В доме Охотника - Светлана Гольшанская

После занятий Финист обычно приглашал Герду погулять по городу и набережной, шутил, смеялся, показывал разные трюки, рассказывал истории из деревенской жизни в Заречье и службе в веломовской дружине.

Его внимание льстило, но постоянные комплименты смущали, а признания ставили в неловкое положение, потому что чем ближе она с ним сходилась, тем больше понимала, что никогда не сможет ответить взаимностью. Он навсегда останется лишь другом. Только как объяснить это Финисту?

Единственное, что скрашивало тоску и вызывало интерес — недавно открытая способность читать мысли. Теперь хватало времени и сил, чтобы проследить, почему в голове появляются голоса собеседников, когда те не открывают ртов. Это происходило сразу после занятий, после того, как Герда отражала способность Финиста разговаривать с животными. И длилось некоторое время, пока они шли, держась за руки. Герда слышала обрывки мыслей оборотня уже никак не связанные с животными. Правда, она не всегда могла их понять, а еще чаще смущалась и заливалась краской от некоторых его идей. Тогда она радовалась, что может только слышать, а не видеть картины, которые живописало его буйное воображение. О таких мыслях своего друга Герда предпочитала не знать. Вместе с тем, было интересно, посещают ли они только Финиста или об этом думают все мужчины без исключения. Наверное, так и есть. Единственный человек, в ком Герда не могла заподозрить подобных помыслов, был Николя. Она вообще с трудом представляла, чем занята его голова, кроме борьбы с демонами и дел компании Норн. Наверное, поэтому так сильно хотелось прочесть именно его мысли.

Способность к телепатии, к сожалению, сохранялась недолго. Правда, благодаря некоторым ухищрениям, удалось выяснить, что читать Герда может не только Финиста, но и Вожыка с Эглаборгом, и даже Майли, если повстречать их сразу после занятий и взять за руку. Впрочем, их мысли были далеко не такие крамольные, как у Финиста, а больше занятые повседневными делами. Не выходил фокус только с Николя. Насколько бы быстро Герда не старалась поймать его после занятий, ничего не выходило — она все время натыкалась на глухую каменную стену. Будто и не было этой способности. Николя, впрочем, наблюдал за ее опытами с лукавой усмешкой, словно понимал, что Герда делает и даже знал, что все попытки обречены на провал.

Еще больше злило, только когда Финист дотошно расспрашивал о Николя и сравнивал себя с ним. «Что вы с ним делали? Тебе это нравилось? Он не предлагал тебе ничего такого? Со мной тебе лучше, чем с ним?» Порой эти вопросы доводили Герду до бешенства, а Финист всерьез не понимал, из-за чего она обижается. В таких случаях очень кстати пришлось упражнение, которому Николя научил ее в самом начале: закрыть глаза, сосредоточиться на дыхании, сосчитать до десяти и услышать шепот ветра. Правда, последнее получалось далеко не всегда, зато раздражение и усталость как рукой снимало. И она снова могла мило улыбаться и переводить разговор на более приятные темы.

Дневник Лайсве стал для Герды отдушиной. Наследница древнего рода Стражей переживала те же проблемы: недавно открывшийся дар читать мысли, расшатанные до предела нервы и путаница в собственных чувствах. Герда радовалась, что не одна такая. Лайсве как-то через это прошла, значит и она справится.

«После расставания с Найтом *дважды зачеркнуто* Ходоком (никак не могу заставить себя поверить, что мой нежный возлюбленный и демон с головой летучей мыши — одно и то же существо), у нас совсем не осталось времени, чтобы придти в себя. Вейас предложил дождаться его возвращения в Упсале или в подземном дворце жителей холмов (после происшествия с Ходоком они ко мне как-то разом потеплели… или брат так на них повлиял? или мой недавно проснувшийся дар?), но я отказалась. Если я действительно телепат, то это мой единственный шанс пройти испытание и доказать, что я могу быть кем-то иным, нежели женой высокопоставленного Стража и матерью его наследника.

Поэтому на рассвете следующего дня мы выдвинулись в путь на полудемонических лошадях жителей холмов в сопровождении «почетного караула». Видно, до сих пор надеются свою принцессочку за моего брата выдать. Правда, приворот действовать перестал. Вейас за это время о ней не вспоминал. Уж я-то доподлинно знаю, ведь всю дорогу тренировалась на нем читать мысли. Ну и на жителях холмов тоже. Жаль, с ними получается хуже, чем с Вейасом. Все-таки они не люди.

Удивительно, теперь то, что мне приходилось наблюдать со стороны, я могу делать сама. Мы с Вейасом всю жизнь были неразлучны и учились всему вместе. То, что ему рассказывали на занятиях наставники, он потом передавал мне, а я помогала ему тренироваться. Как видно, не зря. Осталось лишь научиться применять знания на практике. Хорошо бы еще найти подходящего мужчину, чтобы к моменту испытания дар раскрылся полностью, и попутно не возникло никаких неприятных неожиданностей. С нелюдями больше связываться не хочу, а единственный человек в нашей компании — мой брат».

Герда смутилась. Зачем Лайсве понадобился мужчина и как бы он помог раскрыть ее дар? Решила при случае расспросить об этом Финиста, правда, что-то подсказывало, что их разговор снова скатится к обсуждению личности ее прошлого учителя. Поэтому пришлось повременить.

В воздухе все больше чувствовалась весна. Снег бурел и таял прямо на глазах. Ездить на прогулки на лошадях стало слишком опасно из-за толстой настовой корки, которая неизменно появлялась после ночных заморозков. Поэтому вечера Финист с Гердой коротали в городе.

— Хочешь пойти на Остару? Снова будут танцы, — Финист мечтательно заглянул ей в глаза, когда они гуляли вдоль набережной.

— Естественно, не хочу. Помнишь, как было в прошлый раз? — хмуро ответила Герда, избегая его взгляда.

— Я помню, что нам было очень хорошо, пока не явился он, — оборотень неопределенно махнул рукой. В тот же миг из-за поворота показался Николя вместе с Майли. Охотник что-то объяснял своей новой ученице вполголоса, а та, чуть приоткрыв рот так, что виднелись кончики зубов, ловила каждое слово. Поравнявшись с Финистом и Гердой, они остановились.

— Что опять не так? — не замедлил поинтересоваться Николя, поймав на себе полный безудержного гнева взгляд оборотня. Финист скрипнул зубами, но сдержался. Майли, поджав губы, созерцала парочку из-за плеча Николя. Даже на таком расстоянии Герда чувствовала, как ей обидно. Положа руку на сердце, Герда сейчас бы с удовольствием уступила свое место.

— Мы хотим пойти на праздник, — с вызовом заявил Финист, за что получил от Герды ощутимый пинок локтем.