Проклятые (СИ) - Дарк Анна

— Бессмертный должен пожертвовать человеку своей крови, а потом убить его. Все должно быть на добровольной основе. Если человек каким-то образом заставит Проклятого, то умерев, он не очнётся, а насильное обращение человека, может привести к появлению Демира, — увидев вопрошающий взгляд Катрины, брюнет поспешил пояснить, — Демир это — кошмарная тварь, хуже любого вампира или демона Ада. Они совершенно неуправляемы, не поддаются внушению или дрессировке. Их единственная цель кровь и плоть, и им неважно чьи: человека, животного или даже вампира. Голый инстинкт убийцы, не обременённый разумом. Хотя, порой они способны проявлять дьявольскую изобретательность для того, чтобы добыть пищу.

Слушая Эрика, Кэт поняла, что точно не хотела бы встретить Демира. Страшно представить, сколько бы бед могла натворить подобная тварь.

— Вот почему важна добровольность обращения. Причин этому мы не знаем до сих пор. Наверное это та самая, древняя магия, которая использовалась при появлении на свет первых Проклятых. Конечно и при согласии сторон бывает подобное, но вероятность ничтожно мала. Но если при обращении в вампира, нужно ждать, когда новорождённый сам очнётся, то при создании полукровки, кандидата при помощи медикаментов приводят в себя спустя две минуты после остановки сердца. Кровь бессмертного уже начала менять ДНК человека, но ещё не успела полностью изменить сущность, и как итог — полукровка.

— Господи, — прошептала Кэт, только сейчас осознав всю серьёзность того, через что ей предстоит пройти, — Ты говорил, есть вероятность обращения тварью?

Девушка не хотела становиться безумным монстром, убийцей без души и разума. Сама вероятность подобного ужасала до дрожи души. Девушка и не предполагала, что возможен такой исход.

— Катрина, — Эрик оставил на её губах невесомый поцелуй, - Кэт, я уверен, с тобой этого не случиться, если ты этого действительно будешь хотеть. Потому что я, безумно хочу прожить с тобой жизнь.

Девушка уткнулась ему в грудь и прошептала:

— Очень хочу. Пообещай мне, — немного подумав добавила она, — что лично убьёшь меня, если это случится.

Взгляд мятных глаз обдавал нежностью. Брюнет сжал её ладони. Девушке казалось они находятся в каком-то непонятном вакууме, пузыре, отрезанные от внешнего мира. И в этом пузыре царят исключительное понимание и интимность.

— Обещаю, — тихо ответил Эрик, — Только я уверен, все будет хорошо. Ты моя Единственная, и я не верю, что ты можешь не проснуться.

Сама мысль, что его Катрина может стать Демиром, была губительна для него. Эрик просто не верил в подобный исход, но знал, если такое случится, он тоже не жилец. Мужчина гнал от себя подобные мысли. Судьба не может быть к ним так жестока. Не может.

— Я тоже на это надеюсь, не хочу становиться зомби, — беззлобно пробурчала Кэт.

— На самом деле они не зомби, — рассмеялся Эрик, — хотя ваше телевидение внушила вам именно такой образ. А вот симты, они зомби.

— Симты? — переспросила Кэт, ощущая себя глупо, от осознания как мало она знает о мире, частью которого собирается стать.

— Помнишь когда ты пришла в этот дом, всюду сновали слуги, на лицах которых никогда не было ни одной эмоции?

От воспоминаний о людях-кошмарах, Кэт передёрнуло. Конечно же она их помнила. Эти пустые глаза, до сих пор иногда снились ей в кошмарах.

— Забудешь их, — скривилась она, — у них были такие глаза… Мёртвые. Теперь я понимаю почему. Не зря мне от одного взгляда на них, жутко становилось.

— Они не опасны Кэт, — улыбнулся мужчина, — Без контроля они даже о себе не способны позаботиться. Теоретически, да, они могут напасть и покусать человека, но вероятность крайне мала. Люди умнее и быстрее, силы примерно равны. Так что… Ну ты поняла. Если из не контролировать, они будут бесцельно бродить и разлагаться. И необходимо вводить каждый день сыворотку, дабы их тела замерли в одном состоянии. Симты — это умершие люди, с момента смерти которых прошло меньше шести часов. Как правило, это никому не нужные люди, у которых нет родственников или близких людей.

От обилия информации у Кэт кружилась голова. На нее навалилась жуткая усталость, болезнь давала себя знать. Начало снова клонить в сон, но врождённая любознательность требовала больше знаний.

— А какие ещё из существ, которых мы считаем выдумкой существуют? — полюбопытствовала девушка.

— Нет, Катрина, хватит, — мягко отказал Эрик, — Ты устала. У нас ещё будет время для разговоров. К тому же по твоему лицу, я могу сделать вывод, что ты в шоке, и ты устала.

— Кэт, зови меня Кэт. Пожалуйста, — девушка состроила щенячьи глазки, — И я не устала.

— Кэт… — мужчина будто смаковал имя, стараясь распробовать его на вкус, а Кэт замерла, ожидая вердикта, — Ладно, я попробую. И не спорь со мной. Поспи. У нас теперь уйма времени впереди.

Кэт хотелось возразить, но сильные руки уже заботливо укладывали её в постель. Слова любимого грели её. Он не клялся в любви, но его слова значили для нее намного больше. Он хотел провести с ней вечность и когда-нибудь, она услышит и заветные «я тебя люблю».

Глава 46.

Выйдя из душа, Кэт залюбовалась любимым. Эрик сидел на кровати, вытянув длинные ноги и что-то сосредоточено печатал на ноутбуке. Девушка ещё никогда не была так счастлива. Она и не знала, что так бывает. Все вокруг сейчас виделось в ином свете, за окном стояла серая, унылая погода, но для Кэт мир сиял и переливался яркими красками. Подумать только, через неделю она станет миссис Диккинсон, а вскоре и вовсе сможет с гордостью носить настоящую фамилию Эрика, став его бессмертной женой.

Эрик поднял взгляд и лукаво улыбнулся ей, заставляя её щеки вспыхнуть, ведь всего каких-то полчаса назад они на этой самой постели предавались сладкому, развратному безумству.

— Кэт, — мужчина стал серьёзным, — мне нужно поработать. Я и так все забросил последнее время, а есть вопросы требующие моего вмешательства.

Сердце девушки защемило от нахлынувших чувств. Эрик честно старался выполнять её просьбу и не называть её полным именем, зная, как ей это не нравится, хотя сам придерживался противоположных взглядов. Они вообще во многом были весьма разными. Брюнет в прямом смысле слова был человеком другой эпохи, слишком уж долго он провёл в добровольной изоляции от мира, это сказывалось на его взглядах и лексиконе. Всеми силами Кэт старалась хоть немного вдохнуть в него дух современности, сделать его свободнее и раскрепощённее во взглядах и выражениях. Испортить, как смеясь говорил сам Эрик. Он же в свою очередь наоборот заставлял её быть учтивее, постоянно напоминал о манерах и правилах приличия, которые она намеренно «забыла» уйдя из дома. Они медленно меняли друг друга, Эрик в лексиконе мужчины стали все чаще проскакивать современные, а порой и бранные словечки, а Кэт стала сдержаннее и спокойнее.