Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

Сказать, что Вадим удивился, это совсем ничего не сказать. Он онемел от таких слов девушки, которая по всем каноном его мира должна ненавидеть и строить планы мести.

— А он говорил, что якобы убить они тебя хотели, когда встретили первый раз, что вроде злишься ты на них — продолжала Тина.

— Я злюсь? — Искренне удивилась девушка. — Да я и злится‑то не умею. Вот сыграть злость, это пожалуйста. Не думаешь же ты, что я на сцене тоже взаправду злюсь.

— Выкинь эти вздорные мысли из головы и скажи лучше, согласен катать мою свадьбу по морю или нет? — обратилась Нивея уже к Вадиму.

Вадим только кивнул, по–видимому, так полностью и не оправившись от потрясения, а Тина отпустила Нивею.

— Уверяю, что такое же отношение и у Кайсы с Майрой, они и не вспоминали о вашем экипаже ни разу с тех пор как сошли на берег. Пойми, никто из нас не привык строить планы мести, голова другим занята. Да и ты по–моему сможешь еще сменить свои привычки, а главное образ мыслей.

— Но мы же на каторге до конца жизни наверно, все равно на сторону смотреть будем, пока это над нами висит.

— Вот и отбывайте эту каторгу на нашем корабле, а если поведение будет примерным и помощь от вас реальна, будет вам амнистия императорским указом. Это говорю тебе я, первый советник императора Пресветлая госпожа Тина — закончила она тем самым тоном, которым обычно заканчивала совещания генералитета Империи, как раз перед тем как все встают и уважительно склоняют головы. Непроизвольно встал и немного оглушенный всем этим Вадим.

— Сейчас иди, собери в кают–компании своих людей и расскажи им все то, о чем мы договорились. Да, каторга остается формально, пока вы не амнистированы, но проходить она будет как обычная служба на военном корабле, жалование будете получать согласно регламенту императорского флота. Уж не меньше чем на линкоре флота дадим. Но жалование только на личные счета в Гиномском банке, на руки пока минимум, а на берег по увольнительным.

— Но если хоть один разбитый нос в трактире, или какое воровство, если по вашей вине не обижайтесь. Если отбивались, то другое дело, я Ильф, разберусь, как было дело, только не пытайтесь бежать, лучше повинитесь. Отныне вы хозяева своей судьбы. Посмотрим, как сможете распорядиться шансом.

— А сейчас быстро осваивайте «Тайфун», оформляй его в мою собственность, и прощайтесь со старой жизнью, то есть готовьте к продаже свою шхуну.

Каким‑то чудом Вадим успевал все, и готовил шхуну к продаже, и узнавал, как им найти Гетруса. Остальные члены его команды тоже вертелись как заведенные, видно перспектива нормальной жизни и амнистии крепко запала в их души. Вильям, правда, немного сомневался, что все это долго продержится.

— Понимаешь Тина, для них самое тяжелое не подвиг совершить, а просто, каждый день ходить на службу. В этом вся проблема. Сейчас они совершают подвиг, прорыв к новой жизни, а вот когда это перейдет в рутинную службу, могут начаться сюрпризы — объяснял он Тине.

— Вот ты и втолкуй это Вадиму — посоветовала Тина. — Он вроде не глуп и способен понять, что шанс нужно беречь и лелеять, а уж он, пусть втолковывает все это остальным. Ты ему в этом помоги. Цель, продержаться год, следующая цель еще год, а там посмотрим.

По совету Вана и Вадима, поселились в самой шикарной городской гостинице. Сняли в ней весь верхний этаж. Вадим уверял, что отношение к ним в Мируме зависит от того, насколько роскошно они живут в городе.

Тина и Илика впервые столкнулись с чиновниками Мирума. Ван предупреждал, что их ждет сюрприз. Сам он, будучи гвардейским офицером, сталкивался с ним, но уже очень давно, хотя тоже помнил то чувство безысходности, которое охватывало его при выяснении любого вопроса в Мируме.

Чиновники, принимали, источали любезность, предупреждали каждое желание, проявляли неслыханное усердие, а в результате дело не сдвигалось никуда.

— У меня такое впечатление, что весь свой талант и трудолюбие, они кладут на то, чтобы на решение наших вопросов не посягал никто — жаловалась Тина Илике, выслушав ее совершенно аналогичные жалобы.

Наконец терпение Тины лопнуло, он поставила ультиматум Вадиму.

— Давай сам занимайся официальной частью, а мы уже не можем видеть спокойно эти лоснящиеся рожи. Мы с Майрой пойдем на встречу с Гетрусом, которого ты, наконец, нашел. Все, до конца недели продай шхуну и реши вопрос с документами на «Тайфун». Оформляй его в собственность меня или Илики, лучше Илики, потому что я по их дворцам и кабинетам уже не могу ходить. Нет, еще лучше, на Нивею оформляй. Она это придумала, пусть сама и бегает, заодно ты к ней привыкнешь, не такая она и страшная как кажется.

В портовый кабак, Тина решила пойти только с Майрой, без мужчин, так проще, не привлекая особого внимания, встретится с Гетрусом.

Одетые как портовые шлюхи, они зашли в смрадное помещение обеденного зала и, развязанной походкой, направились прямо к стойке. На вопрос, как найти господина хозяина, который, якобы, посылал за ними, кабатчик, понимающе ухмыльнулся и еле заметно кивнул в сторону небольшой дверцы, расположенной за стойкой бара. Женщины тут же проскользнули в нее, плотно закрыв дверь на задвижку с другой стороны.

— Нам нужно поговорить с Гетрусом — сообщила Тина, нагло разглядывающим их нескольким мужчинам самого бандитского вида.

— Гетрус не с всякими шлюхами будет говорить — сально улыбаясь ответил самый старый из мужчин, явно главный тут — хотя с такими цыпками может и не откажется потолковать.

— Меньше говори и больше делай — прервала его Майра — а то наговоришь лишнего, что он сам тебя потом, за такие разговоры и утопит. А ну быстро сбегал за ним.

— Ты что, шалава, перепила что ли?

Больше никто ничего сказать не успел. Майра, несколькими движениями, связала кнутами всех, кроме старшего. Тина, своим кнутом захватила бутылку с полки на стене и, поставив ее на стол, перед ним и щелчком того же кнута отбила горлышко.

— Возьми эту бутылку и отнеси Гетрусу, это подарок ему от нашего стола. А пока он пьет, расскажи, как эта бутылка попала к тебе, и что стало с твоими дружками в этой комнате. Нам поговорить с ним нужно. Пусть выбирает, как ему лучше, быстро прибежать сюда самому или дождаться пока мы к нему придем. Нам не трудно, мы можем и сами подойти, но разговор тогда другой будет. А теперь марш за ним! И ни слова о нас никому, пока к нему бежишь.

Наставления Тины произвели нужный эффект. Рыси только успели поудобнее усесться и смахнуть со стола мусор, как подошел улыбающийся Гетрус в сопровождении трех громил и с поклоном спросил, о чем именно хотели бы поговорить с ним Пресветлые.

Тина жестом намекнула ему, что нужно поговорить с глазу на глаз.