Шёпот бессмертных - Диана Гамова

— Мы ищем всё, что нам приглянётся, — ответила за всех Таня. Внезапно её глаза снова закатились. Она стояла неестественно прямо. — Тот, кто привёл, тот и найдёт. Все найдут. У самой земли или в земле. Каждый найдёт то, что захочет найти… — Она твёрдой походкой подошла ко мне и с силой сжала руку. — Бессмертная, уходи. Тебе не место здесь. Беги!

После этого Таня развернула меня к выходу и с силой ударила в спину.

Одинаково недоумённые взгляды скрестились на мне. Я же повернулась к Татьяне. Подруга уже пришла в себя и с каким-то ужасом глядела на меня.

— Ксана, уходи. Тебе, правда, тут опасно. Они не любят бессмертных. Ну, уходи же!

— Ладно, — протянула я, неуверенно глядя на колдунью-прорицательницу. — Только держитесь вместе. Криспиан, — я обратилась к стремительно подошедшему англичанину, — пожалуйста, пригляди за Таней.

Он кивнул, но всё же спросил:

— Может, пойти с тобой?

Я отрицательно качнула головой, отчего из косы вылезла прядь, упав на висок и щёку.

— Я-то буду на знакомой земле. Со мной ничего не случится. Присматривай за Таней. Пожалуйста.

— Я не беспомощная, чтоб за мной присматривать, — оскорбилась подруга. — Но Ксанка права, ей опаснее здесь, чем там. — Видя моё непонимающее лицо, Таня пообещала. — Потом всё объясню.

— Удачи, ребята, — обратилась я ко всем, отправляясь назад.

— Не скучай, Рокси, — прищурился Крисп, махнув мне рукой.

— Просто иди прямо. Выйдешь на берегу озера, — предупредил и заодно скоординировал мои действия Грегор.

Я кивнула в знак благодарности и, как можно скорее, побежала к выходу. Мне было тревожно оставлять тут новоприобретённых друзей. Но ничего не поделаешь. Я и сама начинала чувствовать болезненное ощущение где-то в плечах и спине. Будто смотрит на меня кто-то. Недружелюбно так смотрит.

Как и сказал Грегор, я вышла на берегу всё того же озера. Под ногами серая земля стала немного влажной. Небольшая лужица натекла с моей обуви, пока я стояла и смотрела на лёгкую рябь на воде. Поднялся слабый, еле ощутимый ветерок. Небо насупилось тучами.

Интересно, что за цивилизация оставила там свои руины? Или не руины вовсе? Что за незримые хозяева вежливо, но очень настойчиво попросили меня удалиться? Чем им не угодили бессмертные?

Задавая себе эти вопросы, я не находила ответа. Я так мало знаю!

Когда-то Кирана говорила, что с исчезновением шрама на моей спине, ко мне придут те знания, которые я упустила при своём обращении. Но знаний не было. Только странное чувство в душе, как будто клок её неровно оторвали и уничтожили. Я как-то раньше не задумывалась о своих ощущениях. А вот сейчас прислушалась к себе.

Да, сила моя чуток возросла. Я почти на все сто восстановилась после того, как меня чуть не уничтожил Дмитрий. Хорошо Смелой! У неё регенерация гораздо быстрее. Все виверны замечательно переносят любые травмы. Я же только номинально являюсь бессмертной… Очень надеюсь, что это не так.

Я снова повела плечами, сбрасывая чужой взгляд.

Погодите. Какой взгляд? Чей? Я давно вышла на берег, покинув странные каменные развалины… Тут есть люди? Сейчас???

Я посмотрела в стороны. Там, где в десятке метров начинался буковый лес, стояла, прислонившись к стволу, высокая фигура. Поймав мой взгляд, человек поднял руку в приветственном жесте. Я не заставила себя долго ждать и подошла.

Человек был одет по погоде. Куртка с капюшоном скрывала лицо. Руки он спрятал в карманах. На ногах — чёрные джинсы, из-под которых видны дорогие, но уже потрёпанные ботинки.

— Привет, — хриплым простуженным голосом поздоровался человек, откинув капюшон.

Отросшая за месяц светлая челка тут же упала на зелёно-карие колдовские глаза. Он убрал её лёгким точным движением.

— Дима??? — прошептала я, пытаясь не слишком уронить челюсть.

— Да, — хмыкнул он, — меня так зовут. Рад, что ты меня помнишь, настырная ангельша.

Во мне боролись два желания. Первое — съездить ему кулаком по физиономии. Второе — дать оплеуху. Поэтому, сжав губы тонкой полоской, я стояла, не шевелясь.

— Я с миром, — через пару минут произнёс он.

— Как ты нашёл меня? — недоверчиво прищурилась я, скрещивая руки на груди.

— Ты сама искала меня. Разве нет? — возмутился колдун. — И Таня тоже с тобой… Я искал не только тебя, но и её. Кстати, где она?

— Не терпится получить взбучку? — я всё ещё изучала Диму, его поведение, его силу. Нет, он не казался муляжом или иллюзией. В нём я не чувствовала ничего от Боргезова.

Раньше мне казалось, что Дмитрий получил часть его духа. Нет, я ошиблась. Обычный светловолосый парень. Только маг.

— Мы с Таней сами разберёмся в наших отношениях. Лучше не лезь.

— И ты мне угрожаешь? — мои брови удивлённо подпрыгнули. — Либо у тебя совсем нет совести, либо — разума.

Колдун поджал губы, с едва заметным презрением стрельнув в меня взглядом. Ну, всё, сейчас он получит!

— Димка, ты долбанный эгоист! Что такое совесть, тебе вообще не ведомо. Даже не знаю, проснётся ли она в тебе? Прекращай свои дурацкие выходки и умей ценить друзей. Ладно! Может, не друзей, но хотя бы доброжелателей. Вряд ли мы сможем назвать друг друга друзьями.

— Это верно, — скрестил руки на груди Дмитрий. — И с чего бы ты вдруг стала для меня доброжелательницей?

— Так уж вышло, что моя подруга влюблялась в плохих парней. Постоянно. Но твой «уровень плохости» зашкаливает, по сравнению со всеми остальными. Наверное, поэтому она и любит тебя больше всех. Повторюсь, Таня моя подруга. В этом секрет! Я хочу, чтобы она была счастлива. А ты, осёл этакий, вечно делаешь не то, что надо.

— И что я, по-твоему, должен сделать? Теперь, когда ты всё ей рассказала, она видеть меня не хочет!

— Я знаю. — Горестно вздохнув, я подошла к дереву, о которое опирался Дмитрий, и села у его корней, прислонившись спиной к стволу. Ничего, не замёрзну. — Тебе нужно извиниться. Таня очень обижена.

— Ты ради этого хотела меня видеть, бессмертная? — глухо спросил Дмитрий.

— И ради этого тоже. Мне надоело смотреть, как Таня прячет боль за улыбкой. Знаешь, когда она думает, что я её не вижу, у неё такое печальное выражение лица…

— Я не могу вернуться, — Дима тоже сполз спиной по дереву, опустившись рядом. — Она сама сказала, что ненавидит меня и не желает меня видеть.

— Говорю ж, осёл! — улыбнулась я. — Чего ты ждал? Когда правда прорывает нарыв лжи, всегда больно.

Я услышала тяжёлый вздох. Дима молчал, печально глядя на поверхность пруда.

Странно. Чуть больше месяца назад он готов был меня убить. А сейчас сидит рядом подавленный и опустошённый.