Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

— Только дозорные остались — обрадовался студент — оно их не трогает, наверно боится, что со всеми сразу не справится, а поодиночке тут нельзя, заметят, что кто‑то из них упал.

— А как ты узнаешь, кто жив, а кто мертв, не видно же спит ли, или уже помер — полюбопытствовал Маркус.

— Я же на целителя учусь, отличить ауру живого человека от мертвого на первом курсе учат. Это же первое дело у нас, мы по ауре диагнозы ставим — пояснил студент.

— А вот ауры нашего союзника понять не могу, я вообще‑то вижу ее, но не понимаю. Вроде обычная девочка лет двенадцати, но не девочка же с ними расправляется.

— К нам приближается. Рысь тоже тихонько за ней к нам двинулась — встревожился студент и на всякий случай приготовил свой лук.

Маркус, по–прежнему ничего не слышал и не видел, но тоже приготовил свой меч. Студент же проявлял все большее беспокойство, он чувствовал, что таинственный обладатель непонятной ауры совсем близко, сразу за их импровизированной баррикадой из перевернутой повозки.

И тут оба услышали тихий девичий голос.

— Эй, не стреляйте в меня и Киса, мы свои.

— А твой Кис нас не съест? — Так же тихонько спросил студент.

— Нет, он ручной совсем, но помочь может, если я попрошу. Я сейчас к вам переберусь — пообещала девочка — а Киса оставлю пока снаружи, раз вы его боитесь.

Раздался еле слышный шорох, и в укрытие под повозкой проползла девочка. Вблизи ее уже хорошо можно было рассмотреть в предрассветном полумраке. На вид ей действительно было всего лет двенадцать, может чуть больше. Совсем тоненькая, но женская фигура уже просматривалась. Огромные глаза на красивом лице, казались чуть удивленными.

— Это ты одна их всех перебила? — недоверчиво спросил студент.

— Да — просто ответила девочка и не очень понятно продолжила, — но оставшихся не могу, хорошие камни у меня кончились, а они сидят в шлемах и латах, и Кис уже хочет помочь.

— Ничего не понял — потряс головой Маркус — какие камни?

— Я набрала камни, как раз такие что, если в голову попасть то… — она замялась, не желая произносить слово «убить$1 — ну понимаете, с одного удара…

— Ты что их всех камнями перебила?

— Да, дождалась ночи. Они на ночь шлемы свои снимают и если камнем попасть в голову, то можно совсем без звука… — девочка, по–прежнему, не хотела произносить неприятные ей слова — нужно только точно силу угадать.

— А Кис уже помочь хочет, он чувствует, что они плохие и хочет меня защитить от них. Не понимает глупый, что мне они ничего не сделают, а ему с ними не справится.

— А тебе почему не сделают ничего? — по прежнему ничего не понимая спросил Маркус, — ты кто вообще и почему на них охотишься?

— Я Илика из Каменки, нашей деревни — ответила девочка — они всю нашу деревню спалили, а людей убили. Меня Кис предупредил, я в кустах спряталась, не понимала сначала, что они делают, а когда поняла, уже ничего не могла, только смотреть. Два дня следом шла, все думала, как с ними справится, потом видела, как они на вас напали, и придумала, как их ночью камнями закидать, когда они уснут и шлемы снимут. У меня же нет ничего больше.

— Ну ты сильна! — Восхитился Маркус. — Перебить почти всю банду камнями, что‑то мне не верится. Ладно, потом договорим. Светает уже, что с оставшимися делать будем? Нужно их либо добить, либо в плен захватить, пока не опомнились. Могут убежать, когда узнают, что их всего четверо осталось, а отпускать такую мразь не хотелось бы.

— Одного я точно успею снять из лука. В лицо попаду. Постараюсь двоих, но это вряд ли, они же не дураки, точно схорониться успеют — бормотал Питер, прикидывая, с кого начать.

— Трое, это уже не так страшно — успокоился Маркус. — Мы их с Олафом живыми возьмем и патрулю сдадим, хоть узнаем, кто это так безобразничает. Пойду его тихонько будить. Очень он с копьем силен, один с тремя сладит, копейщиком в первой шеренге сержантом в наемниках ходил когда‑то. Да и я не слабый, и с мечем, и с топором.

Маркус отошел к спящим, а студент приготовил стрелы. У него тоже нашлись несколько, с наконечниками против доспехов, правда обычные, стальные, не Гиномьи. Но с такого расстояния, из его лука могут пробить кольчугу, если повезет и доспех не Гиномий. Так что, расчет на одного и еще одного ранить.

Маркус и Олаф, уже заняли позиция у выхода из заграждения, как можно ближе к противнику и подали сигнал. Затем, они двинулись к костру короткими перебежками, используя каждую ложбинку для укрытия и наконец замерли, ожидая выстрел. Питер поднял лук, тщательно прицелился и пустил стрелу в того, кто сидел у костра лицом к нему.

Судя по тому, что разбойник упал прямо в костер и не попытался вылезти из него, стрела попала в цель. Остальные вскочили, один из них оглушительно засвистел. Вероятно, таким образом, часовые в банде объявляли тревогу и будили спящих. Почти сразу студент снова выстрелил, но на этот раз результат оказался гораздо хуже. Все трое уже успели опустить забрала шлемов так, что стрела рикошетом отскочила в костер и никого даже не поцарапала. Схватка завязалась, в худшем соотношении нападающих к обороняющимся, чем предполагалось.

— Стой, вернись — закричал студент, видя, как Илика, с голыми руками, бросилась на помощь дерущимся.

Девочка на удивление быстро добежала до места схватки. Питер и половины расстояния не успел пробежать, а она уже бросилась под ноги одному из бандитов, после чего тот сразу же упал. Не теряя времени Маркус переключился на одного из тех, кто наседал на Олафа с его копьем, уравняв тем самым силы. Подоспевший студент навалился на упавшего и держал его с Иликой, пока мужчины не справились с остальным.

В итоге, все трое бандитов были связаны, Олаф слегка ранен, но как он сказал, на такие раны в их отряде наемников никто не обращал внимания. Студент все же осмотрел рану и помазал ее какой‑то зеленой жидкостью, которая нашлась у него в сумке.

— Можно я твой лук посмотрю? — Спросила Илика у Питера. — Никогда такой не видела. У нас в деревни были луки у всех, даже арбалеты у некоторых, но твой такой красивый и стреляет так здорово.

Она казалась совсем не уставшей. Как будто не было двух дней погони за бандитами, бессонной ночи, метания камней без единой ошибки попадавших в намеченную цель. Маркус смотрел на нее, все больше понимая — девочка‑то очень непростая.

Молодожены тоже встали, послушали сбивчивый рассказ Олафа и Маркуса о ночных событиях и занялись костром, старались отработать свой долг бойцам хорошим завтраком и наведением порядка в обозе. Трупы убрали с глаз, обыскали и похоронили в овраге, ничем не забрасывая, зверью тоже питаться нужно.

Илика рассказывала Владусу и Милке, как она оказалась в их обозе, теперь она разомлела, и непрестанно плакала, рассказывая, что она пережила в деревне. Милка, как могла, утешала ее, сердито отгоняя мужчин с их бестактными вопросами. А затем покормила девочку, ее Киса, и уложила спать обоих, строго запретив остальным даже приближаться к ней, пока она сама не проснется. Кис прижался к девочке теплым боком, оберегая ее сон, заменяя сразу и подушку, и матрац, и одеяло.