Столица Света - Йеленна

– Там так тихо, – отметила девочка. – Слишком тихо. Без тебя – совсем не то.

– Предполагаю, ты попыталась разрядить обстановку в свойственной тебе манере, – улыбнулся Андреа.

Пакс загорелась восторгом и принялась рассказывать:

– Мы устроили битву за тесто! Кухня превратилась в настоящее поле битвы!

Она забралась на стол, отодвинув блюдо Андреа.

– Я стояла вот так, будто генерал над картой сражения! Тесто летало повсюду! Вжух! И попало прямо в нос Адриану! А он и не заметил… Я подпрыгнула и увернулась от атаки Северина! У-у-ух, едва успела! Представляешь, тесто просвистело прямо у моего уха! Северин быстро получил за это! Я залепила ему тестом прямо в рот!

Андреа хохотал, глядя на Пакс, которая в красках изображала лучшие моменты великой битвы за тесто. В конце рассказала она подняла руки вверх:

– Настоящий сумасшедший дом! Мы так запачкали Аполлинарии волосы, что Агнессе пришлось потратить целый час, чтобы отмыть их!

– Полагаю, вы понесли соразмерное наказание, – смеялся юноша.

– Она сказала, что завтра не пустит Юлия продавать нам конфеты. Мол, так мы усвоим урок. Но я ни о чем не жалею! И потом, у меня еще полно сладостей!

– У кого ты стащила их на этот раз?

Застигнутая врасплох Пакс скорчила рожицу:

– Тиберий вечно бросает их где ни попадя. И не пересчитывает.

– Нельзя красть у товарищей, светлячок. Так ты можешь потерять их доверие, – пожурил ее Андреа.

– Знаю… – вздохнула девочка.

Андреа не любил поучать Пакс, но ему нравилось направлять ее в размышлениях о жизни. Он помнил, как эта маленькая дикарка появилась в Оффиции. Всю жизнь Пакс слышала, что ей чего-то нельзя, получала наказания, порой гораздо более суровые, чем требовали ее проступки. Девочке довелось выслушать немало криков и обвинений. Пакс были необходимы ласка, терпение и воспитание, и именно этими качествами обладал Андреа. Возможно, именно поэтому она сразу ощутила связь с этим неуловимым, излучающим заботу и сочувствие существом.

– Я принесла тебе лютню, чтобы послушать твою музыку. Так ты будешь играть, или что? – потребовала девочка.

Андреа улыбнулся и укоризненно посмотрел на нее. Пакс тут же переменилась в лице, изобразив невинность.

– Сыграй что-нибудь, ну пожалуйста, – клянчила она.

– Я люблю эту, – и Андреа затянул почти детскую песенку с прыгучим, как мячик, ритмом.

Пакс знала этот мотив наизусть, ведь она столько раз слышала его в Оффиции. Девочка заметила, что Андреа не съел соус, обмакнула в нем пальцы и облизала их под звуки музыки. Им обоим казалось, что терраса стала их убежищем в огромном Фаосе.

Этот вечер отличался от их обычных ночей на крыше Оффиция. Еще каких-нибудь четыре месяца назад они даже представить не могли, что окажутся здесь. Ребята вспоминали свою первую встречу – и какой долгий путь они успели пройти вместе.

18

Праздничные мастерские

– Андреа, сегодня ты будешь руководить кулинарной мастерской, – заявила сестра Агнесса.

Ее слова не обрадовали никого в классе, но юноша все равно приготовился честно исполнить свой долг. Он решил воспользоваться тем, что наставница начала рассказывать о приближавшемся празднике, и прикорнул на задней парте классной комнаты. Ему требовались силы, чтобы пережить следующие несколько часов подготовки к карнавалу. Краем уха он улавливал, что Принцепс рассказывала детям, которые не могли сдержать нарастающее волнение.

