Реймунд Стург. Лабиринт верности (СИ) - Чуринов Владимир

Международный Альянс, не только по мнению Реймунда, как его агента, но и общепризнанно (в очень узких, знающих кругах), являлся лучшей организацией наемных убийц, не зависевшей ни от кого и ни от чего.

Его сотрудники работали почти автономно, при ограниченной помощи сети информаторов и «ростовщиков» по всему миру, эффективно уничтожая цели, жизнь которых шла много больше, чем на вес золота.

Конечно же, при такой работе вопросы конспирации, маскировки и многоступенчатых проверок личности были очень важны для Альянса. К тому же, очень немногие агенты знали друг друга в лицо. Что уж тут говорить о сотрудниках вспомогательных служб. В общем, размышления Реймунда были не лишены объективных оснований для тревоги.

Многоликий Реймунд

Последующие четыре часа прошли интересно, но несколько однообразно. Одной из важнейших задач Реймунда была защита от гадания. Особенно актуальным данный вопрос становился в городе, где, как ему довелось узнать, существовал Квартал Мистиков — по сути огромный, густонаселенный район, где каждый третий обитатель был обучен тем или иным действенным методам гадания, предсказания, прозрения и тому подобным фокусам.

Гадательные практики — это довольно широкий набор методов «для ленивых», позволяющих пусть неточно, но весьма просто получить информацию об интересующем вопросе или объектесубъекте. Они варьировались от довольно распространенных, типа гадания по таро или даже простым картам, так и до сложных вроде гаруспиции — гадания по внутренностям живых существ, иногда разумных.

Наиболее проблематичным для защиты от оных были гадания при помощи «мистических сил»: нежити, например, духов умерших; нечисти, например, городских домовых; природных духов, например, весьма осведомленных сильфов. Для защиты от всех возможных, даже просто наиболее распространенных видов гадания, пришлось бы носить на себе целую кучу различных оберегов и амулетов, общим весом с хороший доспех.

Альянс обучал своих адептов справляться с гаданием несколько иным образом. Дело в том, что гадание, так или иначе, базируется на мистической связи человека с миром. Конечно же, имеется в виду именно гадание на человека.

Таковыми связями можно назвать, во-первых, имя, для того чтобы по нему гадать, необходимо его знать, и тогда информацию можно получить весьма подробную.

Во-вторых, «дух» — в данном случае имеется в виду гадательный термин, подразумевающий самоидентификацию человека, проще же — его собственное мнение о том, кем он является. Например, узнать, что Реймунд — убийца Альянса, можно, только если он сам будет в момент гадания или в целом долгий период времени будет себя таковым считать. А поскольку в жизни все «общественные понятия» являются до той или иной степени умозрительной абстракцией, соответственно, и состояние «духа» человека претерпевает изменения вместе с его самоощущением.

И наконец, тело — по волосу, крови, частичке кожи, личной вещи, соприкасавшейся с телом человека, можно получить множество важнейшей информации о нем.

Таким образом, профессионалов Альянса перед выходом в жизнь обучали, так или иначе, обеспечивать собственную безопасность от гадания. Имя никогда не разглашалось посторонним, а некоторые члены Альянса даже таскали за собой или нанимали на местах актеров, а то и просто людей, бравших себе такое же имя, что очень осложняло работу гадателям.

С «духом» сложнее — так или иначе, профессионал Альянса есть профессионал Альянса. Однако для решения этой проблемы был выработан и внедрен вот уже не первую сотню лет использующийся метод «медитативной имперсонации». Хороший специалист имел в своем «актерском арсенале» несколько «типовых личностей», в которые мог легко и быстро вживаться так глубоко, что определить его истинное состояние было почти невозможно.

Тело — тут все просто — постоянный маскарад, использование грима и париков (лучше всего из настоящих волос, недавно срезанных с человека), и, безусловно, доля внимания деталям. Простые правила: не проливать где попало кровь, носить перчатки и головные платки, чтоб не терять кожу и волосы, следить за выпадением ресниц и бровей и т. д. При должном опыте — ничего сложного.

