Изобретатель чудовищ - Артем Михайлов

Слух Феликса переполняли шелестящие голоса, без конца гипнотически повторяющие: "Магог… Магог… Магог…". Перед панно, опустившись на колени, воздевали руки монахи, твердя эту незамысловатую, леденящую душу молитву. Они были закутаны в черные рясы, под которыми прятали свои уродства.

По законченному мозаичному изображению Магога бежали синеватые блики. Феликс стоял в алом круге портала прямо под ним.

Его появление заметили не сразу. Внимание Магога и его адептов сосредоточилось на испуганной человеческой фигурке, до странности неуместной в фантастической обстановке обители. На несчастном была одежда, от вида которой Феликс давно уже отвык: обычная современная рубашка и брюки, заляпанные клеем. Нечего было и гадать: бедняга старательно повозился, заканчивая мозаику. Но взамен награды, обещанной ему обитателями монастыря, его ожидал шок.

— Силы небесные! На помощь! Смилуйтесь!.. — он пятился и заслонялся руками.

За спиной бедолаги выросла черная тень, рукава рясы взметнулись, как крылья, во мраке сверкнуло лезвие ножа. Несчастный со стоном опустился на землю.

Настоятель монастыря, слепой старец со стеклянными шарами вместо глаз, подошел к Магогу. Он пал ниц перед ящером, протягивая амулет из кристаллов крови:

— Прими наш дар, повелитель!

Тем временем Феликс уже был обнаружен. Заполнившие помещение монахи потянулись к нему:

— Повелитель, кого ты привел с собой?

Они не знали, считать ли Феликса незваным гостем, без спроса вторгшимся на их торжество, или слугой Магога, которого тот взял с собой из своего убежища в земных недрах.

Магог сжал в лапах мерцающий амулет.

— Это враг! Сотрите его в порошок!

Из амулета вырвались языки пламени. Феликс опередил Магога на долю мгновения и увернулся от испепеляющего огня. Несколько монахов превратились в живые факелы и заметались, с воплями натыкаясь друг на друга. Прочие отхлынули в стороны, в экстазе вторя: "Магог… Магог…".

Феликс не пострадал. Он нырнул за колоннаду. Ящер зарычал. Ударами хвоста он стал сокрушать колонну за колонной, стремясь выгнать противника из укрытия.

Феликс уклонялся от сыпавшихся отовсюду обломков. Магог снова послал в него смертоносную огненную вспышку. Скульптуры летунов в стенных нишах рушились со своих насестов, мозаичный зал превратился в ад. Разъяренный ящер сеял хаос, не заботясь о том, что его собственные адепты, не найдя укрытия от его гнева, падали замертво, в агонии взывая: "Магог…"

Опаленный, задыхаясь в дыму, Феликс терпел поражение. Он не мог приблизиться к Магогу, в пистолете оставалась последняя пуля — небольшое ядро, когда-то отлитое из свинца часовщиком. Но это ядро не причинила бы вреда одетому прочной чешуей телу монстра.

Открытый монахами портал испускал энергетические спирали, связывая затонувший в лавовом море космический корабль Магога и затерянный монастырь. Орхидея очнулась в гробовой тишине, наступившей в лаборатории под пылающим куполом, после того как поле битвы переместилось в мозаичный зал. Тишина оглушила разведчицу. Неужели бой, пока она лежала без чувств, уже кончился? Кто победил? У девушки мелькнуло ужасное предположение: Феликс и Магог, наверное, убили друг друга, коль скоро победителя нигде нет.

Алый круг на полу в самом центре лаборатории опоясывали синие прозрачные кольца. Валялось битое стекло, растеклась зловонная питательная жидкость, выплеснувшаяся из колб, распластались, подобно медузам, издохшие отвратительные Надсмотрщики.

С замирающим сердцем Орхидея искала тела Магога и Феликса. Но на глаза ей попался Исидор. Ученый пришел в сознание и, стоя на коленях, шарил среди стекол израненными от осколков руками. Он тщетно силился нащупать выроненный им костяной жезл.

Разведчица принялась трясти его за плечи.

— Исидор, где Феликс? Где Магог?!

— Ох… какой разгром… какой разгром… — невнятно бормотал ученый. — Ох, мои ребра…

— Исидор, опомнись, — тормошила его разведчица. — Феликс и Магог — они оба исчезли!

— Портал, — наконец, сообразил ученый. — Портал активен. Они в монастыре…

Сознание ученого полностью прояснилось.

— Если ты ранен, побудь здесь, — приказала Орхидея. — Я иду в портал!

— Ребра немного помяты, но ничего. Мы переместимся вдвоем, — возразил Исидор. — Монастырь битком набит адептами Магога, ты не справишься сама, Орхидея.

— Сможешь драться?

— Смогу принести пользу, — уточнил ученый. — Нужно извлечь элемент питания из трансформатора. Зарядим жезл!

— Не рассуждай же! Действуй!

Трансформатор, еще недавно подключенный к колбам с Надсмотрщиками, расходовал энергию впустую. Вскрыв его коробку, Исидор вытащил прямоугольный элемент и приложил к своему причудливому жезлу. Костяные отростки плотно обхватили источник питания.

— Не копайся, Исидор! — повторяла Орхидея.

Они с Орхидеей разом шагнули в портал. Миг — и оба перенеслись в мозаичный зал монастыря в самый разгар битвы.

Там царил подлинный Армагеддон. Колоннады были разрушены, под стенными нишами валялись головы разбитых статуй, как будто они тоже приняли участие в сражении и пали в бою. Дымились трупы монахов, которые стали случайными жертвами гнева своего божества. Распространялся запах горелого мяса. В противоположном конце зала Орхидея разглядела громадный силуэт ящера.

— Магог! — крикнула разведчица Исидору.

Силуэт, тонувший во мраке, проявлялся на фоне огненных сполохов.

— У Магога артефакт из кристаллов его собственной крови! — догадался ученый. — Страшное оружие, Орхидея, он уничтожит все!

— Феликс! — отчаянно позвала девушка.

Ей хотелось услышать его голос. Жив ли он еще? Вместо ответа Феликса до Орхидеи донесся нарастающий гул: "Магог… Магог…". Бесформенные черные призраки отделились от стен. Это были монахи в длинных рясах с надвинутыми на лица капюшонами. До сих пор они жались к стенам, ища укрытия от неистовой ярости своего повелителя, не щадящего даже верных адептов.

Они помнили: первый же человек, явившийся в мозаичном зале вслед за Магогом, оказался не слугой, а врагом. Возникновение из портала еще двоих незнакомцев не ввергло их в заблуждение.

Монахи наступали на Исидора и Орхидею. Впереди ковылял незрячий настоятель, протягивая костлявые пальцы, словно нащупавшие чужую плоть. Разведчица разрядила арбалет, и настоятель упал, скрюченными пальцами пытаясь вытащить из окровавленной шеи впившийся в нее болт. Но "призраки" в рясах, не заметили этого, равнодушно переступив через тело. Монахи надвигались, как сомнамбулы.