Король пиратов - Роберт Сальваторе

Курт не обращал внимания на эти споры. Он прекрасно понимал, что происходит в Лускане, кто дергает за ниточки и провоцирует драки.

— Что останется от города, когда этот глупец Ворон угомонится? — пробормотал он, ни к кому не обращаясь.

— Охранный остров, — ответил стоявший рядом с ним сержант, и после небольшой паузы Курт одобрительно кивнул.

Размышления Курта и пререкания солдат прервал пронзительный вопль, раздавшийся за дверьми кабинета. Курт резко обернулся, а вместе с ним и все, кто был в комнате, уставились на неожиданно вошедшего гостя.

— Ты жив! — вскрикнул один из солдат, и Курт не мог удержаться от усмешки, заметив иронию его слов.

Арклем Грит не был «жив» уже не одно десятилетие.

— Не беспокойтесь, — обратился лич ко всем присутствующим, подняв руки. — Я пришел к вам как друг.

— Но Главная Башня развалилась на куски! — воскликнул кто-то рядом с Куртом.

— Да, это было красивое зрелище, не правда ли? — усмехнулся Грит, показав пожелтевшие зубы. Улыбка быстро покинула его лицо, и архимаг повернулся к Курту. — Мне надо с тобой поговорить.

В то же мгновение на Арклема Грита нацелилось не менее десятка мечей.

— Я понимаю, что у тебя не оставалось другого выбора, кроме как открыть ворота на мост, — сказал Грит, но мечи не шелохнулись.

— Как ты смог уцелеть и зачем пришел сюда? — спросил Курт, стараясь изо всех сил, чтобы его голос не задрожал.

— Уж конечно, не воевать, — ответил лич. Он оглянулся на решительно настроенных солдат и продемонстрировал глубокий вздох, хотя воздух при этом не шелохнулся. — Если бы я хотел вам навредить, я бы поджег весь первый этаж этой башни, а потом осыпал вас залпом магических снарядов и перебил половину Корабля раньше, чем вы успели бы понять, что происходит, — сказал он. — Ну же, друг мой, ты должен понимать, что мне не обязательно оставаться с тобой наедине, чтобы тебя убить.

Курт долго вглядывался в лицо лича, потом отдал приказ:

— Оставьте нас вдвоем.

Воины недовольно заворчали, но в конце концов выполнили его распоряжение.

— Тебя прислал Кенсидан? — спросил Курт, как только они остались вдвоем.

— Кто? — рассмеялся Грит. — Нет. Я сомневаюсь, чтобы сыну Ретнора было известно, что я уцелел после катастрофы на острове Сабля. И не думаю, чтобы это известие его обрадовало.

Курт слегка наклонил голову набок, выдав свой интерес и некоторую растерянность.

— Нет, за событиями в Лускане стоят другие существа, — заявил Арклем Грит.

— Гильдия Чародеев, — высказал свое предположение Курт.

— Нет, и не они. Если не считать меня, разумеется. Потому что я скорее, чем ожидал, снова заинтересовался этим сборищем бродяг, которое мы называем городом. Нет, друг мой, я имею в виду голоса из темноты. Это из-за них я сегодня пришел к тебе.

Курт сердито сверкнул глазами.

— Боюсь, это плохо кончится для капитана Дюдермонта, — добавил Арклем Грит.

— И хорошо для Кенсидана и Корабля Ретнора.

— И для тебя тоже, — заверил его Грит.

— А для тебя? — спросил Курт.

— И я буду доволен, — сообщил лич. — По правде говоря, я и так доволен, не хватает одной малости.

— Трона Лускана? — предположил Курт.

В ответ опять раздался скрипучий смех Арклема Грита.

— Моя общественная деятельность в этом месте закончена, — признался он. — Я понял это даже раньше, чем корабли лорда Брамблеберри вошли в устье Мирар. Таков уж порядок вещей. Ожидаемый, понятный и, могу тебя заверить, тщательно спланированный. Вероятно, я бы смог справиться с лордом Брамблеберри, но тем самым навлек бы на себя гнев лордов Глубоководья и причинил бы больший ущерб Гильдии Чародеев, чем это небольшое отступление.

— Небольшое отступление? — возмущенно повторил Курт. — Ты же потерял Лускан!

Грит равнодушно пожал плечами, и Курт сердито скрипнул зубами.

— Лускан, — многозначительно повторил он.

— Это всего лишь один из ничем не примечательных городов, — сказал Грит.

— Не совсем так, — возразил Курт, сочтя эти слова очевидной ложью. — Это ось огромного колеса, центр тяжести для богатых регионов севера, востока и юга, да еще с наличием водных путей, чтобы добраться до их сокровищ.

— Расслабься, друг, — замахал на него руками Грит. — Я ничуть не преуменьшаю достоинств твоего любимого Лускана.

Курт замолчал, но по его лицу было ясно, что он не одобряет подобных высказываний.

— Я так сказал лишь потому, что наши потери здесь носят временный характер, — пояснил Арклем Грит. — И еще потому, что верю: город останется в руках разумных и компетентных людей, — добавил он, сопровождая свои пояснения обезоруживающе почтительным поклоном в сторону Курта.

— Так, значит, ты собираешься уехать? — спросил Курт, не вполне понимая, о чем пойдет речь.

Он с трудом мог поверить в то, что Арклем Грит — могущественный и очень опасный великий архимаг — собирается оставить город по доброй воле.

Лич пожал плечами, и в его легких послышалось бульканье накопившегося мускуса и морской воды.

— Возможно. Но, прежде чем уйти, я бы хотел отомстить некоторым чародеям-предателям. По крайней мере, двум из них.

— Арабет Раурим, — догадался Курт. — В этом конфликте она работает на обе стороны, перебегая от Дюдермонта к Кенсидану.

— Пока не погибла, — добавил лич. — На что я очень рассчитываю.

— А кто второй?

— Робийард с «Морской феи», — ответил Грит, презрительно фыркнув, насколько это мог сделать недышащий мертвец. — Я слишком долго терпел «праведное негодование» этого глупца.

— Ни та, ни другая смерть меня ничуть не огорчат, — кивнул Курт.

— Я хочу, чтобы ты помог мне в этом, — сказал Грит, отчего Курт изумленно поднял бровь. — Город разваливается. Мечта Дюдермонта очень скоро превратится в ничто.

— Если только мы не получим продовольствие и…

— Улучшения не будет, — заявил лич. — По крайней мере, в скором будущем.

— Ты хорошо осведомлен, хоть и не показывался в Лускане несколько месяцев. И как мне кажется, абсолютно уверен в своих заявлениях.

— Голоса из темноты… — слегка улыбаясь, повторил Арклем Грит. — Позволь мне рассказать о наших внимательных, хотя и невидимых союзниках.

Курт кивнул, и Арклем Грит начал свой рассказ, подтверждая то, что Курт уже слышал от Морика Бродяги, говорившего по просьбе Кенсидана. Верховный Капитан счел за лучшее утаить свою осведомленность о непрошеных свидетелях от могущественного игрока в дележе Лускана, тем более от игрока с такой мрачной и непредсказуемой репутацией. Курт уже не в первый раз ставил под сомнение заверения Кенсидана о том, что он поможет пережить это трудное для Лускана время.