В общем, на протяжении четырех часов Реймунд занимался тем, что обеспечивал себе защиту от взора тех, кто пытается читать его судьбу. Под видом невзрачного горожанина он через банк средней руки снял себе квартиру в Квартале Оружейников города на имя Бертрана Челлини. Переодевшись у ростовщика, по-прежнему тянувшего неспешно чай за чтением книги, он превратился в аристократа из Шваркараса Артура де Шампиньоне, получившего во владение по наследству особняк в Правительственном Квартале города.

И, наконец, брутальный пират Эдгар Канатоходец по малость помятому и чуть заляпанному темной, чуть пахнущей металлом жидкостью, но заверенному ригельвандским нотариусом дарственному листу получил в свое владение халупу о четырех углах и соломенной крыше в Пиратском Квартале. Благо пираты с Клешни ахайосским пиратам друзьями не были.

Таким образом, были соблюдены правила структурной защиты от гадания. Гадающий на Реймунда, для того чтобы процесс увенчался успехом, должен был бы преодолеть или отсеять информацию о трех дополнительных личностях плюс личность Батилеззо, которую, в общем-то, и защищал Реймунд, вполне справедливо будучи уверенным в том, что до его основной сути добраться теперь весьма проблематично.

Все три роли, которые использовал Реймунд, имели собственную историю. Бертран Челлини — тридцати лет от роду выходец из ригельвандской столицы Силенции, где он был чиновником невысокого ранга в Гильдии Кожевенников. Из-за скандала с участием дочери главы гильдии он около месяца назад прибыл на Клык — большой остров, владение Ригельвандо на Экваториальном Архипелаге. Затем с Клыка прибыл в Ахайос, о чем имеются путевые документы на пассажирской бригантине «Дочь султана», как, впрочем, и выписки об увольнении из Гильдии Кожевенников и «дело о совращении» в жандармерии Силенции.

Артур де Шампиньоне — любимое амплуа Реймунда, он часто очень глубоко сживался с ним и всегда чувствовал себя в нем весьма комфортно — младший сын одного из шваркарасских рыцарей, бретер, повеса и нищий. Прибыл в колонии после дуэли со старшим сыном графа Бартоломью де Тилетто, Жозефом, с летальным концом и судебным преследованием. Реймунд и правда прикончил Жозефа, во-первых, для поддержания должного уровня правдивости образа, во-вторых, потому что тот был насильником малолетних.

Ну а Эдгар Канатоходец — это пират с базы Клешня в Море Клыка, что лежит южнее Ахайоса. Его Реймунд прикончил во время короткой стоянки на Клешне по дороге в Ахайос, разжился его документами и личностью. Не то чтобы Эдгар был очень плохим человеком, но и плакать о нем никто не будет.

Уладив дело с домами и счетами, а также обнаружив факт наступления второй половины дня, Реймунд в последний раз за сегодня отправился к ростовщику и оборотился в Чителли. Собираясь отправиться «засветиться» в гостиницу в Правительственном Квартале, он поинтересовался у ветерана:

— Где лучше селиться?

— Есть три квартала — Наёмников, Оружейников и Черный Рынок. Я бы остановился на первом — обширный, полный удобных переулков и тихих местечек, полон всяческой шпаны, но есть и серьезные люди — просто затеряться. У оружейников слишком прилизанно и живут в основном люди, связанные с профессией. А Черный Рынок это настоящий хмааларский хаос, можно не затеряться, а потеряться. Даже спецу.

Реймунд неодобрительно посмотрел на ветерана. Упоминание Хаоса, даже иносказательное, было недопустимо без особых причин.

— Благодарю. Тогда наемники.

— Твой словарный запас меня просто поражает, парень, — усмехнулся ростовщик.

Крысы и аристократы

Сеньор Чителли, историю жизни которого нам еще предстоит узнать, выбрался из конторы и направился на каретную площадь торгового квартала. Дело в том, что карета для человека, имевшего денег больше, чем на одну кружку пива с тараканами в портовой таверне, была универсальным и чуть ли не единственным средством комфортного и безопасного путешествия по городу.