Король пиратов - Роберт Сальваторе

Но возглавляющий отряд Ретнора дворф встретил людей словами, а не ударами кистеней, и, когда две группы разошлись, уступив друг другу пол-улицы, два капитана поняли, что их надежды оправдались.

Корабль Ретнора выступил против Дюдермонта.

***

— Ох-ох-ох, — вздохнул Реджис, сидевший на невысокой крыше над аллеей, с которой Дзирт только что прогнал трех бандитов Таэрла.

Дзирт хотел было спросить, в чем дело, но, увидев выражение лица хафлинга, разбежался, подпрыгнул, ухватился руками за край крыши, закинул ноги и, перевернувшись, оказался рядом с другом. Едва он успел сесть, как сразу понял, что так расстроило Реджиса.

Воины Корабля Ретнора, словно муравьи, растекались сразу по нескольким улицам, с легкостью сметая защитников губернатора.

— И вон там тоже. — Реджис указал на северо-запад.

Дзирт проследил за его жестом, и у него сжалось сердце. Ворота Охранного острова снова распахнулись, и на мост вышли солдаты Верховного Капитана Курта. Глядя на действия людей Кенсидана, нетрудно было догадаться, к кому примкнул Курт.

— Все кончено, — произнес Дзирт.

— Лускан погиб, — согласился Реджис. — Надо поскорее вытащить отсюда капитана Дюдермонта.

Дзирт пронзительно свистнул, и через мгновение соседней крыши к ним прыгнула Гвенвивар.

— Отправляйся в порт, Гвен, — попросил ее Дзирт. — Найди для меня самый безопасный путь.

Пантера коротко рыкнула и унеслась прочь.

— Будем надеяться, что у Робийарда есть наготове заклинание для перемещения, — пояснил Дзирт Реджису. — Если же нет, то нас поведет Гвен.

Он спрыгнул вниз и помог спуститься медлительному Реджису. Оба друга побежали назад по той же дороге, которой пришли, придерживаясь кратчайшего маршрута к задней двери дворца.

Не успели они пройти и несколько шагов, как вдруг поняли, что дорогу им загородил дворф весьма странного вида.

— Вот я и встретил Дзирта-дроу, — распевал он. — Мы с ним устроим отличное шоу. Он будет прыгать, и жалить мечами, пока я не прибью его своими шарами.

Дзирт и Реджис, приоткрыв рты, следили за его приближением.

— Ба-ха-ха-ха! — заорал дворф.

— Какой странный коротышка, — заметил Реджис.

***

Робийард приземлился на палубе «Морской феи», уже держа в руке камень, распространявший вокруг чрезвычайно яркий и сильный свет, словно в его пальцах сиял кусочек солнца. Все лацедоны на палубе сразу стали съеживаться, их зеленовато-серая кожа под лучами солнцеподобного маячка мгновенно высыхала и покрывалась морщинами.

— Убивайте их, пока они не очнулись! — закричал Вайлан Миканти, заметив, что многие моряки остолбенели при виде неожиданно появившегося чародея и его могущественного талисмана.

— Выкидывайте их за борт! — подхватил кто-то и вонзил абордажный крюк в ближайшего упыря, пытавшегося загородиться лапами от грозного луча магического камня.

Закаленные моряки, получив существенную поддержку, быстро переломили ход битвы, и многие лацедоны полетели обратно в море, некоторые, спасаясь от жгучего света, прыгали за борт сами, а еще больше монстров были уничтожены ударами мечей и дубинок.

Робийард разыскал Миканти и вручил ему камень.

— Очисти корабль, — попросил он самого опытного моряка. — И приготовьтесь к выходу в открытое море. А я возвращаюсь за Дюдермонтом.

Он начал читать заклинание для перемещения обратно во дворец, но чуть не упал, когда корпус корабля содрогнулся от мощного удара, Из-под палубного настила вырвались языки пламени, и Робийард понял, что в трюме «Морской феи» взорвался огненный шар.

Не говоря Миканти ни слова, чародей бросился к трюмному люку и откинул крышку. Едва он бегом спустился, как в глаза бросилось тело его помощницы, лежавшее рядом с обгоревшим столом, на котором еще стоял хрустальный шар. Робийард торопливо окинул взглядом трюм и замер на месте, увидев, что на стопке мешков из-под зерна удобно устроился Арклем Грит.

— Только не говори, что ты не ожидал меня увидеть, — заговорил лич. — Ты слишком умен, чтобы счесть меня погибшим после взрыва башни.

Робийард попытался что-то ответить, но рот внезапно так сильно пересох, что он лишь молча покачал головой.

***

Капитан Дюдермонт очень неохотно покинул зал для аудиенций и направился к кухне и запасному выходу, где, как он знал, должен был находиться Дзирт. Впервые за долгое время мысли капитана снова обратились к морю, к «Морской фее» и оставшемуся на борту экипажу. Он представления не имел, что именно спровоцировало нападение лацедонов, но такое несвоевременное и пагубное вмешательство наверняка не могло быть простой случайностью.

Крик из коридора слева заставил его вернуться на несколько шагов назад.

— Захватчики во дворце! — испуганно воскликнул кто-то.

Дюдермонт выхватил меч и шагнул влево по коридору, но тотчас остановился. Он дал обещание Робийарду, и совсем не ради собственной безопасности. Пока есть хоть малейшая надежда выиграть битву, ему нельзя ввязываться в уличную драку.

Где-то наверху, в одной из многочисленных комнат дворца, разбилось окно, потом второе.

Капитан резко развернулся и, бормоча себе под нос проклятия, поспешил к кухне.

Сбоку, из темного угла, кто-то выскочил ему навстречу, и капитан заметил нападавшего только боковым зрением. Он с кошачьей ловкостью развернулся, и меч, описав плавную дугу, без труда отбил брошенное копье. Резкий рывок руки назад изменил направление клинка, и лезвие прошлось по груди противника, оставив широкий кровавый след. Человек, захлебываясь от боли, снова рухнул в темный угол.

Дюдермонт прибавил шагу. Он должен быстрее отыскать Дзирта и Реджиса и вместе с ними пробивать путь к спасению для тех, кто еще оставался ему верен.

В кухне послышался какой-то шум, и Дюдермонт распахнул дверь ударом ноги, держа меч наготове.

Но он опоздал: повар уже сползал на пол по стене смертельно раненный в грудь. Дюдермонт повернул голову, отыскивая взглядом убийцу, и не смог скрыть удивления при виде ослепительно пестро одетого человека с окровавленным мечом в руке. На нем была рубашка в красную и белую полоску, подпоясанная ярко-зеленым кушаком, отделявшим ее от еще более ярких штанов небесно-голубого цвета. На голове возвышалась огромная широкополая шляпа с перьями, и Дюдермонт мог только догадываться, какая под ней скрывалась шевелюра, поскольку борода у этого человека была размером почти с голову, черная и жесткая, так что отдельные пряди торчали во все стороны.