недовольна, – пробурчал себе под нос парнишка.

– Ты задаешь не те вопросы, Терра, – сказал Грей, снова повернувшись к Феликсу. – Что ты делал в том трактире?

– Это не ваше дело. И я даже не знаю, кто вы такие. – Он развел руками. – Вдруг вы тоже плохие ребята.

– Тоже? – не поняла я. – Что значит тоже?

– Слушайте, спасибо, конечно, за ваше «гостеприимство» и «дружелюбие». Но я не собираюсь вам ничего рассказывать. Мой долг – вернуть маму домой и помешать ее грязным планам сбыться.

Для меня все еще было странно думать о Далиле как о матери подростка. Она выглядела очень молодо, а Феликсу на вид не меньше четырнадцати лет.

– Хорошо, – кивнула я, – но, если Далила продолжит насылать на тебя зверей Туманного леса, тебе вряд ли удастся выполнить свой долг. Это так, к слову.

Феликс промолчал и уставился на хаотично танцующий свет свечи. В его глазах блеснула обида.

Теодор вновь протяжно вздохнул. Он отпустил хрупкое плечо юноши. Феликс не был опасен, и сбежать он не пытался.

– Знаешь, мы вовсе не плохие ребята, – сказал Тео, опершись подбородком о кулак.

И я его поддержала, активно закивав.

– Да-да, мы относимся к хорошим.

Настроение Феликса мигом поднялось.

– Правда? Я так понял, вы тоже в поиске той самой книги? Для чего же она вам?

– Ты не хочешь отвечать на наши вопросы, но при этом думаешь, что мы ответим на твои? – Грей склонил голову набок, растягивая губы в ухмылке. – Как интересно… Слушай, не испытывай мое терпение.

Я закатила глаза. Просто прекрасно! Грей снова превратился в надменного грубияна, роль которого он не исполнял уже несколько недель.

Внезапно укус на ноге напомнил о себе. Чуть выше колена я почувствовала режущую боль. Голова пошла кругом, и во рту появился неприятный горький привкус. Я закрыла потяжелевшие веки, надеясь, что боль вскоре уйдет. Сделала несколько глубоких вдохов и, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, снова открыла глаза.

– Что не так? – одними губами произнес Тео.

Я покачала головой. Я так никому и не рассказала о змеином укусе, подумав, что это ерунда. Да и боль утихла. До этого момента.

Тео недоверчиво нахмурился, только-только открыл рот, чтобы что-то сказать… Но тут на наш стол упал квадратный поднос, полный еды. На нем стояло пять деревянных тарелок с вареным мясом, кубиками картошки и свежими овощами.

– Я тут подумал, – довольный нашей изумленной реакцией, сказал Рив, – раз уж мы за