Человек-паук. Последняя охота Крэйвена - Нил Клейд

Затылок болел, в голове будто стучали барабаны. К головной боли присоединилась пульсирующая боль в ноге, и Питер уже ничего не слышал, даже довольного рычания Крэйвена. Охотник кружил вокруг Человека-паука, как хищник вокруг жертвы. Мышцы Питера расслабились. Он устал и чувствовал, что проиграл. Сколько ни сопротивляйся, сколько ни беги – последнее слово всё равно останется за Крэйвеном.

Все суперзлодеи, будь то Крэйвен, Док Осьминог, Стервятник или кто-то ещё, вели себя одинаково. Упившись триумфом, Крэйвен наверняка испустит боевой клич, а затем утащит Человекапаука в своё полное ловушек и трофеев убежище. Там он несколько часов будет хвастаться, рассказывать о смысле своей жизни, о том, как, победив Человека-паука, он превзошёл всех, кто до него пытался снять Паучку голову с плеч. А пока Крэйвен бахвалится, Питер придумает способ стереть идиотскую улыбочку с лица этого придурка и отправить его обратно на сафари, с которого он притащился.

Этот план никогда не подводил. Питеру нужно лишь подождать, и всё будет хорошо.

Глава двенадцатая

А ТЕПЕРЬ потанцуем.

Переполненный радостью, с улыбкой победителя на губах, Крэйвен отшвырнул копьё и подался вперёд, предлагая Пауку взять его за руку. Паук – Зверь – мешкал, растерянно глядя на него, наверняка подозревая подвох. Затем он поднялся, готовый дать Охотнику бой.

Паук отступил, ища путь для побега, но Крэйвен не отпускал добычу, широко расставив руки и переступая то направо, то налево, оттесняя Паука от края крыши.

Тут Паук кинулся вперёд, делая выпад правой рукой. Крэйвен изящно уклонился. Последовали ещё два удара, затем пинок. Охотник уворачивался, наслаждаясь бескомпромиссной схваткой, и всё шире ухмылялся, стремясь вывести противника из равновесия. Его враг знавал лучшие дни. Паук был утомлён, его грудь тяжело вздымалась. Он еле держался на ногах, и каждый удар давался ему с невероятным трудом. Крэйвен снова поманил Паука и с усмешкой гиены ушёл от очередной атаки.

Иди сюда, Паук. Сразись со мной, как Охотник с Охотником, перед лицом стихии, перед лицом Бога и человека. Я больше не боюсь тебя.

– Иди сюда, – произнёс Крэйвен вслух, и Человек-паук ответил яростным криком и ударом ногой с разворота. Охотник с лёгкостью блокировал удар и от всей души врезал противнику в солнечное сплетение.

Паук повалился наземь, держась за живот, но при этом не сводил глаз с Крэйвена. Тяжело дыша, насквозь промокший Зверь обвинял Охотника в том, что тот отравил его, что нечестным путём добыл преимущество в бою. Сергей лишь улыбнулся. Нечестным путём? Отнюдь. Сегодня всё было по чести. И поэтому он благородно исполнит последнее желание Паука.

Крэйвен достал новый дротик и показал его Пауку, чтобы у того не осталось никаких сомнений. Издав звериный вой, Охотник вонзил дротик себе в грудь. Снадобье попало в кровь, смешиваясь с усиливающими восприятие травами и эликсирами и приведя Крэйвена в исступление. Теперь ставки в этой охоте были равны. Пришла пора завершить главную миссию всей его жизни.

Бросив дротик на землю, Крэйвен отступил от Паука и жестом показал, что тот может бежать, если пожелает. Затем Охотник скрылся в тенях. Человек-паук в замешательстве подошёл к краю крыши и шагнул в пустоту, выпуская паутину и улетая на поиски безопасного места.

Охотник выждал немного и пустился в погоню.

Глава тринадцатая

ЧЕЛОВЕК-ПАУК взял курс на запад, к реке, подальше от жилых районов, а главное, подальше от Мэри-Джейн. Он чувствовал себя как выжатый лимон и никак не мог понять, что задумал Крэйвен. Что бы это ни было, он твёрдо понимал, что Охотник перестал изображать чудака в леопардовой шкуре и положил все силы на то, чтобы победить Человека-паука. Паучье чутьё Питера помутилось от яда, предупреждая об опасности каждый раз, когда мимо проезжало такси или когда Питер пролетал мимо едва видимых столбов и маячивших в ночи небоскрёбов. Нужно было спрятаться, и поживее, пока Крэйвен не добрался до него.

Как и всегда, главным для Питера было убедиться, что в пылу битвы не пострадают случайные прохожие. Однако, если Крэйвен планирует что-то более масштабное, нежели казалось на первый взгляд, необходимо было принять усиленные меры безопасности. Крэйвена надо было увести подальше от близких Питеру людей.

В голове продолжали стучать африканские барабаны.

