Отступники (СИ) - Шувалов Антон

— Кто десятник был? — вдруг очень серьезно спросило завихрение.

— Десятник-то? — переспросил я, внутренне похолодев. Повезло же на настоящего ветерана Двадцатинерестовой Дуэли нарваться. И на на кой змей я столько болтаю. — Так этот, дай Первый памяти, — Ха-эС. Не выбрался тогда, бедняга. А хороший был вояка. Брюхом двери выбивал… А стоило ему до костра добраться. О-о-о, затяни пояса братва, от смеху лопнуть — раз плюнуть.

— Да, — мрачно согласилось завихрение. — Помню Ха-эСа. Мне тогда за восемнадцать едва перевалило. Тоже еле выбрался. Встретились, значит, два призрака. Ха! Как думаешь, в этот раз выживем?

— Вряд ли, — ответил я спокойно. — Автор это тебе не Ка.

— Да, это точно, — с усмешкой согласилось Завихрение. — Тебя не мучит совесть?

— Что это? Нет, у меня только с почками проблемы.

— Я серьезно. Только представь себе, ты предаешь собственную родину ради денег. Целый континент погрузится в хаос из-за нас с тобой.

— Мама всегда говорила мне, что хорошему человеку должно участвовать в жизни других людей, — ответил я весело.

Мы говорили довольно долго. Наслаждаясь кальяном и притворяясь змей знает кем, я вызнал у Завихрения, что дела у Авторитета действительно плохи. Хуже, чем когда бы то ни было. Первые два раза стотри нападали только своими силами. У них не было хорошей амуниции и флота. Обычно они добирались до пограничных вод на кораблях. Атаковали в лоб, через скалы, стараясь пробиться к Гротеску. Шансов у них почти не было. До гротеска добиралась, в лучшем случае, половина воинов.

Сейчас весы изрядно качнулись в их сторону. На Авторитет, стараниями Реверанса, ополчился весь остальной свет, и даже сама сердцевина Континента. На островах подчиненных стотри собирались армии наемников. Империя под предлогом свободной торговли обменивала знания стотри на оружие.

А, кроме того, ходили слухи, что нападение начнется во время Тьмы. Выносливые стотри переносили холод куда лучше, чем гвардейцы Авторитета.

Господин Сару, мой Автор, у вас большие проблемы.

— Господин Вохрас, — сказала легкая волна дыма рядом со мной.

— Без имен! — воскликнули мы с завихрением.

— Кира? — тут же удивился я.

— Без имен! — рявкнула вся кальянная.

— Престон? — донеслось откуда-то издалека.

— Без имен!

— Рем?

— Так, все, хватит, пошли вон отсюда! — распорядились темные надвигающиеся клубы.

Не собираясь скандалить, я подхватил Легкую Волну под локоток и повлек ее к выходу. Кира шла неуверенно, мне пришлось придерживать ее за талию.

— Как тебя найти, брат? — спросило Завихрение.

— Не стоит, — откликнулся я походя.

Снаружи меня уже ждал задумчивый Рем. Из его носа все еще выходили голубоватые струйки.

— Узнал что-нибудь? — спросил он, демонстративно глядя в сторону.

— Немного, — я пожал плечами. — Говорят нападение запланировано на начало Тьмы. На капиллярных островах собираются наемники. Что у тебя?

— Встретил земляка, — Рем с силой выдохнул, освобождая легкие. — Приплыл вместе с послами стотри с самой Менады.

Рем улыбнулся. Мы пошли к выходу из карантина.

— Наши дурят варваров. Продают Авторитету камень. А когда варвары просят присоединиться, заявляют, мол, не верят в них.

— Думаешь, они присоединятся к Авторитету? — спросил я с надеждой.

— Не знаю, — покачал головой Рем. — Скорей уж то, что останется от Авторитета, потом присоединится к нам. Не пойми нас неправильно, Менада дорожит связями с твоим континентом, но вряд ли она нарушит нейтралитет… Нейтралитет мы ценим больше чем еду. А что с девчонкой?

Я посмотрел на Киру. Она двигалась резкими шажками, подаваясь вперед, словно падая в воздушные ямы. Ее взгляд зачарованно исследовал ладошку в шелковой перчатке.

— Дым, — сообразил я. — Она перебрала дыма.

Кира посмотрела на меня и сказала:

— Ки-ки-ки-ки!

