Дела эльфийские, проблемы некромантские - Ольга Шермер

— Ой дурак, — закатил глаза Ли. — Просто руку в скалу попробуй просунуть.

Ярко-синий взгляд вперился в меня с немым вопросом «ему точно можно доверять?». Я пожала плечами, отчего полуэльф погрустнел, а после неуверенно приподнялся и сначала кончиками пальцев, затем до запястья, а потом и по локоть просунул руку прямо сквозь камень.

— Гил, ты хриссовски удачливый недоумок! — радостно оповестил нас Ли, после чего подхватил сумки и швырнул в полуэльфа. Каким-то чудом тот успел поймать их все, да еще и не сверзиться под их весом. Тем временем сумки кончились, и Ли как ни в чем не бывало протянул Гилу верещащую Полли, которая хоть и испытывала к Гилу явно теплые чувства (друг Тима же, как иначе), но падать даже в его компании очень не хотела. — Таких проходов несколько, я знал про один, но до него мы бы еще вески три, если не больше, добирались. Их в какие-то суровые военные времена зачаровывали, чтобы абы кто воспользоваться не смог или просто так случайно не наткнулся.

Полуэльф снова недовольно крякнул. Благо мы понимали, что если бы порога там не оказалось — полуэльф бы успел обратиться и единственной утратой стал бы только туесок. Иначе в нашей шайке появилась бы сразу пара-тройка поседевших, а то и заикающихся.

— Я за оставшимися вещами, — сообщил Ли после того, как помог спуститься мне.

В пещере было довольно просторно. Помещение напоминало комнату, из которой плавно вытекал коридор, теряющийся в кромешной темноте. В центре даже был выложен из мелких камней круг, в котором осталось почерневшее пятно от некогда горевшего костра.

Последним ввалился Лесс.

— Ты же сказал, что за вещами пойдешь, а принес этого, — «огорченно» протянул Гил, пихая Ли локтем под бок. — Тебя страшно без присмотра оставлять.

— Он клялся, что будет себя хорошо вести, — усмехнулся Ли.

— Кто-то сейчас договорится, — буркнул Лесс и призвал светопульсар, который тут же по-свойски занял место над кострищем и осветил пещеру. Но стоило Гилу отвернуться к сумкам, чтобы, очевидно, найти что-нибудь съестное, как Лесс щелкнул пальцами, и крохотная искорка скользнула тому за шиворот.

Пару ударов сердца ничего не происходило. Потом полуэльф ойкнул и изогнулся. Затем вскочил и начал извиваться, словно в какой-то жуткой ритуальной пляске, вокруг светопульсара, громко хохоча и ругаясь на разных языках, пытаясь вытрясти «щекотку». Поллиэ заливалась смехом, наблюдая за происходящим, Ли жестом показал Лессу, чтобы тот не торопился лишать их удовольствия видеть корчащегося в муках полуэльфа, хотя верлен и так пока прекращать не собирался.

Когда мы разобрали спальные места, а Ли нашел какой-то завалящий сухарь в сумке, Лесс наконец-то сжалился над уже тихо скулящим Гилом, что по-прежнему не прекращал дергаться, и отозвал искру.

— Хорошо, что я щекотки не боюсь, — пытаясь отдышаться, выпалил Гил, устало падая на плед, чем вызвал общий приступ нездорового смеха.

Лесс же ехидно улыбнулся, явно сделав в уме пометку, что хоть магией полуэльфа и не возьмешь, но щекоткой доконать можно.

Ночью я проснулась от того, что меня нещадно тычут в бок, шипя на ухо что-то бессвязное. Разумеется, так варварски меня мог будить… хоть кто. Но на этот раз была очередь Ли.

Я протерла глаза, привыкая к темноте, и пригляделась. В приглушенном сиянии светопульсара были едва заметны силуэты спутников: Лесс замер у поворота, пытаясь спиной вжаться в камень, Гил напротив него держал в одной руке нож для дичи, а в другой — сковородку, точно взвешивая, что тяжелее. Демоница стояла, прижав ладошки к лицу, позади верлена, словно боялась издать лишний писк. А в самой глубине коридора что-то то вспыхивало фосфоресцирующей зеленью, то угасало.

— Что за?.. — Я проснулась моментально, шарахнувшись к стене позади Гила.

— Страж, похоже, — прошептал Ли как можно тише. — Я же говорил, что такие проходы не должны были стать достоянием общественности. И любой случайно забредший встречался со стражем.

— Ты раньше сказать не мог?

— Не мог, — пожал плечами оборотень. — Я забыл. А теперь тихо!

Гил повернулся ко мне и, так и не сумев решить, предложил выбрать орудие мне. Сковородка была явно тяжелее, ножом я скорее всего порезала бы себя в попытке отбиться. Недолго думая, я оставила ему колюще-режущее, и теперь в стены по обе стороны от прохода вжимались мы уже всем составом. Воображение подкинуло мне самую дурацкую картину: ужасное чудовище вваливается пред наши очи, капая слюной и хрипя, а мы тут же призываем светопульсар и, радостно гремя кухонной утварью, выскакиваем перед ним с криками «По-здра-вля-ем!».

Кем бы оно ни было, на его месте у меня случился бы разрыв сердца.

Я проползла чуть дальше по коридору и едва не издала самый позорный звук, на который была способна.

— Если что, когда я вчера говорила «раздери меня хрисс», я шутила, — прошептала я, шустро пятясь на изначальную позицию, а то и дальше, пока зад… спиной не уперлась в оборотня. — Так ему и передайте.

— Кому — ему?

— Хриссу! — чуть не выкрикнула я и прикусила губу.

Одержимые. Проклятые. Как там их еще называли? Порождения зла, потомки алчущих вечной жизни, людей, что добровольно или насильно вступали в связь с самой темной нечистью.

На нас надвигалась слабо фосфоресцирующая фигура ростом, наверное, с полтора Гила, которая, как и наш полуэльф, была невосприимчива к магии. До кучи хриссы чхать хотели на любую боль, они лишь зверели от ударов пуще прежного, да и клыки их и когти были ядовиты.

Почему-то сейчас больше ничего мне не вспоминалось, а теорией «побить» хрисса я не смогу, даже будь это «Теория магии» — один из самых объемных фолиантов, существующих в Греморе.

Внезапно верлен сделал ти-и-ихий и плавный шаг назад, и очень вовремя, ибо хрисс, еще издалека нас почуявший, решил брать наскоком. Они замерли друг напротив друга: выставивший перед собой какую-то палку верлен и с прихрюкиванием дышащее чудовище. Лесс, безусловно, обворожителен, но не настолько, чтобы бесконечно строить глазки хриссу, пока тот не махнет лапищей, мол, да ну вас, скучные какие-то, и не уйдет восвояси.

С боевым кличем «кий-а!» из темноты выскочил Гил, разглядел хрисса поближе, в двух словах сказал все, что думает о его матери и матери его матери, и храбро начал отходить назад. А хрисс удивленно переводил взгляд с одного полуэльфа на другого, затрудняясь решить, кого рвать первым…

Точно! Вспомнила.

Я выпнула Ли ближе к хриссу, сама выскочила следом, грозно потрясая скороводкой, и там, замыкая круг, к нам присоединилась Поллиэ, сжимающая в ладошке klier.