И ниёр вурту (Я найду тебя) - Valery Frost

— Ты что сделала? — прохрипел Темный, глядя на меня.

Я не ответила, отвернулась и вопросительно уставилась на ворожею.

— Ты поняла?

— Поняла, — я кивнула.

— Будешь сюда еще возвращаться? — Сивральвэ опустилась на стул, толкнула пальчиком белую фигурку короля, опрокидывая его с поля.

— Тут я для себя все решила, Мышка. Спасибо, что показала мне… подсказала…

Я поднялась, готовая к возвращению домой.

— А с ними что будет? — я кивнула в сторону удивленно глядящих на нас братьев. — Не передерутся?

— А я им всю правду расскажу, надеюсь, не поубивают друг друга.

Я ухмыльнулась.

— Спасибо тебе, — кивнула я на прощанье ворожее.

Последнее, что увидела перед прыжком домой — молящий взгляд Микарта и три волшебных слова, срывающихся с губ мага. Но я ему не ответила.

Расторгуев продолжал петь, а я — тянуться к чашке.

— Вот так все просто, — сказала я телевизору. — Кто-то должен уйти…

Мое сознание на пару с выдуманной ворожеей решили дать мне передышку — оставшиеся два мира все никак не желали возвращать меня к себе.

Выходные прошли, я вернулась на работу. Состояние предновогоднего пофигизма все больше овладевало моих сотрудников. Я принимала приглашения на все вечеринки, с головой уходила в работу. Даже начальство мое не могло нарадоваться. Я удивляла всех, в том числе и своего психолога.

Однажды я сходила в гости к следователю по своему делу и попросила показать фото, напавшего на меня человека. И снова была удивлена — кроме длинного носа и высокого лба во внешности Микарта и Кукушкина не было схожих черт.

— Где будешь новый год встречать? — спросила у меня в один из дней подруга.

— Дома! — удивилась я вопросу. — А ты разве не со мной?!

Так я и подписалась на организацию вечеринки у себя. Гулять — так гулять!

Тридцать первого декабря нам подарили выходной день, поэтому и приготовления к застолью мы начали еще с вечера тридцатого. Ну, и конечно, репетицию с распиванием спиртных напитков тоже не забыли.

— С наступающим! — прозвучало на моей огромной кухне и полдесятка рук потянулись в одном направлении.

И тут случился «фьюить». А я уж и думать забыла!

И все же, думаю, я бы осталась в этом мире — лето, травка, птички, солнышко. Все такое нежное и ласковое.

Жалко, что меня в этот мир забросило не в самом начале истории. Но, думаю, что это лишь потому, что до момента встречи на лугу я шла по верному пути.

— Вот как! Сама нашлась! — знакомо прозвучало за спиной.

Я оборачиваться не спешила, хоть и помнила — в этом мире Кильвар находится в крайне плачевном состоянии.

— Вирай! — окликнул меня Темный, и, не дожидаясь, пока я обернусь, объехал меня по дуге.

— Вирай!

Я подняла голову, прищурилась от яркого солнца.

— Слезай, Микарт, и прикажи отправить брата к лекарю.

Мне показалось, что мир замер: заткнулись птицы, погасло солнце, утих ветер. Но… нет, показалось. Земля продолжала крутиться, потому что Темный и не подумал спешиваться.

— Не зли меня, маг, — я одарила красавчика презрительным взглядом. — Не позорься перед своими людьми. Яви широту души…

Темный думал. Его коню явно не нравилась остановка — он гарцевал, мешая сосредоточиться. И мне пришла идея: я зацепила сознание животного и заставила его встать на дыбы. Фокус с первого раза не удался. Микарт сидел в седле крепко. Но ругался он знатно. Особенно, когда все же грохнулся на землю.

— Ты зачем это сделала?! — маг молниеносным движением переместился ко мне и схватил за руку.

Я не сопротивлялась — а зачем? Микарту это было явно по душе. Он плотоядно облизнулся, обхватил меня за пояс и привлек к себе.

— Ты все еще хочешь женить себя на мне? — проникновенно спросила я.

— Да, — не менее откровенно ответил маг, подразумевая совсем не официальную церемонию.

— Тогда тебе придется меня терпеть…

Ответить Темному я не позволила. Зато разрешила себя поцеловать. И пока Темный отдавался чувству, с головой окунаясь в омут, я одарила его славной картинкой — Микарт в ошейнике на коленях перед троном.

Маг мгновенно разомкнул объятия и отшатнулся.

— Что это?! — Микарт все никак не мог восстановить дыхание.

— Это твоя роль в нашей с тобой совместной жизни, — я гаденько улыбнулась. Так когда-то улыбалась ворожея.

Кстати о птичках!

— Микарт, а где Сивральвэ?

Я принялась оглядываться в поисках любительницы поиграть в шахматы. Солнце смеялось надо мной, заставляя жмуриться от бликов на ресницах.

— Кого ты ищешь? — переспросил Микарт так, словно не расслышал.

— Ведьма, говорю, где? Сейчас как раз должен быть ее выход.

— Вирай! — маг больно сжал локоть, разворачивая к себе. — Болотной Мыши давным-давно нет. Сбежала.

Я часто-часто заморгала.

— Как это — сбежала? Когда?

— Лет пять назад, — скривился Темный. — Какого ятедамбля она вообще тебе нужна?!

Я стояла смирно, не пыталась даже вырваться из захвата, и все думала — какой же в этом мире план зловредной ворожеи?

— Ну, хватит, — томно прошелестел голос мага. Я снова оказалась в кольце рук. — Нам пора возвращаться.

Его взгляд беспорядочно метался по поему лицу, рот приоткрылся…

— Еще немного и у тебя слюнки потекут, — предупредила я Микарта, пытаясь остудить его пыл.

— Я не собираюсь ограничивать себя, — шепот раздался у самого уха, мои глаза на миг закрылись, голова была не в состоянии решать здраво.

— Хватит! — я оттолкнула мага, но он решил, что я играю, потому что снова сверкнул глазами и стал разоблачаться, не переставая внимательно следить за мной.

Черт! Где же Сивральвэ? Мне без нее не справиться!

— Стоять! — скомандовала я, перехватив Темного почти в полете.

На мой приказ Микарт лишь хмыкнул.

— Ты мне не поверил, да? — я отходила, пятясь задом. — Ты мне не поверил, Темный? Я тебе сейчас докажу! Тебя ждет жизнь под каблуком!

Образами я более не баловалась. Вместо этого в прямом смысле поработила сознание мага, подмяла под себя и заставила его упасть на колени. Слава богам, что Микарт успел отогнать своих людей и никто не видел его позора.

Он сопротивлялся. Бросал в меня злобные взгляды.

— Видишь, милый? Теперь я — как ты. Всемогущественная, эгоистичная… у тебя есть последний шанс отказаться от меня!

Микарта скрутило. Он почти валялся у меня в ногах, но все еще не сдавался.

— Покорись, Темный, — во мне клокотала злоба, — откажись от меня, и я подарю тебе свободу. Проиграй, чтобы выиграть.

Я почти кричала, но Микарт, стоя передо мной на коленях, не сдавался.