— Ох уж эти принцессы, — поежился Рем. — Почему нельзя приучать их хотя бы к простейшим развлечениям. Кому нужна такая хрупкая баба?

— Стоп, — я остановился. — Мы что-то забыли. Но что?

Рем задумался. Потом с сожалением посмотрел на меня и покивал.

— Олечуч! — я схватился за голову, выпустил Киру из рук. Она тут же осела холмиком цветастого тряпья. — Кира, где Олечуч?

— Ки-ки-ки, — ответила она печально.

— Соберись! — я потряс ее за плечи.

— Не так громко, — прошептала она плаксивым голосом. — Слова такие большие и тяжелые! Я не вынесу этого.

— О, Первый. Олечуч. О-ле-чуч. Парень со скатертью.

— Он зашел вместе со мной, — проговорила она нараспев. — Туда. В шате-е-ер. Давайте вернемся в шатер. Я хочу в шатер.

Я в ужасе посмотрел назад. Кальянная словно замерла в моих глазах, под невидимой лапой рока. Через несколько секунд раздался первый вопль.

— Слишком поздно, — сказал Рем, заложив руки за голову.

— Первый сохрани, — прошептал я.

Лопнули веревки, — воющий шатер потащился в нашу сторону, на ходу теряя людей, которые выползали из него, словно пчелы из окуренного улья. На его месте остались разбитые башенки кальянов и скрученный в узел ковер с верещащим хозяином. Через десяток метров шатер упал, сложился округлой гармошкой. Дым вязким, тяжелым облаком вырвался на свободу. Ветер разматывал это облако как спутанную пряжу.

Под тканью поднялась одинокая фигура.

Она медленно побрела к нам, волоча за собой все сооружение.

— Зачем? Зачем ты это сделал?

— Это лучше, чем скатерть, — пробубнил Олечуч. — Теперь мне совсем не страшно. Кия! Страха нет, пройди по углям, Хин Хо. Кия!

Я в изнеможении опустился рядом с хихикающей Кирой.

— Ты дашь мне еще дыма? — спросила она, с надеждой обнимая меня за плечи.

— Первый помоги, мы тут трех часов не пробыли, а уже сожгли постоялый двор, разрушили кальянную и подсадили дочь Реверанса на дым, — подытожил я.

— Великий Вохрас? — окликнули меня.

— Нам очень жаль, — начал я монотонным голосом, — все случившееся не более чем досадное недоразумение. Уверяю вас, больше такого…

— Старший хранитель публичных обычаев Рорх, — перебил меня стотри, заходящий во фронт.

Его грудь украшала крестообразная перевязь с большой буроватой морской звездой в центре.

— Это ваш зверь?

На его плече недовольно извивался Проглот.

-..! — рявкнул он, увидев меня.

— Да, мой, — нехотя подтвердил я.

— Когда мы нашли его, он на наших глазах съел один памятник и две корзины с крабами, — четко называя цифры, сообщил стотри. — Как оказалось позже, еще раньше он успел разорить четыре склада, развалил погрузчик и выпустил из загона моржей.

— Это все? — спросил я.

— Пока неизвестно. Было заявлено о пропаже нескольких девушек. Но причастность к этому вашего зверя пока не доказана.

— Приятно слышать, — покивал я.

— Вам нужно тщательнее следить за вашим зверем, великий Вохрас.

— Это точно.

— Если бы не покровительство Жреца, вам пришлось бы ответить по всей строгости обычаев.

— Это очень несправедливо по отношению к обычаям, — вставил Рем.

— Вам выноситься предварительное предупреждение.

— Предварительные предупреждения — самые лучшие, — не унимался Рем.

— Надеемся на ваше понимание и разумность.

— Несомненно, учту это, — сказал я, понимая, что, скорее всего, лгу.

— А что с дочерью Жреца? — спросил напарник старшего хранителя Рорха, находящийся позади меня. — Она что, накурена?

Рем моментально воспользовался стандартным контрзаклинанием:

— Она сделала это по собственному желанию!

Рорх посмотрел на своего напарника и покачал головой. Языком выразительно мигающих век, он что-то сообщил ему, а потом аккуратно положил Проглота передо мной.

— Доброго дня, — произнес он, уходя.

— Добро! — весело закричала Кира.

Когда стихли шаги хранителей, я медленно, медленно, медленно выдохнул. Потом так же медленно поднял взгляд на Проглота.

-..! — сморщился зверь.

Под передней правой подмышкой щелкнула маленькая крабовая клешня.