Шут - Фрост Кей

В животе девушки громко заурчало. Она проголодалась, и у нее болели ноги. На будущее: нужно усовершенствовать силовые тренировки.

– Может, остановимся в этой гостинице? – спросила она, заметив кошачьи уши и большие совиные глаза у нескольких жителей деревни, стоявших рядом с упомянутым заведением. – Это деревня Оборотней, так что…

– Ни в коем случае, – перебил Брайн, с жаром покачав головой.

– Но…

– Не все Оборотни на нашей стороне. Я думал, в тебе все же достаточно ума, чтобы это понять. И не показывай волосы, иначе из-за тебя нас обоих убьют.

Тэмпест проигнорировала издевательскую насмешку, приложив для этого немало усилий, и дважды проверила свой капюшон. Волосы полностью покрывала ткань.

– Возможно, они просто хотят жить своей жизнью, – рассуждала Тэмпест, бросив последний, полный надежды взгляд на гостиницу. Они прошли мимо крошечной деревушки и двинулись дальше на север. – Не все хотят бороться, Брайн.

– Они трусы, – сказал он, выплюнув последнее слово. – Они изнежены. Думают, что если не будут вмешиваться, то им не причинят вреда? Безумие.

– Может, все, что они могут сейчас сделать, – это защитить свои семьи.

– Единственный способ защитить их семьи – это выступить вместе, единым фронтом.

Тэмпест обдумала его слова. В них была доля правды, и все же…

– Они фермеры. Как, по-твоему, они будут сражаться? У них совершенно нет подготовки.

Брайн промолчал, прекратив спор, поэтому они стойко двигались дальше в уже привычной тишине до тех пор, пока небо не иссушило все солнечные лучи, а темные тучи не подобрались еще ближе.

К тому времени, как они добрались до нужного места, уже наступила полная темнота. Однако Тэмпест смутно распознала город. Откуда ей известно это место? Раньше она никогда не заходила так далеко на северо-запад, кроме того случая, когда ее нашли ребенком. До Испытания Тэмпест была еще слишком юна, чтобы путешествовать из города в город со своими собратьями-Гончими.

– Мне стоит что-то знать? – пробормотала она.

– Тут проворачивают темные делишки. Полно пиратов. – Брайн скользнул по ней взглядом. – Слишком жестокое место для щенят.

Она покажет ему, какой из нее получился щенок.

Тэмпест откинула капюшон и заправила косу за ворот рубашки. Она вновь потянулась к капюшону, но огромная рука вдруг обхватила запястье, впиваясь ногтями в кожу. Зашипев, Тэмпест уставилась на Брайна.

– Какого…

– Спрячь волосы, дура! – отчитал он ее вполголоса. – Не будь идиоткой.

– Ничего я не идиотка, – прорычала девушка, вырывая руку из его хватки. Она натянула капюшон на глаза.

Он хмыкнул.

– Держи рот на замке и следуй за мной.

Тэмпест удержалась от возражений. У Брайна явно было больше опыта в таких делах. Если он советовал ей спрятать волосы, то, скорее всего, в ответ разумнее промолчать. Они спустились в маленький портовый городок, петляя по темным улицам и пустым рынкам, полным мерцающих фонарей. Металлические решетки покрывали маленькие окна всех домов. Учитывая криминальную репутацию города, Тэмпест не удивилась.

Она сморщила нос, когда в ноздри ударил запах плесени и сточных вод. Воняло тут ужасно. Даже хуже, чем в трущобах Дотэ. Ботинки девушки хлюпали, пока они пробирались по грязным улицам, на которых теснились полуразрушенные здания. Зелень от стоячей воды покрывала все каменные и деревянные поверхности. Тэмпест поскользнулась и сдержала рвотный порыв, прижавшись к краю обветшалой аптеки: меж пальцев протиснулась зеленая жижа.

Мерзость.

Вытерев руки о брюки, Тэмпест поспешила за Брайном. Молчаливые дома исчезли, а им на смену на каждом углу начали появляться таверны, заливая улицы светом, громкой музыкой и хриплым смехом. Девушка старалась не пялиться, заметив полураздетых женщин перед борделем. Ночная бабочка встретилась с ней взглядом и улыбнулась.

– Тебе что-то приглянулось? – спросила женщина.

Тэмпест опустила голову и поспешила за волком.

– Мне казалось, я велел тебе не высовываться, – тихо зарычал Брайн.

– Я так и делала, – пробормотала она. – Здесь больше борделей, чем в Дотэ.

Она никогда не видела столько полуобнаженных женщин. Неужели во всех городах так? Внезапно все ее знания о Хеймсерии показались мелкими и незначительными. Почему женщины опускаются до таких вещей? Неужели они не могут найти себе приличное занятие?

– Я слышу, как ты думаешь и осуждаешь. Прекрати.

Тэмпест впилась взглядом в спину Оборотня.

– Я думала, мы должны молчать.

В ответ раздалось лишь ворчание.

Тэмпест оставила размышления и осмотрелась. Чем дальше в город они заходили, тем плотнее их окутывала тишина. Мерзкий запах тухлой рыбы становился все сильнее, и Тэмпест делала неглубокие вдохи только через рот. Заморозь меня, зима, как же отвратительно. Девушка чувствовала противный вкус во рту.

Брайн хохотнул.

– Воняет, что ли? Представь, каково сейчас мне.

– Я бы предпочла этого не делать, спасибо, – прохрипела она, решившись на слабую улыбку, которую все равно скрывал капюшон. Этот обмен фразами оказался первым вежливым разговором между ними.

Они незамеченными шли по докам. Корабли неустанно покачивались в гавани. Тэмпест вглядывалась в черную воду. Не хотелось знать, что скрывается под поверхностью. Брайн остановился рядом с одним из самых больших и дорогих на вид кораблей, стоявших в доках. Она нахмурилась. Корабль выглядел здесь неуместно.

Брайн развернулся и, схватив ее за плащ, притянул ближе. Она удивленно моргнула, взглянув на него, и он прижался плотнее. Какого черта?

Волк наклонился ближе и прошептал:

– Действуй как мой телохранитель. Не говори ни слова, пока я не прикажу тебе. Справишься?

Тэмпест кивнула, потому что именно такой план она сама могла предложить. Девушка понятия не имела, с кем или с чем именно они имели дело. Она осмотрела корабль. Вор, обокравший Шута, явно умом не отличался. Это она знала наверняка.

Брайн поднялся по трапу, и она последовала его примеру, стараясь не споткнуться. Она, наверное, никогда не смогла бы привыкнуть к морской качке: когда вода всколыхнулась, а трап накренился, девушка выругалась себе под нос, оступившись. Не время для купания. Выпрямившись, она постаралась выглядеть как можно спокойнее и ступила на корабль, следуя за Брайном и чувствуя, как скрутило желудок.

Только не блевани. Только не блевани.

Оборотень направился прямо к тому, кто, как она предположила, являлся капитаном судна. В его одежде совершенно не чувствовалось вкуса. Красные бархатные брюки плавно переходили в расшитые сапоги. Он позабыл о рубашке, надев только черный кожаный жилет и повязав изумрудно-зеленый шарф. Татуированные руки, несмотря на мороз, выставлены напоказ. Немногим мужчинам такое под силу. Значит, Оборотень.

Ветер задул огромное пурпурное перо, украшавшее шляпу, прямо мужчине в лицо, и губы Тэмпест дрогнули.

– Проклятая шляпа.

Он сдернул кричаще яркую шляпу с головы, обнажив кошачьи