Столица Света - Йеленна

– И чего ты ждешь? Медаль за домогательства к Фисбе?

– Ничего я не… – заметив на лице Андреа злою иронию, Эвандер проглотил не вылетевшие слова и проворчал. – Просто делаю, что могу.

– Ты мог бы вести себя как друг, вместо того чтобы подкалывать ее. В этом нет ничего дурного. Ничто не запрещает мужчинам и женщинам дружить.

– Тебе легко говорить, ведь любовь тебя не интересует. При желании ты можешь дружить с кем угодно. Я не такой. Я хочу жениться на любимой женщине и создать с ней семью. Что касается Фисбы… она мне небезразлична. Но я понял, что это бесполезная трата сил. Она ищет путь на волю, а не любящего мужа. Я бы хотел, чтобы она увидела свою ошибку. Особенно в свете происходящего. Мне кажется, обстановка становится только хуже. Я заметил это во время выходов в город. Обычные люди все больше презирают нас. Как найти среди них любовь? Даже я порой теряю надежду, размышляя об этом. Только женщина, которую коснулся Свет, подобная мне, сумеет принять меня.

После минуты созерцательного молчания со стороны Андреа Эвандер выдохнул:

– Это так трудно. Было бы просто, сумей я избавиться от этих чувств, отравляющих жизнь и ей, и мне! Обещаю тебе, я приложу для этого все усилия.

– Принятие – уже отличный первый шаг, – успокоил друга Андреа. – Ты способен измениться к лучшему. Ради Фисбы.

Слова Андреа успокоили Эвандера, и он тихо рассмеялся. Перед тем, как покинуть террасу, он сказал:

– Это задание – отличная возможность посмотреть, как мы работаем в команде. Это совсем не то же самое, что в Оффиции. Буду рад поработать с тобой, красотка моя!

Андреа кивнул другу. Тот попрощался и оставил его наедине со звездами. Взгляд Персоны заскользил по небесному склону и зацепился за очертания дворца на соседнем холме. Именно там и развернутся события ближайших дней. К лучшему. Или к худшему.

Взгляд Андреа вновь обратился к сиявшим звездам. Они шептали ему. И он ответил:

– Присматривайте за мной получше. Иначе я присоединюсь к вам раньше, чем думал.

6

Почитатели птиц

Тем временем в королевском дворце еще один человек наслаждался теплом ночи, грезил под звездами и наблюдал за полетом жуков кошенилей. Они появлялись, когда приходили самые длинные дни в году.

Молодая женщина, которой едва ли исполнилось двадцать лет, уже успела сменить роскошный дневной наряд на легкую шелковую рубашку, полы которой развевались от легкого ветерка. Опершись о широкие перила балкона, девушка вглядывалась в созвездия и пыталась вспомнить истории, которые рассказывают о них люди. Она уже успела забыть большую часть звездных сказок, которые ей читал в детстве отец, но помнила те редкие моменты, что они проводили вместе вдали от политических интриг.

Дворец располагался на самой высокой точке Фаоса, но, вместо того чтобы любоваться раскинувшимися внизу огнями города, девушка всегда обращала взгляд к небесам. Всегда только вверх.

– Принцесса Элоиза.

Девушка повернула голову, и ее собеседнику стал виден ее вздернутый нос. Боковым зрением Элоиза заметила, как к ней подходит позвавший ее мужчина. Это был загорелый человек с густой бородой, которую уже успела тронуть седина. Джутовая туника выдавала в нем последователя Культа. На скромном одеянии выделялась лишь золотая брошь с печатью Понтифика. В руках он держал сложенный плащ.

– Ночи сейчас прохладные. Я принес вам плащ на случай, если вы захотите подольше задержаться на воздухе.

Не дожидаясь разрешения, мужчина шагнул вперед и положил плащ на столик, на котором уже стояли кувшин с прохладной водой и хрустальные бокалы.

– Благодарю вас за заботу, брат Мельхиор, – сказала она, не глядя на него.

На мгновение он отступил, но после позволил себе вопрос:

– Принцесса, вы кажетесь обеспокоенной. Все ли хорошо?

– Как мне не беспокоиться, особенно с учетом происходящего, – вздохнула девушка. – С учетом всего, что нам придется предвидеть. Я сама не знаю, готова ли. У меня голова кружится от одной только мысли, что придется принимать дипломатов из шести других стран и выслушивать их лицемерные пожелания счастья. И если, как поговаривают, Империум вдруг решит умереть, то события начнут развиваться еще стремительнее.

Мужчина осторожно приблизился, подойдя к принцессе почти вплотную. Она взглянула на него. Отрицать красоту принцессы Серебряного королевства было невозможно. При свете солнца ее коротко стриженные рыжие волосы отливали медными бликами, а округлая форма лица придавала ему детское выражение, скрывавшее острую решимость, застывшую в зеленых глазах.

Еще одной особенностью принцессы была ее кожа, на которой местами не было пигмента. Витилиго, которое в Фаосе называли «пятнами Света», неизменно привлекало внимание к принцессе. Некоторые из свидетелей ее рождения утверждали, что Свет не просто коснулся принцессы, но даже приласкал ее, оставив на коже эти следы. Однако по городу ходили и другие слухи, предположения, будто витилиго на самом деле указывает на скрытый Дар. Неприемлемый для единственной дочери несговорчивого Анастасия, который восемнадцать лет назад запер всех благословленных детей в Оффициях.

– К этому невозможно подготовиться, принцесса. Ваша судьба исключительна, и Ауспиции предсказали это еще в день вашего рождения. Вы измените мир к лучшему. Беспокойство вполне естественно. Расскажите о своих тревогах мне, а не звездам. Они вам не ответят.

Благодарная улыбка на мгновение осветила лицо Элоизы.

– Это верно. Вы всегда рядом, брат Мельхиор. Верный друг, голос мудрости. Благодаря вам будущее кажется не таким пугающим.

Она отстранилась, глубоко вздохнула и, вытянув руки, оперлась ладонями о перила. Черные горящие глаза Мельхиора задержались на золотой ленте, которую она носила на запястье.

– Кстати, по этому поводу…

Мельхиор прочистил горло, готовясь произнести новость, которая точно не понравилась бы принцессе. Элоиза узнала эту его привычку и насторожилась в ожидании.

– …мои информаторы сообщили, что госпожа Дезидерия вернулась в город.

Поначалу Элоиза нахмурилась, а затем – смягчилась. Эти изменения в выражении ее лица заставили Мельхиора задуматься.

– Тем лучше, – ответила Элоиза.

– Я думал, эта новость вызовет совсем иную реакцию.

– Всегда держите врагов близко, чтобы наблюдать за их действиями, Брат. Отъезд Дезидерии убедил меня во враждебности ее намерений. Я даже опасалась, что она наймет армию. Дезидерия вернулась одна?

– Во всяком случае, без армии. Однако мне сказали, что она знала о слежке. Сейчас она не проявляет к нам враждебности. Возможно, что она уже смирилась. Или же поняла, что ни одна из сторон не может позволить себе раздувать скандал, особенно с учетом причин, по которым мы вынуждены действовать так скрытно.

– Хотелось бы верить в это, Мельхиор… Лицо Мельхиора потемнело. Он сцепил руки в замок и предложил:

– Если пожелаете, могу обеспечить ее отсутствие… Более радикальными методами.

Поняв его намек, Элоиза покачала головой и воскликнула:

– Может, отец так и поступал, но я не такая! Я не убийца! Я лучше его. Сейчас не время погружать Фаос в хаос. Мы не будем делать этого накануне моей свадьбы. Мне не хочется