И ниёр вурту (Я найду тебя) - Valery Frost

— Ой, да все мы пили, — отмахнулась вяло ворожея и нырнула носом в подушку. — Утром сварю отвар. Выпьем — полегчает.

И тяжело вздохнув, уснула.

Мне оставалось только надеяться, что Сивральвэ плохо по-настоящему, что она не претворяется, и что я могу лечь спать, не боясь вмешательства в свои воспоминания. Хотя…

Думаю, у ведьмы все же не хватает силенок, потому что, если забраться в мои воспоминания, можно двинуться крышей. Я же не уроженка каменной пустоши… я уроженка каменных джунглей. И стоило бы ведьме, пускай и прожженной интриганке и выдумщице, увидеть хотя бы мобильный телефон или изображение на экране телевизора, тут же возникли бы вопросы. Не смогла бы она так долго скрывать удивление.

Меня так и подмывало сбежать к Микарту, и рассказать все, что удалось обнаружить. Но сгоряча делать ничего нельзя.

Я отправила образ проснувшейся Сивральвэ Темному, и завалилась спать в полной уверенности, что ведьма не заберется ко мне в голову, чтобы покопаться в воспоминаниях.

Утро выдалось хмурым. В отличие от сияющего здоровьем Микарта.

— Ну, что? Еще один прыжок и можно расслабиться! — торжественно сообщил маг. — Можем прыгать хоть сейчас!

Мы с ведьмой раздраженно переглянулись — слишком громко говорил маг. Отвар еще не настоялся, и мы ждали, пока сможем, наконец, вкусить услады и избавиться от головной боли. Во рту — кака, в руках — тремор.

В наших взглядах читалось одно пожелание — отвали, гад!

— Похоже, вам бы не помешал сейчас проверенный способ восстановления сил, — намекнул Микарт на эротический контекст предложения.

— Меня сразу укачает, — ответила я, рассмешив окруживших нас стражей.

От громкого хохота у нас с ворожеей чуть не взорвались головы. Я болезненно скривилась.

И сколько было радости, когда вожделенная жидкость потекла по горлу. Полегчало мгновенно, как и обещала Сивральвэ.

— А теперь — в ванную, — сообщила я о своих дальнейших планах.

— Я тебя проведу, — тут же вызвался в помощь маг, подхватил меня на руки и зашагал к нашему домику-холму.

Сопротивляться не было сил. От меня дурно пахло, в глазах двоилось.

— Как все прошло? — спросил Микарт, продолжая укачивать меня на руках.

— Потом, — взмолилась я, — потом покажу.

— Но ты нашла?

— Нашла, но не то, — я решила, что не стану сообщать магу о решении проблемы с браслетом, а вот про знания его отца… Но позже… после ванны.

В комнате для омовений окна не было. Свет давали странные колбы с мерцающими медузами в них. Сгустки марева, размером с крупную фасоль, медленно передвигались в жидкости.

— Это что за аквариумные рыбки? — спросила я, когда Микарт опустил меня возле большой лохани с водой и пеной.

Проследив за взглядом, нахмурил лоб.

— Не помню, как они называются, но это разновидность какой-то морской фауны.

Раздевайся!

— Чего? Иди гуляй, Темный!

— Ты мне должна, — напомнил маг, гаденько улыбаясь.

— Так ты решил взять оптом? — я не была расположена шутить, а тем более умолять. — Микарт, давай я разденусь без тебя, а потом тебя позову, и мы обговорим детали.

Что еще оставалось делать Микарту? Он вышел.

Я поспешно избавилась от одежды и забралась в душистую воду. Глаза закрылись сами по себе, рука нащупала приготовленную заранее смесь душистых и дезинфицирующих трав — аналог зубной пасты, а противный мозг забыл дать команду и рот не открылся — я обещала магу позвать его, но не позвала.

Алкоголь плохой друг. Тем более — обладателя дара. Тем более — дара, как у меня. Стоило мне отключиться, как тут же стали всплывать образы и картины непристойного содержания.

Я обреченно застонала. Сил отгонять образы не было вообще. Пускай это вмешивается маг или ворожея — плевать. Я хочу отдохнуть.

Стоило мне махнуть рукой и прекратить сопротивление, как сеанс эротического кино мгновенно прекратился, и позволил мне облегченно вздохнуть. Голова моя покоилась на бортике ванны, вода остывала медленно — пена сохраняла тепло, только шея, остающаяся не покрытой пенной шубой, покрылась мурашками.

А затем холодок перебрался ниже — на плечи. Я решила, что кто-то выпустил воду, и подняла руку, чтобы ощупать кожу у ключицы. Но пальцы наткнулись на что-то другое. Я стала ощупывать найденную лишнюю часть тела, медленно соображая, что может находиться у меня на плече — шарообразное, немного колючее, теплое…

Мозги соображали медленно, и пока маховик раскручивал шестеренки, холодок стал перебираться ниже — на грудь, живот…

Да что ж такое?

Я глубоко вздохнула, подпитывая кровь новой порцией кислорода, и приоткрыла один глаз.

— Нежность тебе не к лицу, Микарт…

Как оказалось, то, что я нащупала у своей шеи, было головой мага. Это его шаловливые губы, согревая поцелуями кожу у самого уха, дарили контрастный холодок на остальных частях тела.

— А что мне к лицу? — не прекращая ласкать меня, спросил Темный.

— Страсть тебе к лицу. Порывы. Необузданность. — Лениво перебирала я характеристики, продолжая принимать эротические ухаживания.

Маг переместился, склоняясь надо мной. Я попыталась открыть глаза — бесполезно. Веки были настолько тяжелы, что казалось, никогда не смогу осилить это упражнение. И как только люди моргают?..

— Боюсь, ты сейчас не в том состоянии, чтобы принимать страстные ласки, — прозвучало сквозь туман.

А что за варево дала мне выпить Сивральвэ? Говорила же, что будет лучше!

— Микарт, — я все же открыла глаза, но смотрела на Темного обеспокоенно. — Сивральвэ могла меня отравить?

Маг понял все мгновенно. Бросился в комнату, сшибая по пути стулья и ширму, и вернулся через мгновенье со стаканом воды.

— Пей! — приказал, подхватывая меня под затылок и приподнимая, чтобы я не захлебнулась.

Я принялась пить — вода оказалась безумно соленой. И меня тут же вырвало.

Продолжая играть роль спасителя, Микарт рывком выудил мое расслабленное тело из бадьи, непонятным мне способом выкрутился и набросил на меня простыню. Следующее, что помню — спальня и кровать. А затем — стук в дверь и перепуганный голос стража:

— Сивральвэ отравили!

Ну, вот и все! Сейчас все разрешится. Я так долго шла к ответам, и вот, не дойдя пары шагов, вернусь к себе в реальность. Я там в своей кладовке, наверное, уже паутиной покрылась. Хотя, нет, там же время стоит, пока я тут путешествую…

Но очнулась я не в коморке с консервацией. Продолжая лежать на кровати все в той же комнате с заглядывающей в окна бирюзовой луной, я прислушалась к ощущениям. Голова — пуста, живот — не болит, ноги — шевелятся, сердце — стучит. Спине — прохладно, а груди — жарко.