След оборотня - Конрад Левандовский

Остальное время ушло на обычные в подобных обстоятельствах дела, которые закончились уже вечером. Лошадей закрыли в ближайшем сарае, а сами сели ужинать. Заход солнца застал их еще за едой, так что на этот раз они завершили ужин быстрее обычного и поспешно разместились в доме. Большинство забрались на чердак, втащив за собой лестницу. Лишь Ксин, Айро и Ханти отважились внизу ждать мгновения, когда Ириан пробудится от летаргии, подобной смерти.

Котолак присел ближе, шагах в трех от упырихи. Ханти встала позади него, а Айро – у дальней стены. Сверху восемь пар глаз напряженно следили за каждым их жестом или словом.

Ксин бросил взгляд в сторону.

– Открой дверь и оставь открытой, – велел он проводнику.

Тот сделал, что просили, и снова вернулся на свое место.

Снаружи с каждым мгновением становилось все темнее.

В доме давно уже горело несколько восковых свечей, но их слабый свет не разгонял до конца царившего здесь полумрака. Длинные тени предметов и людей слегка покачивались на стенах и глиняном полу, и очертания неподвижно застывших фигур невозможно было разобрать.

Ириан начала оживать…

Ксин почувствовал это еще до того, как она успела открыть глаза, и неприятный холодок пробежал вдоль его позвоночника. То, что лежало перед ним, было не какой-то превращенной в чудовище девочкой, как ему до сих пор казалось, но самой обычной упырихой, готовой без колебаний выпустить им кишки, стоило подобной мысли возникнуть в ее голове. Чутье Присутствия не подтвердило слов Айро: котолак не обнаружил никакой разницы между ней и другой нечистью…

Бежать или гневаться было уже поздно. Ксин напрягся, едва сдерживая ярость на самого себя, и замер, не отрывая взгляда от Ириан. Единственным оружием, имевшимся сейчас при нем, была его кровь, а способ защиты заключался в том, чтобы заставить упыриху его укусить. Он не знал лишь, что делать в том случае, если вместо клыков в ход пойдут когти…

Она вскочила столь быстро, что Ханти и Айро даже не успели заметить ее прыжка – он был подобен блеску меча, рассекающего воздух. Она уже стояла, опираясь спиной о стену. Резкое вибрирующее шипение нарушило тишину, переходя в зловещее кваканье. Взгляд горящих красных глаз Ириан молниеносно пробежался по всей комнате и остановился на лице Ксина. Протяжный горловой звук внезапно стал на полтона тише. Присутствие родственного существа, видимо, застало ее врасплох; она еще раз внимательно посмотрела на Ханти, на проводника, потом снова на котолака, чуть наклонив голову. Открытая пасть закрылась. Когти все ещё слегка подрагивали, но лапы были прижаты к туловищу.

Внезапно нечто иное привлекло ее внимание – платье. Она посмотрела на себя. Кончики когтей коснулись шелковой ткани. Она защемила кусочек и потянула, когти стукнулись друг о друга.

– Ириан…

Она резко подняла голову и пошевелила ушами.

– Ириан… – повторила Ханти.

Она мгновенно повернулась к женщине, вытянув вперед полусогнутые лапы. У Ксина перехватило дыхание, если бы упыриха сейчас напала, то он никак не смог бы защитить от нее жену – Ханти была слишком близко! Любое резкое движение с его стороны могло лишь ухудшить ситуацию.

– Ириан… – В вытянутой к упырихе руке появился гребень, и та напряженно всматривалась в этот предмет.

Котолак стиснул зубы, если бы в этот миг Ириан решила отгрызть Ханти руку, он не смог бы ничего поделать…

Короткий и внезапный вопль обжег его, словно пламя. Упыриха в мгновение ока словно расплылась в воздухе. Шум, лязг и тяжелый грохот! Не думая, ни на что не глядя, он вскочил и в отчаянном, безумном прыжке бросился к Ханти, навалившись на нее всем телом…

Он ждал боли, треска раздираемых мышц, но вместо этого услышал удивленный возглас.

– Опомнись! – послышался сдавленный стон. – Ты меня чуть не убил!

– Что… что случилось?.. – ошеломленно пробормотал он.

– Ну слезь же с меня! Смотри, как я ушиблась… Ведь она убежала!

Только теперь он понял, что весь взмок от пота. Ледяная глыба где-то под сердцем медленно таяла.

– Ушла она, господин, через дверь, ведь открыто было… – поспешно подтвердил Айро.

Ксин встал, глубоко вздохнул и помог подняться Ханти. Они молча смотрели друг на друга.

– Завтра найдешь ее? – неожиданно спросила она.

Он отрицательно покачал головой – с него было до статочно.

– Может, оно и к лучшему… – задумчиво заметила она, – но…

– Ой, с вашего позволения, раз уж нам так повезло, лучше не искушать снова судьбу, – посоветовал проводник.

– Ты прав, – кивнул котолак, – идем спать.

– Нужно подготовить постель, помоги мне, – сказала Ханти.

Ксин склонился над одним из лежавших у стены узлов и начал развязывать опутывавшие его ремни.

– Господин… – В голосе Айро звучало нечто, заставившее его оцепенеть. Очень медленно он повернул голову к двери…

Ириан стояла на пороге, подняв лапы вверх и не издавая ни звука. Потом затрещали доски – на чердаке кто-то резко пошевелился.

Она вошла в дом. Медленно, шаг за шагом, несмело приблизилась к Ханти… Переделанное платье свисало с маленькой жертвы заклятия, словно свободно наброшенная тряпка. Ничего симпатичного.

Ксин наконец успокоился – во всем поведении упырихи чувствовались скорее страх или неуверенность, но не ярость или гнев.

«Она пришла сюда не затем, чтобы драться…» – промелькнула мысль.

Ириан остановилась перед Ханти и внезапно прижалась к ней, совсем по-детски. Женщина отступила на шаг, села, а когда та положила голову ей на колени, взяла гребень и начала расчесывать ее волосы. Ириан закрыла глаза, принимая ласку с робким поскуливанием, а обрадованная Ханти восхищенно смотрела на Ксина.

– Она наша… – прошептала она ему.

С чердака спустили лестницу, и прятавшиеся там начали спускаться вниз. Ириан не обратила на них внимания, даже когда все столпились вокруг нее.

Изумление и неожиданность были столь велики, что никто не решился на какие-либо комментарии. Лишь после долгой паузы Гаро что-то сказал Ксину на ухо, а затем оба вышли из дома и остановились возле сарая, где заперли лошадей.

– Ну, в чем дело? – спросил котолак.

– Капитан, Ириан – это наше оружие? – задал вопрос посланник.

– Не понимаю…

– Ну, она будет сражаться с королевой?

Ксин пожал плечами:

– А зачем ей это?

– Но ведь… она…

– Что – она? – раздраженно прервал его котолак. – Я не для этого ее нашел!

– Но, может быть… как-нибудь ей это объяснить?..

Ксин с сожалением посмотрел на него.

– Даже если бы это было возможно, – холодно сказал он, – то придумай мне хотя бы одну причину, по которой две упырихи стали бы сражаться друг с другом. Ну, я жду!