Невеста каменного лорда - Таня Соул

Усадив меня в экипаж, лорд Грэмт присел напротив, а госпожа Гийер отчего-то задержалась. Я выглянула на улицу: надзирательница, переминаясь с ноги на ногу, дожидалась, когда к нам подойдёт отец. Он шёл быстро, каждым движением передавая, насколько был зол.

В душе возродилась надежда, что он всё-таки передумает и отменит поездку. Или хотя бы оставит эту змеюку здесь. Но день, начавшись трагично, обязан был следовать намеченному маршруту.

– То, что случилось… – начала оправдываться Лукреция.

– Я уверен, что впредь ты будешь осторожнее, – перебил её папенька, и моё сердце, до этого наполненное надеждой, ухнуло вниз.

Значит, он даже не собирался сделать Лукреции замечание за то, что та подвергла меня пытке? Жгучий камень используют при поимке беглых заключённых, а не дочерей лордов.

– Помни наш уговор, – сказал отец, понижая голос. – Ни в коем случае без моего разрешения не позволяй ей покидать Флуэнские земли. Если справишься, поместье Дартомт станет твоим.

Я слушала и не верила. Так вот откуда в Лукреции столько прыти. За роль надзирательницы отец обещал подарить ей часть наших земель.

Воодушевлённая госпожа Гийер, поблагодарив отца и дав слово, что исполнит уговор, чего бы это ни стоило, залезла в карету, улыбаясь. Лакей захлопнул дверью и колёса застучали по гравию, а я смотрела, как отдалялись мой дом и фигура отца. Уставшего, расстроенного, но при этом решительного.

Не желая бередить душу ещё больше, я отвернулась от окна и заметила, как лорд Грэмт задумчиво изучал Лукрецию Гийер. Он смотрел на неё без стеснения, внимательно и исподлобья. Уж не осуждение ли я вижу в этих глазах? Погодите, лорд Грэмт, методы моей надзирательницы ещё успеют вас удивить. Она, как никто другой, знает толк в «строгом воспитании».