Громовая жемчужина - Анна Гурова

Тем временем малиновое сияние копья распространилось на всё тело жреца. Несколько мгновений оно казалось созданным из одного только света. Потом тело задрожало — и растаяло в воздухе без следа.

— Доброго пути, — прошептал Сахемоти и протянул руку к копью. Но оно, словно истратив последние остатки силы, угасло, почернело и рассыпалось в прах в его руках.

— Ага! — раздался пронзительный, режущий уши женский вопль. — Вот он где спрятался!

— Бей его! — подхватил громоподобный бас. — Бей мятежника!

Ветер бесновался в стенах храма, разоряя богатое внутреннее убранство, обрывая завесы и терзая в клочья цветочные гирлянды. Но троим вошедшим не было дела до урагана. Ветер будто обтекал их; вихри клубились вокруг, не причиняя вреда.

Один из троицы выглядел как монах: строгая одежда, бритая голова, постное лицо. Непонятно только, как в его руке оказался меч. Второй, напротив, блистал золочеными латами, словно полководец на императорском параде. На голове его красовался шлем с плюмажем, с могучих плеч ниспадал багровый плащ. Надменное широкое лицо украшала черная бородка. Третьей была обнаженная женщина, полускрытая дымным облаком. Сквозь ее угольно-черную плоть просвечивало пламя. На разрисованном магическими узорами лице горели свирепые желтые глаза. Прямо из руки вырастал многохвостый огненный хлыст.

Сахемоти выпрямился и мрачно взглянул на богов Небесной Иерархии. Надо же, какая честь — сам Хенму, имперский бог войны. И «монах» — Бессмертный Воитель — этот-то зачем? И демоническая охотница из огненной преисподней, с которой всё и началось. Поняв, что не справляется с мятежным богом одна, она поступилась гордостью и вызвала подмогу.

— Берегитесь копья Хранителя! — раздался голос «монаха».

Демоница ответила хохотом из облака дыма.

— Он безоружен, — она улыбнулась, сверкнув длинными клыками. — Копье сгорело. Что, надеялся скрыться в храме, киримец? Думал, мы тебя здесь не найдем? Вот это я люблю — травить вас по углам, как крыс!

— Долина Высокого Неба капитулировала еще вчера, — раскатистым басом заявил бог в роскошных доспехах. — Твои родственники признали поражение!

— Я и без вас это знаю, — проворчал Сахемоти.

— Тогда почему трепыхаешься? — демоница щелкнула по полу огненным хлыстом.

— Да вот хотел посмотреть, кого ты еще позовешь на помощь, охотница. Не знаю, хватит ли у вас сил, чтобы втроем расправиться с безоружным. Может, послать за Господином Семи Звезд?

Огненный хлыст в руке демоницы вспыхнул багровым пламенем, ощетинился иглами…

— Подожди, — ровным голосом сказал Бессмертный Воитель. — Где второй?

— Да, — подхватил Хенму. — Где бог грома?

— Каминари? Он упал в море.

— Это я его сшибла на лету, — гордо заявила охотница. — Слыхали, как бабахнуло?

— А мне показалось, что он бросился в море сам, — возразил Бессмертный Воитель. — Это неспроста…

Демоница зажмурила удлиненные огненные глаза и принюхалась. Из ее ноздрей вырвались язычки пламени. Бессмертный Воитель поморщился и постарался встать так, чтобы адская охотница оказалась от него как можно дальше.

— Я его не чую! — объявила она. — Существа по имени Каминари больше нет на этом свете.

Сахемоти мысленно перевел дух. Больше всего — гораздо сильнее, чем за собственную жизнь, — он боялся, что боги не поленятся и отправятся в Донную страну искать останки Каминари. Это означало бы конец всего.

— Давайте уж скорее покончим с этим мятежником, — сказал Хенму. — Что-то я устал. Подавлять бунты — такое утомительное занятие…

— Отправьте его в Надзвездную Тьму, — предложил Бессмертный Воитель. — Оттуда не возвращаются даже высшие боги.

Хенму поднял взгляд к потолку и тяжко вздохнул.

— О-хо-хо, опять тащить его наверх? Давайте лучше вышвырнем его на Обратную Сторону кратчайшим путем.

— Как это?

— Да через океан!

— Как бы он не ускользнул по дороге, — сказал Бессмертный Воитель. — Смотрите, здесь ему поклонялись как морскому дракону.

— Дайте-ка мне! — азартно воскликнула демоница. — Сейчас я лишу его возможности ускользать… куда бы то ни было!

— Подожди, охотница, надо исполнить ритуал.

Хенму протянул руку и достал из пустоты огромную алебарду. Оружие распространяло красновато-золотистое сияние. Оно озарило могучую фигуру бога войны, придавая ему торжественный и зловещий вид.

— Умри, мятежный дух, — возгласил он, обращаясь к Сахемоти. — Приговор тебе вынесен и обжалованию не подлежит. Да не будет тебе ни надежды, ни избавления! Имя твое да будет забыто во веки веков!

— И вам того же, — пожелал Сахемоти.

Сахемоти закрыл глаза и погрузился в вихрь мест и времен, стараясь отрешиться от тела и его боли. Боги могут делать с ним всё, что угодно — его нынешняя оболочка больше не имеет значения. Миры, в которых он правил… Храмы, где ему поклонялись… Все обличья, в которых он приходил к людям… Ипостаси и воплощения мелькали в его памяти и исчезали, словно брошенные в огонь свитки. Сахемоти будет жить, пока живы люди, которые его помнят. А что будет потом?..

Наконец на него обрушился удар адского хлыста: разрывающий душу и тело, ломающий кости и волю.

Боги работали быстро и грязно. Сахемоти доставил им немало беспокойства, и в другое время они занялись бы его уничтожением более вдумчиво и тщательно. Даже у обычного колдуна не так-то просто исторгнуть душу из тела, чтобы потом она не вернулась отомстить. Но сейчас было особое время. Свод небес Кирима обрушился, похоронив под собой побежденных богов. За последние месяцы в небесных битвах их погибло несчетное множество. Даже сильнейшим не дано плыть против водопада.

Комком обожженной плоти Сахемоти был брошен в бушующие волны Тайхео. Он медленно опускался на дно, в холодную темноту. Еще немного — и он станет всего лишь развоплощенным духом, выкинутым в хаос. По крайней мере, именно на это рассчитывали боги Небесной Иерархии. Сахемоти надеялся, что его дух отправится в другое место, и ждал смерти так спокойно, как позволяли обстоятельства.

Но всё изменил случай. Из темной толщи воды возник белесый силуэт огромной твари. Вани, прожорливый и безмозглый хищник, привлеченный запахом крови, кружил вокруг растерзанного бога. Сначала Сахемоти воспринял его появление равнодушно, но внезапно ему пришла в голову мысль. Вместо того, чтобы возрождаться в ненадежном человеческом теле, в непонятно каком мире — почему бы не остаться в море? Найти место, куда упал бог грома, и сторожить его. Сколько угодно, до лучших времен. Ведь рано или поздно они наступят…