Возвращение изгнанника - Кейт Якоби

Она двинулась через двор к калитке в сад, но ее ноги еле волочились, словно налитые тяжестью мыслей.

Бесконечный поток вопросов, непрерывных, неожиданных. Как ей научиться пользоваться силой? Кто были те всадники, что похитили ее? И почему ее похитили? Почему она — единственная из всех — нашлась?

Действительно ли Роберт убил свою жену?

Дженн остановилась, положив ладонь на калитку. В темноте она почти не видела собственной руки, но при помощи колдовского зрения могла ее разглядеть совершенно отчетливо. Рука колдуньи…

Нет. Это невозможно. Роберт — солдат, закаленный в битвах, но он отправился в добровольное изгнание, чтобы не нарушить данной королю клятвы. Невозможно, чтобы такой человек, более всего дорожащий своей честью, убил собственную жену.

«Откуда ты знаешь?» — не давал Дженн покоя внутренний голос. Как можно быть уверенной в чем-то, когда дело касается этого человека? Он ни с кем не откровенен, никому не доверяет. Так как же можно доверять ему самому? Он могучий колдун, способный на очень многое. Те, кто хорошо его знает, доверяют ему — и ненавидят себя за это.

Так что же, о боги, было в нем такого, что заставляло ее верить в его невиновность?

Дженн улыбнулась: легче было перечислить то, чего в Роберте не было. Жадности. Стремления к власти. Себялюбия. Конечно, у него были для этого какие-то непонятные причины, но он ведь раз за разом отказывался возглавить Анклав, хоть это дало бы ему невероятное могущество. И ему так легко было бы дать Селару погибнуть… или убить его впоследствии.

Да, у Роберта было так много возможностей покориться злу — хотя бы оставить ее на произвол Гильдии или Анклава. Однако он выбирал путь добра. Каждый раз.

Такие ответы было нетрудно найти, однако Дженн знала, что есть другой, гораздо более глубокий ответ, который много труднее осознать.

То, что она так часто видела в его глазах… Что это было? Печаль? Боль? Если так, то почему никто, кроме нее, этого не замечал? Может быть, другие видели только то, что хотели видеть, — а никому не хотелось считать Роберта уязвимым.

Дженн снова протянула руку и открыла скрипучую калитку. Ее охватила волна весеннего благоухания, она сделала глубокий вдох — и замерла на месте.

Кто-то за ней следил. Как тогда, на рынке, она почувствовала на себе чей-то взгляд. Но ведь она здесь одна. Наверняка одна.

Дженн осторожно повернулась и присмотрелась к теням, лежащим на камнях двора, к темному силуэту конюшни у северной стены, кордегардии у ворот. Какая-то собака, не обращая на Дженн внимания, принюхивалась к кузнечной наковальне. Больше никого тут не было. Так откуда же тревожное чувство?..

Сделав глубокий вдох, девушка призвала на помощь колдовское зрение. Она совсем не была уверена, что делает это правильно; у нее было такое ощущение, словно она раскинула руки по темному двору и ощупывает каждый камень, каждую трещину в стенах. Она тянулась все дальше и дальше, представляясь себе кем-то холодным и бестелесным. Но вот…

— Кто здесь? — дрожащим голосом спросила она. — Почему вы прячетесь?

Из непроглядных теней у конюшни вынырнула фигура. Это была женщина. Она медленно приблизилась, широко раскинув руки в традиционном жесте миролюбия.

— Простите меня, миледи. Я не хотела вас напугать. Дженн подождала, пока женщина приблизится.

— Я не испугалась. Я хочу знать, почему вы прятались. Женщина была уже рядом, но на этот раз Дженн решила не бороться с темнотой и взглянула на нее, используя колдовское зрение. Карие глаза, светлые волосы. Квадратное лицо, скорее выразительное, чем красивое, опущенные уголки губ маленького рта, словно в постоянном разочаровании. Что-то в ней было смутно знакомое…

— Кто вы?

Женщина внезапно отбросила свою униженную манеру и усмехнулась:

— Должно быть, мне не следует удивляться, что вы меня не узнали. Вам так о многом приходилось думать, когда мы виделись, да и было это давно.

— Как вас зовут?

— Я охотно назову вам свое имя, но вы никогда не должны его произносить — по крайней мере полностью. Я Шиона Феррис. Моя мать — Айн, а отцом был Маркус. Мы с вами встречались вскоре после его смерти. Теперь вспомнили?

Дженн сделала шаг назад.

— Вы были в…

— Именно, — прервала ее Фиона, выразительно взмахнув рукой. — Но вы не должны произносить это название. Никогда. Даже если уверены, что никто вас не слышит, — а этого в подобных местах никогда нельзя гарантировать.

— Но Роберт и Финлей все время произносили его.

— Ну, Финлею удивляться не приходится. Он всегда был непослушным. А вот Роберту следовало бы быть осмотрительнее. — Бросив взгляд в сторону кордегардии, Фиона потянула Дженн ближе к стене сада. — Не годится, чтобы нас видели долго беседующими, поэтому я постараюсь быть краткой.

— Но почему вы здесь? Что-нибудь случилось?

— Если вы хоть на минутку перестанете задавать глупые вопросы, я все объясню. Меня послали старейшины. Я появилась бы раньше, если бы не зима. Так или иначе, теперь я здесь — и хотите верьте, хотите нет, полностью в вашем распоряжении.

Дженн покачала головой, все еще ничего не понимая.

— Но зачем?

— А как вы думаете, зачем? Чтобы учить вас! Я, знаете ли, очень умелая наставница — я уже три года адепт. Конечно, с отцом я равняться не могу, но я уже давно занимаюсь обучением. Думаю, что смогу вам помочь. Судя по тому, как вы только что пытались найти меня при помощи силы, я правильно сделала, что пришла.

— Но вы сказали, что были посланы.

— Я вызвалась добровольно, — не особенно любезно улыбнулась Фиона. — Я знаю, почему вы предпочли покинуть Анклав, но, сказать по правде, ваши соображения мне безразличны. Что для меня важно — и для старейшин тоже, — это чтобы вы получили необходимую подготовку. Если вы собираетесь принести пользу хоть кому-нибудь — включая себя, — вы нуждаетесь в обучении. Роберт не должен был бросать вас в этой глуши,

— Он и не…

— Послушайте, у меня нет времени на споры. Если нас увидят вместе, прежде чем я все устрою, ничего хорошего не будет. Я просто хотела предупредить вас, чтобы вы меня не выгнали, как только узнали бы.

— А если я не хочу никакого обучения? Фиона помолчала.

— Не хотите? Если так, скажите об этом сейчас. Дженн сделала глубокий вдох.

— Пожалуй, все-таки хочу. Но как…

— Об этом не беспокойтесь. Можете на меня положиться: я знаю, что делаю. Я не прожила всю жизнь в отличие от некоторых в пещере… то есть в лесу. — Фиона повернулась, чтобы уйти, и на прощание помахала Дженн. — Мы еще увидимся. До свидания.

Дженн смотрела вслед женщине, пока та не исчезла в темноте. Девушка попыталась проследить за Фионой колдовским зрением, но на этот раз сила, казалось, изменила ей, и никаких следов присутствия колдуньи обнаружить не удалось.