– Карнавал не просто праздник! Его корни восходят к традиции отмечать Рождение Света. Ей уже более четырехсот лет. Каждый год люди наряжаются, выходят на улицы и дарят друг другу свечи. Кто-нибудь помнит почему? Да, Конкорд?

– Вот зубрила, – фыркнул Северин.

– Я все слышу, молодой человек! – возмутилась сестра Агнесса. – Прошу, Конкорд, продолжай.

– Потому что карнавал проводят в феврале! – ответила девочка.

– Расскажи подробнее, – попросила Агнесса.

– Это все из-за тумана. Люди делятся свечами, чтобы освещать себе путь.

– Мне бы хотелось услышать больше деталей, – продолжала наставница.

Увидев, что Конкорд расстроилась, Агнесса поправилась:

– … Изначально, действительно, праздник связывали с туманом. Свет плохо проникает через него, и все вокруг становится нечетким. Люди надевают маски, чтобы показать, как в отсутствие света стирается личность. Иногда они перевоплощаются в монстров или мифических существ, а порой стараются казаться красивее, чем когда-либо. В такие моменты Свет не видит нас, и мы примеряем на себя образы, которыми Свет нас не наделял. Люди зажигают свечи, чтобы придать себе надежды. Они встречают Свет, который всегда был рядом даже в долгую зиму. Рождение Света – праздник прославления. Его отмечают в самое темное время года, чтобы отогреть сердца жителей Люкса. Постарайтесь помнить об этом, когда будете веселиться на карнавале.

Оказавшись на улице, подопечные Агнессы тут же позабыли о сути праздника… Младшие дети были в восторге и с нетерпением ждали мастерских, которые в честь праздника проводили старшие товарищи.

– На что Агнесса поставила тебя? – спросила Фисба в конце урока.

– На кулинарный урок, – ответил Андреа.

– Ты легко отделался. Меня она заставляет делать маски… Хуже не придумаешь! Каждый раз мелкие все заливают краской!

– Полагаю, что Эвандеру достались свечи, – решил Андреа.

– Даже не говори… Ты только посмотри на этого блаженного, он прямо излучает энтузиазм, – отметила девушка.

Она указала на юношу, который расположился возле стола для формовки свечей, занятого шуточным боем на мечах из свечей с Тиберием.

– Ему, как всегда, досталась самая легкая задача… – позавидовала Фисба.

– Не соглашусь с тобой. Раньше и мы заставляли страдать тех, кто учил нас. Помнишь Клода? Как-то раз он отвечал за свечную мастерскую. Я опрокинул ему на ногу кастрюлю с воском. В тот день ему пришлось сделать депиляцию!

– Такое не забудешь, – рассмеялась Фисба. – Тебе удалось отговорить его от вступления в Культ. Он не хотел рисковать и становиться Принцепсом Оффиция. Воспитание детей – точно не его конек. Хотя, вполне возможно, что теперь уже у него есть собственные дети.

– Это совсем другое дело. Они его семья, плоть от плоти.

– Да, и я уверена, что его жена уделяет детям куда больше внимания. Распределение ролей, укоренившееся в обществе, так просто не исправить! – иронично произнесла Фисба.

Они редко обсуждали тех, кто вырос и покинул Оффиций. Стоило одному из них выйти за порог, как связь между ними обрывалась. Изредка кто-то мог прислать письмо. Ребята знали только, какое решение принял старший товарищ – присоединиться к Культу или вступить в брак. Однако каждый раз история повторялась.

Выйдя за дверь Оффиция, никто не возвращался обратно. Это была навсегда закрытая книга об их детстве, проведенном взаперти, времени, когда за какие-то несколько Вспышек им приходилось выполнять одно задание за другим. В них либо видели лишь Дар, услугу, которой можно воспользоваться, либо угрозу В последнем случае те, кого коснулся Свет, вызывали страх.

Фисба потерла руки и заключила:

– Тогда я, пожалуй, сразу дам Северину Вспышку и подговорю вылить горшок воска на голову Эвандеру. По