Рыцарь из ниоткуда - Александр Александрович Бушков

– Понимаю, мы доставили вам много неприятных минут, – кивнул адмирал.

– Но игра требовала максимального правдоподобия. Потому мы и заперли вас на ограниченном пространстве, как поросенка в загородке, каким охотники приманивают волков… «Черная радуга» охотилась за вами, а мы смыкали петлю вокруг них. Шла охота на охотника. И допустимые потери оказались неизмеримо ниже намеченных, собственно, они были ничтожными…

– Допустимые потери… – повторил Сварог с горечью.

– Не будьте ребенком. Это война. Зато теперь в наших руках – добрых три четверти членов «Черной благодати». Куклосы в Ронеро практически разгромлены. Уцелевшие разбежались и прячутся, бегут за границу, они еще долго не опомнятся… Таких успехов не случалось лет пятьсот, со времен Катберта-Молота. Понимаете вы это? Не было другого выбора. В сущности, мы, как не раз уже случалось, проделали за ваши тайные службы изрядную работу.

А ваши с принцессой переживания и сантименты – это, простите, ненужная лирика.

Он покачивался в седле, бесстрастный и невозмутимый, глухой к любым возражениям. «Снова в роли куклы, – задыхаясь от бессильного бешенства, подумал Сварог. – И, что самое скверное, не найти убедительных аргументов против адмирала. Как бы ты ни изощрялся, тебе сунут под нос результат, а результат таков, что и в самом деле превращает в сентиментальный лепет все протесты…»

– Значит, вы знали обо мне с той минуты, как мы приплыли в Равену?

– Кое-что о вас мы узнали еще раньше, – сказал адмирал. – Чего вы хотели? Оказаться в гуще столь серьезных событий – и не обратить на себя внимания?

– И все же я усматриваю кое-какие несообразности, – сказал Сварог, пытаясь выглядеть столь же бесстрастным. – Рискуя, вы превзошли меру допустимого. Я уж не говорю о том, что Делию могли убить чисто случайно – при погоне, в стычке… Арталетта, сдается мне, оказалась и для вас совершенно неожиданным сюрпризом? То, что с ней произошло?

– Конечно. В таком предприятии ни за что не обойтись без неприятных сюрпризов и непредвиденных ходов противника. Но она ведь не смогла причинить вам ощутимого вреда? Объявленный нами шаррим, как вы, должно быть, согласитесь, вспомнив все происшедшее, служил в первую очередь вашему удобству. Не считая Арталетты, никто вас не преследовал и не пытался задержать.

– Ну да, – сказал Сварог. – Нас всего лишь умело и продуманно загоняли в Хелльстад. Как вы могли пойти на такой риск? Либо вы с королем – самонадеянные идиоты… либо ваша уверенность в том, что с Делией ничего не случится даже в Хелльстаде, была основана на чем-то весьма серьезном. Я об этом думал уже. Сохранившиеся тексты Таверо, каких нет у других, или нечто иное?

Адмирал помолчал. Впереди зазвучали во множестве фанфары. Уже показались две высокие башни Адмиралтейства, крытые темно-красной черепицей, – голова кортежа приближалась к Морской площади.

– Тексты Таверо, – сказал Амонд. – Так называемые Дополнения к Кодексу. Еще более редкий манускрипт, чем сам Кодекс. Видите ли, за последние сто лет люди, именовавшие себя Серыми Рыцарями, появлялись дважды. Первый, явившийся к снольдерскому двору, был примитивным авантюристом, его разоблачили очень быстро, а там и опознали, сбежать не успел… Со вторым не так просто. По-моему, он искренне верил, что предсказание о Сером Рыцаре относится к нему. Кое-какие обстоятельства благоприятствовали. И король Орса из Вольных Майоров тоже поверил, что Златовласая Привратница – его дочь. Репутация короля позволяла именовать его и Ужасным, королевство Орс когда-то носило прозвище «Длинная земля»…

Сгоряча не обратили внимания, что другие детали предсказания нисколечко не совмещаются с данными действующими лицами. Или обратили, но решили, что строки Таверо не стоит толковать очень уж буквально, достаточно, что совпадает половина… Можно с уверенностью сказать, что Дополнения им были неизвестны. Но о Воротах они кое-что слышали, как-никак Ворота, хоть и бездействующие, были достопримечательностью Демура… Кстати, я до сих пор не знаю, что именно вы там сделали. Как нужно было запереть «дверь, которой нет»?

– Потом, потом, – нетерпеливо сказал Сварог. – Что там было дальше?

– Рыцарь с принцессой и небольшим отрядом отправился в три королевства. И никто не вернулся. Никогда. Теперь вы понимаете, что король должен был твердо увериться? В Дополнениях сказано… – Он прищурился. – Сейчас… «Когда пятнадцать цифр изгонят из города волка, а мертвый станет бесполезным проводником…» Между прочим, мы до сих пор не понимаем, что это означает.

– Потом! Дальше!

– «…и принцесса покинет город, но не по земле и не по воде», – заученно процитировал адмирал. – Когда вы захватили самолет, эти слова нашли превосходное объяснение. – Он холодно улыбнулся. – И оставалось сделать все от нас зависящее, чтобы проверить последнее утверждение: «И принцесса пройдет невредимой через Хелльстад». Собственно, делать ничего и не пришлось, вы полагали облаву настоящей и справедливо рассудили, что путь у вас один, через Хелльстад. Когда вы переправились в Правый Треугольник, мы уже не сомневались, куда вы отправляетесь. И тревожились, скажу вам откровенно, скорее по инерции, за Арталетту, с которой приключилась какая-то беда, а не за Делию. Таверо, бывало, ошибался, но в мелочах, не настолько же… И все закончилось успешно. Вы сделали свое дело, мы свое, не менее эффективно. – Он быстрым, чуть насмешливым взглядом окинул наряд Сварога. – Полагаю, у вас нет оснований жаловаться на судьбу? Я пожилой и много повидавший человек, но и мне, скажу по секрету, немного не по себе, когда рядом едет король Хелльстада.

Вооруженный топором, подозрительно напоминающим прославленное в легендах оружие…

– А вы не боитесь получить по голове этим легендарным оружием? Мне ведь теперь никто не указ…

В холодных глазах адмирала на миг мелькнули обычные человеческие чувства – но страха, пожалуй, все же не было, хоть ты тресни…

– Что ж, если вы считаете, будто исправите этим что-то, вернете кого-то…

– Простите, – сказал Сварог. – Погорячился. И не во мне дело. В конце концов, со мной столько раз играли втемную, что я незаметно свыкся, и злюсь, когда все всплывает, лишь первые пять минут… Но есть еще и она, – он дернул подбородком, указав на Делию. – Она отличный товарищ и отличный солдат, уж я понимаю… Мать вашу так, всегда ведь остаются случайности!

Особенно на войне, большой или маленькой. До определенного момента у вас просто не могло быть твердой уверенности, что все обойдется благополучно.

Случайная пуля…

– Ну, хорошо, – сказал адмирал. – Не хочется отчего-то представать в ваших глазах законченной скотиной. Придется выдать одну из государственных тайн, благо вы не из болтливых. Вы никогда не слышали