Книга драконов - Джек Данн

— Мам, а мы все равно ну никак не бай-бай! В животике бурчит, и крылышки хлоп-хлоп хотят! Ну расскажи сказочку, м-м-м-ма-а-ам! Чтобы нам ай и ой, а потом бай-бай! Про те времена, когда еще водились такие длинные, такие страшные рыцари…

— Рыцари? Чтобы ты с перепугу вовсе сон потерял? Да вымерли они все давным-давно. А вот некоторым летунчикам, которые никак в две дырочки сопеть не хотят, сейчас ка-ак будет…

— Ну, мам, хоть одну сказочку, самую ма-аленькую… Про прадедушку Александракса! Он ведь жил в те ужасные времена, когда те жуткие рыцари…

— Жить-то жил, только он был умный и посиживал в своей уютной пещерке, а не якшался со всякими лязгающими монстрами. Хотя тут ты прав, мой птенчик-дракончик, был один случай…

— Расскажи! Расскажи!

Мама вздохнула, выпустив тучу искр.

— Ну ладно, маленький. Свернись в клубочек и слушай внимательно, а сам знай помалкивай и не вздумай перебивать.

Так вот, как я не раз уже с гордостью повторяла, твоего прадедушку все вокруг хвалили за осмотрительность и здравый ум. Он не безобразничал, как другие, и в особенности не повторял ошибок некоторых распутников, похищавших принцесс. Ибо твой прадедушка знал, что это верный путь к неприятностям. Обязательно явится какой-нибудь рыцарь, одетый в блестящие скорлупы и с острой стальной царапалкой в кулаке.

О, то были воистину жестокие дни, когда за любым холмом, за любым поворотом дороги можно было напороться на рыцаря, готового выскочить с копьем наперевес и ни за что ни про что пырнуть им какого-нибудь маминого сыночка! Вот поэтому твой мудрый прадедушка и довольствовался работницами да крестьянками… ну, еще время от времени пухленькими священниками, валявшимися с перепою в воскресный вечер у церкви, после усердной службы. Не то чтобы он совсем не поглядывал на принцесс и всяких знатных девиц, но приходилось учитывать, что пролетарии в те времена были дешевы — в одном месте можно было взять хоть с десяток, и только потом дракону приходилось искать новое пастбище. И твой прадедушка это очень хорошо знал. Он не делал ошибок. Он даже при скудном свете звезд с первого взгляда отличал разодетую купчиху от герцогини, из-за которой можно угодить в большую беду, и, хватая первую, далеко облетал вторую. Тем не менее он, как и все мы, задумывался, что же делало человеческую принцессу такой привлекательной и такой вкусной. Почему их защищали так отчаянно и упорно? Может, они были особо сливочными и сочными или хрустели как-то по-особенному? Может, у них особый «букет», как выражаются наши французские соплеменники? Или неповторимый цветочный аромат, которым не могут похвалиться пропахшие дымом селянки? Или, думалось ему, тут вообще нечто совершенно иное, чего не постигнешь, пока самолично не сжуешь хоть одну?..

Но даже в такие моменты слабоволия и блудомыслия папа твоего дедушки понимал, что идти на поводу у жадности слишком опасно, поскольку лакомые принцессочки надежно оберегались в каменных замках и других сохранных местах. Вот ему и оставалось лишь мечтательно поглаживать брюшко, поскольку осмотрительным и осторожным редко перепадают счастливые, они же глупые, случаи.

Только, мой ящереночек, лучше было бы твоему прадедушке вовсе выкинуть подобные мысли из котелка и не позволять ему варить лишнего, потому что в один не самый прекрасный день Вожделение и Случай все-таки встретились, поженились и родили приплод, имя которому было — Прискорбие.

Я к тому, что дедуле твоего папы все-таки попалась однажды принцесса, за которой не усмотрели.

Дочка короля голокожих была костлявой и безмозглой, об этом без толку говорить, это подразумевается. И еще она слишком гордилась своей белой и чистой кожей, что в итоге и стало причиной ее падения (вообще-то, как ты вскоре убедишься, это был скорей взлет). У нее была одна придурь — она любила ночами покидать теплую постельку и вылезать из окна прямо на крышу замка. Там она принимала лунные ванны, подставляя ночному светилу свои тощие прелести. Эта дурочка полагала, будто такие процедуры полезны для кожи — придают-де гладкость. (Может, конечно, оно и так, хотя, во имя Когтистого, кому в здравом уме нужна гладкая кожа?.. После этого уже не удивляет, что в наши дни люди стали так редко встречаться. Здравого ума им определенно недоставало!)

Как бы то ни было, в ту ночь она только-только растянулась на крыше в одной ночнушке, и надо ж было случиться, что как раз в это время твой прадедушка крыланил домой, промахнувшись по кабатчику из ближнего городка и оставшись, таким образом, без тартара на ужин. И надо же — как раз увидел внизу эту самую принцессу, разлегшуюся на крыше, точно лакомая мясная тушка на прилавке мясника! Тут-то и оставило его все здравомыслие. Он живо спикировал вниз, подхватил принцессу и живо помчался домой, в родную пещеру, мысленно уже составляя меню — всякие там панировки из хлебных крошек и нежный запеченный гарнир… И тут, можешь себе представить, принцесса как-то высвободила ногу и, не переставая ругаться нехорошими словами, ка-а-ак пнула твоего прадедушку прямо в животик! Сделала ему бо-бо. А если бы попала чуть ниже… Да-да, глупенький, у драконов в те времена все было точно так же устроено. Нет, малыш, постоянного ущерба твой прадедушка не претерпел. Откуда я знаю? А откуда еще, по-твоему, дедушка мог появиться?..

Ну ладно. Суть в том, что прадедушка был так потрясен и обижен столь неожиданным покушением на святое, что выпустил безмозглую принцессу, и она полетела прямо вниз, а там было за сотню воздушных саженей, и внизу — сосновый лес. Так что приземлилась она, понятное дело, в несколько потрепанном виде. И весьма мертвой.

Твоему прадедушке, однако, подумалось, что из охлажденной принцессы может получиться деликатес не хуже, чем из парной. Он подобрал тушку и благополучно донес до пещеры, где обитал. В те времена он был холост и совсем одинок, потому что твоя прабабуля еще оставалась делом весьма далекого будущего. Некому было приветствовать его там, некому было разделить с ним… Впрочем, именно это ему и нравилось, старому самовлюбленному скряге… Да, таким он был даже в те давно заплесневевшие времена… Словом, он прибыл домой, заранее обливаясь слюнями и предвкушая, как сейчас отведает самую первую в своей жизни принцессу… И вот тут у его порога — бубух, бабах, треск, блям и гром! А потом кто-то его окликает таким страшным голосом, что поврежденная часть прадедушкиного тела совсем съежилась, прячась внутри!

«Эй, ты, там, зловредная тварь! — кричал этот голос. — Похититель принцесс, истребитель девственниц, проклятие нашего королевства! Выходи, подлый трус! Выходи и сразись с сэром Либограном Неуклонным!»