Равника: Столица гильдий - Кори Дж. Херндон

к непокорному актеру, которого Пушок теперь держала за горло.– Не дергайся, - сказал ‘джек, и осторожно - но не слишком осторожно - просунул лезвие меча между кожаным поясом и толстым костюмом актера. Через мгновенье все было кончено. Пряжка разбилась, как дешевое стекло, ударившись о сцену, и сумасшедший монолог Галлмотта тотчас прекратился. Он рухнул на пол без чувств. С последней драматичной отсылкой к пьесе разбитая маска циклопа раскололась на две части и распалась по обе стороны от актера. Чары, должно быть, были единственным, что держало актера на ногах все это время.

В зале театра началась какофония. Вслед за первоначальным шоком, большинство оставшихся зрителей с огромным удовольствием смотрели настоящую драку вместо театральной. Теперь они снова начали перешептываться. Шепот вскоре перерос в громкий гул благодаря акустике помещения.

- Эээ, дамы и господа… - начал Кос. И в голосе и на лице его явно читался дискомфорт человека, не привыкшего ощущать на себе сотни взглядов.

- Пожалуйста, расходитесь в любом организованном порядке, - перебила его ангел. – Спектакль отменен, а театр закрыт до завершения расследования по делу о ряде нарушений законов Пакта Гильдий и муниципальных постановлений. Лига Воджеков приносит свои извинения за причиненные неудобства и надеется, что вы встретите грядущий праздник Декамиллениума в мире и безопасности. Немного подумав, она добавила, - мы не рекомендуем устроение бунтов и нарушения общественного порядка в преддверье праздника.

* * * * *

Венвел Колкин не принадлежал к типу людей, способных поднять бунт или хотя бы выразить скромное несогласие с чем-либо. Он был торговцем шелком в одной из Оржовских зон отчуждения, и в данный момент находился в отпуске.

Лишь после упоминания ангелом Декамиллениума он оторвал взгляд от сцены и повернулся к жене.

Жены рядом не оказалось.

- Йертруда? – прошептал Венвел. После того, как ответа не последовало, он повторил ее имя снова… и снова, уже крича.

- Эй, толстяк! Тише там!

- Да, вали отсюда! Я за это шоу зиб заплатил!

- Эй, помаши крылышками, ангелок!

Венвел заподозрил, что последнее было обращено не к нему.

- Кто-нибудь видел женщину, сидевшую рядом со мной? – Венвел спрашивал всех, кто мог его услышать. – Ээ, немного полновата. В одежде, как, эээ, как у меня. В шляпе с перьями. Постоянно разговаривала…

- Я платил за спектакль, а не за толстяка!

- Да, - сказал Венвел с взволнованным вздохом. - Не сомневаюсь.

Венвел вглядывался в толпу, тускло освещенную отблеском рамп со сцены. Наконец, ему показалось, что он заметил Йертруду у самого выхода. Ее спина мелькнула в дверном проеме. Он начал думать, что зидо, которые он потратил на поездку в Столицу Равники, лучше было бы потратить на ее психомановую терапию.

- Йертруда, подожди!

Его жены уже не было видно. Венвел выругался про себя и начал протискиваться сквозь толпу к выходу. Полторы минуты потребовалось ему, чтобы выйти из театра на оживленную улицу. Он заметил как минимум шесть новых рыночных палаток, которых не было здесь, когда он входил в театр, и похоже, еще больше их число были в процессе установки. Скоро театр на улице Жестянщиков будет поглощен разрастающимся рынком, и труппе придется переехать в другое место.

Вспотевший торговец шелка остановился, чтобы перевести дыхание, пытаясь выискать в толпе яркие одежды Йертруды. Он решил, что это будет довольно просто, так как большинство людей на улице, по крайней мере, те из них, кто были людьми или хотя бы человекоподобными существами, носили только грязно-коричневые, грязно-серые и выцветшие бледные одежды. Полуденное солнце покидало уличный горизонт и ползло по стенам искусственного каньона улицы, одного из сотен ему подобных в Равнике. Вокруг уже было темнее, чем он ожидал, поскольку полдень уже прошел, и тени громадных строений уже заполнили улицы, а расставленные вокруг фонарные сферы пока еще не зажглись. Его кузен Мюрри предостерегал их от посещения уличного уровня столицы – слишком близко к Старому Раву – нижнему городу, где таились чудовища, темные эльфы и все те, кого вы не хотели бы встретить в свой отпуск. Венвел вздрогнул и оглядел улицу, освещенную тусклым искусственным светом, еще раз.

- Надо было тебя послушаться, Мюрри, - пробормотал он.

Мелькнула бледно-красная ткань, и Венвел увидел, как фигура его жены скользнула за палатку с вывеской броско говорящей о том, что дешевая бижутерия ее владельца была аутентичной и импортной. Он не видел лица фигуры, но сомнений быть не могло. На его удачу, она двигалась медленно, что, в общем-то, не было странным. Что-то не так было с цветом ее накидки. Она выглядела выцветшей, будто отбеленной.

Возможно, он уже был на ложном пути?

- Глупости, - сказал торговец шелком, не обращаясь ни к кому конкретно. На секунду он задумался вернуться в театр и позвать того воджека, или, может быть, ангела, но он и так потратил кучу времени, выбираясь оттуда.

Венвел поправил одежду, сделал глубокий вдох и ринулся сквозь шумную (и весьма пахучую) толпу зазывал, туристов, нищих и торговцев. Все это время он не сводил глаз с палатки, за которую свернула Йертруда. Он чувствовал судороги в животе и желал, чтобы он никогда не знал о гоблинской еде. Через полминуты, проведенной в гуще рынка, Венвел отказался от предложений дюжины различных видов горячего сушеного мяса на палочках, отклонил целый ассортимент освежающих напитков, парфюмов и масел, которые гарантировали лечение практически любой болезни или удовлетворения любой прихоти, и вежливо покачал головой в ответ на вульгарное и противозаконное предложение от полуодетой ящеровидной особи, которая, возможно, была самкой.

- Я извиняюсь… Простите… Никогда таких не видел, нет, спасибо… Да, я верю, что они… извините… - с разумным использованием локтей, извинений и рефлексов, о владении которыми он и не подозревал, Венвел маневрировал сквозь густую массу бурной рыночной жизни, не сводя глаз с кричащей вывески. Палатка стояла на краю рынка, и за ней толпа заметно редела. Он остановился, хлопнул рукой о прилавок перед продавцом и перевел дыхание. – Женщина… только что прошла здесь. Слегка полновата. Одежда как эта. Куда она пошла?

- Шер, - курлыкнула торговка бижутерией. Фигура хозяйки палатки была человеческой, в простых одеждах, но голова у нее была совиная. Венвел никогда не встречал представителей ее вида. Да и большинство населения по всей планете считало этот вид давно вымершим, за исключением, очевидно, столицы. Продавец шелка заметил, что помимо кошмарного сочетания ее собственных блестящих изделий, у совуньи на воротнике была приколота