Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

— Мой бывший сослуживец, Оргест, он сейчас староста в Липерцах, — трактирщик отметил на карте место — был у меня тут дней десять назад, и рассказал один случай. Мы с ним, по старой памяти, встречаемся раз или два в году, пивка попить и вспомнить былое. Я, честно говоря, не очень‑то и поверил ему, хотя мужик он серьезный и просто так, обычно не болтает.

— Так вот, девочка, малышка совсем, пять или шесть годков всего, наделала переполоху в его деревне. Вступилась за своего приятеля, такого же малолетку, как и она, и отделала его пьяного отца так, что за лекарем хотели посылать, да вроде он сам оклемался на следующее утро.

— Ну как можно в это поверить? — Развел руками старый служака.

— Спасибо за рассказ, действительно очень любопытно — поблагодарила заметно повеселевшая дама — вот Ваам оплата и поторопите конюха, мне пора ехать. Хочу посмотреть на эту девочку. И, прошу Вас, не беспокоиться, с ней не случится ничего плохого.

Трактирщик закивал головой, соображая, что раз уж посланница самого Императора заинтересовалась этой девочкой, то не его ума это дело. Судя по ее виду и бумаге, которую она возит, летает эта дама на таких высотах, о которых он, скромный трактирщик, и не слыхивал. А потому, его задача, всемерно помогать Империи и выполнять предписания больших господ из Столицы, которые, верно, не просто так затеяли поиски.

Полученному золотому, трактирщик был рад безмерно, но, как человек порядочный, счел своим долгом пояснить, что оплата чрезмерно велика даже за месяц проживания в его заведении. Кроме того, он высказал сомнения в безопасности такого путешествия в одиночестве, для столь знатной дамы. Деревня находится примерно в семи переходах от трактира, далеко в стороне от купеческого тракта. Путь в нее, пролегает по таким глухим лесам, в которых полно зверья, а патрули никогда и не захаживают. Золотого империала, вполне хватит и за обед и для найма хорошей охраны, которую он сам лично отберет и проинструктирует.

Пресветлая, к его сожалению, проявила легкомыслие, заявив, что привыкла путешествовать одна, а несколько бродяг, если и встретятся по дороге, вряд ли серьезно обеспокоят ее. Столь же безрассудно, она отказалась и от карты, которую, с таким старанием, дополнил хозяин трактира. Бедный трактирщик лишь скептически покачал головой, слушая ее заверения в том, что она прекрасно запомнила и карту, и все сказанное им.

В финансовых вопросах, знатная посетительница, так же проявила крайнюю небрежность. Она беспечно заявила, что серебра у нее нет, поэтому золотой пусть пока останется у него, а на обратном пути, она остановится в этом же трактире, вот тогда они, окончательно, и определятся с оплатой.

Честный трактирщик, попытался дать ей расписку в получении им от нее, столь значительной суммы, но она отказалась, мотивируя тем, что вполне уверена в его честности. Хозяин заведения мог только мысленно посетовать на крайнее легкомыслие столичных красоток, которым, тем не менее, доверяют важные государственные дела. О том, что за обед, хватило бы меди, он не стал и упоминать, подозревая, что дама, у которой в кошельке нет никаких денег, кроме золотых империалов, может вообще не знать о существовании монет из столь презренного металла.

Потеряв надежду хоть как‑то образумить знатную незнакомку, он лично проводил ее к крыльцу и пожелал счастливого пути. Конь Пресветлой, произвел на него столь же неизгладимое впечатление как и его хозяйка, по всем статьям соответствуя ей. Такой, действительно, вынесет из любой передряги. Трактирщик, по привычке, оценил его и понял, что даже если продаст трактир за хорошую цену, вряд ли сможет позволить себе такую покупку. А ведь на коне еще и сбруя вполне под стать и ему и статусу его хозяйки.

— Помоги тебе Вседержатель, предотвратить несчастье и унести ее от беды, жалко будет такую красоту терять. — Вполголоса проговорил про себя трактирщик, обращая свое напутствие скорее к коню, чем к его ветреной хозяйке, которая все же свернула на проселок и уже почти скрылась из вида в клубах дорожной пыли.

Патрульный отряд, как всегда с шумом и грохотом ворвался на широкий двор трактира. Таково было правило всех патрулей, не столько ловить грабителей и прочих лихих людей, сколько отпугивать их от тракта и держать в напряжении.

— Вся эта рвань вокруг тракта, должна слышать издалека, что патруль где‑то рядом — постоянно повторял командир отряда своим людям. — Они должны боятся нас до дрожи, и разбегаться еще до того как увидят, так мы куда больше людей защитим. А в засадах пусть тайная стража сидит.

— Приветствую тебя Джафар — поспешил навстречу пожилому командиру патруля тракта. — Проходи, давай во второй зал, давно тебя не видел, посижу с тобой, если не прогонишь.

— Да когда я отказывался от твоей компании — ответил патрульный со столь необычным для северян именем. — Уж чарку с дороги всегда с тобой разделю, особенно если ты ставишь

— Сегодня ставлю — заверил радостный хозяин и крикнул прислугу. — Ох кого я сейчас видел!

Трактирщик, часто сбиваясь, и не жалея эпитетов, рассказал о той гостье, которая только что покинула его заведение. Посетовал лишь, что отказалась и от охраны и от карты, так и уехала одна.

— Может, догонишь ее с отрядом? Ну не дай Вседержатель, если кто позарится на легкую добычу.

— Пресветлая! — уважительно покачал головой Джафар. — Да, дамочка высокого полета. Ты что не знаешь, кто имеет титул Пресветлых? Это же Рыси, какая им охрана нужна, нашел легкую добычу, думай что говоришь.

— А я и не знал что Рыси и Пресветлые, это одно и то же. Если сама Рысь, то конечно дело другое. — задумчиво ответил трактирщик. — Ты‑то при дворе, наверно насмотрелся их.

— Я их разглядел, как только они во дворце появились, молодым совсем был, только, только мне десяток доверили. Ими тогда верховодила госпожа Илика, ой насмотрелся я всего, когда она появилась во дворце.

Джафар недоумевал, что это пришло в голову его начальнику. Когда такое было, чтобы Императорская Гвардия отчитывалась о своей боевой подготовке девчонке. Ну не девчонке, так все одно, женщине. Велика невидаль, охранять караваны купцов. Да если его удальцы пойдут с караваном, никакой грабитель и на горизонте не рискнет появиться.

Из‑за этой красавицы, все утро в полку был такой переполох, словно готовились к императорскому смотру. Что она красавица, Джафар успел разглядеть, когда сопровождал ее по дворцу. Сам император, не устоял, видно было, какие взгляды украдкой бросал. Ну да куда смотрит его императорское величество, до этого нет дела гвардейскому лейтенанту. Его дело следить за тем, чтобы никто не мешал смотреть его величеству туда, куда он соизволит. А капитан приказал поговорить с этой дамой, да показать выучку его стрелков и послушать, что она скажет.