Рука Питера соскользнула, но он, пролетев один этаж вниз, смог зацепиться за ближайшую стену. Ему хотелось остановиться и отдышаться, но барабаны устроили настоящую бомбёжку у него голове: это означало, что Крэйвен уже наступает ему на пятки. Перед глазами стояли образы Джо Фейса и Неда Лидса, лежащих в могилах со сложенными на груди руками. Поэтому Питер бежал, пока были силы, и даже когда они оставили его, продолжал бежать, позабыв о паутине, в сторону реки Гудзон.

Головная боль усиливается – просто замечательно.

Потеряв равновесие, Питер оказался на крыше одного из домов. Он заполз под массивную вентиляционную трубу, решив, что там достаточно темно и безопасно, но тут же боковым зрением уловил движение. Он ошибся. Преследователь с каждым шагом был всё ближе и наконец настиг его.

Крэйвен накинул на Человека-паука прочную, похожую на паутину сеть с тяжёлыми грузилами. Как ни сопротивлялся Питер, выпутаться не получалось. Псевдопаутина, из чего бы она ни была сделана, оказалась очень крепкой. Даже находясь в наилучшей форме, Питер вряд ли смог бы легко порвать её, а в таком состоянии, как сейчас, на освобождение ушла бы вся ночь. Он оставил тщетные попытки и ждал Крэйвена, прижавшись к земле. Тот приближался с противоположного края крыши. Сеть и костюм Человека-паука насквозь пропитались водой. Дыша как можно ровнее, Питер следил, как Крэйвен вытащил из-за спины новое оружие в чехле. «Меч? Или ещё одно копьё?» – Питер лихорадочно думал, оценивая уровень опасности и вырабатывая планы и стратегии вопреки замутнённому ядом сознанию. Лишь бы ещё раз собраться с силами, разделаться с этим жалким подобием царя зверей и вернуться домой, где Мэри-Джейн залечила бы его раны.

Крэйвен расчехлил оружие. Питер напряг зрение, чтобы получше разглядеть предмет.

Что там у него?

Мышцы слабели, силы уходили, но Питер всё равно пытался сосредоточиться.

Неужели винтовка?

С оружием в руках Крэйвен приблизился и улыбнулся во все тридцать два белоснежных зуба. Хищная ухмылка на мгновение отвлекла Питера от винтовки, которую Охотник вскинул на правое бедро и нацелил на Человека-паука. Паучье чутьё сбилось окончательно. Сердце Питера заколотилось в такт невидимым барабанам, он как мог сопротивлялся, но тьма в его сознании сгущалась, и паника протянула к Человеку-пауку свои толстые, удушающие щупальца.

Крэйвен крепко сжал винтовку бледными пальцами и взвёл курок, ухмыляясь, как бабуин. При виде нависшей над ним фигуры Охотника Человек-паук вновь попытался порвать сеть, проскользнуть сквозь неё, но из-за дождя, паники и яда никак не мог хорошенько ухватиться за волокно.

И зачем только Крэйвену понадобилась винтовка, и почему он так смотрит?..

Крэйвен поднял винтовку, целясь Человеку-пауку в голову.

– Моё честное имя будет восстановлено, – прорычал он.

У Человека-паука внезапно открылось второе дыхание, и он изо всех сил постарался оттянуть от себя сеть.

– Ну же, Крэйвен, – язвительно произнёс он голосом, который, казалось, сперва пропустили через нафталин и наждачную бумагу, – винтовки ведь совершенно не в твоём вкусе. Ты… ты всегда стремился сделать из меня отбивную голыми руками, и честно говоря, сегодня так холодно, что я бы и сам не отказался от хорошей, горячей отбивной. С картошечкой и молочным коктейлем. Может, хватит? Пойдём лучше поужинаем где-нибудь.

Крэйвен пропустил колкости мимо ушей и продолжал ухмыляться. Внутри у Питера похолодело. Он понял, что дурацкие шутки здесь не помогут. Каким слабым и уязвимым он, должно быть, выглядел. В этот раз Крэйвен не был третьесортным шутом со львиной мордой на груди. В этот раз он был вооружён и пощады от него ждать не приходилось.

Его взгляд… в нём что-то… только посмотри в его глаза.

Питер последний раз попытался освободиться, но сеть не поддавалась.

Он упал на колени и уставился на Крэйвена. Разверстое дуло винтовки словно было готово поглотить Питера. Он сосредоточился на безумном блеске в глазах Охотника.

«Это не знакомый мне Крэйвен. Он совсем обезумел», – подумал Питер.

Перед глазами Человека-паука вновь замелькали лица. За завесой дождя он видел то Джо Фейса, то Неда Лидса, то тётушку Мэй, то Бетти Брант, то Джону, то дядю Бена.

Человек-паук потянулся к Крэйвену, умоляя о пощаде.

– Крэйвен, постой. Не…

Мэри-Джейн.

Крэйвен улыбнулся и спустил курок. Питер погрузился во тьму и холод.