Рыцарь двух миров - Сергей Садов

Я убрал меч с кинжалом и задом вышел из комнаты. Подождал, не пойдет ли убийца за мной. Потом быстро, но бесшумно я ушел по уже знакомой мне дороге. В комнате я достал сумку, спрятал в нее свое оружие и покинул этот дом. Прошел чуть в стороне по кустам, свернул на улицу и побежал обратно.

Чтобы избавиться от оружия пришлось сначала забежать домой. Только после того, как я вернул его к себе под кровать, я отправился на встречу с друзьями.

Во дворе я заметил Таньку Серову, которая о чем-то говорила с каким-то уголовного вида элементом. Куда только телохранители смотрят? Впрочем, есть ли у нее теперь телохранители? Однако, к собственному изумлению, я заметил все тех же двоих. Видать отец Таньки оказался гораздо умнее, чем о нем думают, и не стал выгонять хороших специалистов из-за прихоти дочери. А тот уголовный элемент мне вроде знаком. Точно, я его неоднократно вместе с Петровым видел. Они вместе занимаются бодибилдингом. Я его знал только по прозвищу Косой, хотя косым он вроде не был. Не знаю уж, почему его так прозвали. Правда, в отличие от Петрова, его мускулатура оставляла желать много лучшего. Косому явно не хватало терпения заниматься систематически. А если уж не занимаешься серьезно, то лучше вообще не заниматься. Тут я заметил еще одного человека из той же кампании. Интересно, что у них общего с Танькой Серовой? Я так заинтересовался, что встал и стал наблюдать за ними. Вот Танька передала какой-то конверт. Вот эти двое свернули со двора. Танька с телохранителями чуть постояла и пошла следом.

Интересно, что она на это раз задумала? Опять кто-то встал у нее на дороге? Я еще раз рассмотрел двор. Вроде все спокойно. Пожав плечами, я вышел со двора, только тут сообразив, что торопиться, в общем-то, некуда. Аркадию понадобиться никак не меньше получаса, чтобы добраться от дома до места нашей встрече, плюс еще то время, которое понадобиться Косте, чтобы до него добежать. Сказав тогда позвонить, я совершенно забыл дать Снегирю номер телефона. Так что час минимум. С учетом, что я пробегал минут пятьдесят, мне как раз хватало времени, чтобы прийти вовремя. Что ж, не будем спешить.

Выходя из двора на улицу, я чуть не налетел на Таньку, которая прогуливалась по пешеходной дорожке. Чтобы не встречаться с ней, я поспешно перешел на другую сторону. Она окинула меня высокомерным взглядом, но не отвернулась, а продолжила смотреть на меня. Неужели у меня хвост отрос? Чего уставилась?

Тут, чуть в стороне, я заметил ее телохранителей. И тот, что не хотел слушать взбалмошных приказов Таньки, мне кивнул. Кивнул вполне дружелюбно, хотя казалось, с учетом нашей недавней встречи, он не должен был испытывать ко мне дружеских чувств. Я кивнул в ответ. Тот предупреждающе поднял руку и показал на Таньку, потом куда-то махнул. Интересно, что он хочет сказать этим? Я посмотрел в ту сторону, куда показывал он и увидел ту кампанию, что недавно разговаривала с Танькой во дворе.

Какой же я болван!!! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, против кого она решила натравить этих переростков. Я, наверное, тупею в своем мире.

Словно подтверждая мою догадку, они оторвались от стены, и шагнули мне навстречу. За своей спиной я заметил Петрова, который догонял меня сзади. Наверное, опасаясь, как бы я не дал деру. Что ж, беги Петров навстречу своей судьбе. Я ведь не забыл нашу прошлую встречу. Не забыл, как ты отрабатывал на мне удары. Ты тогда посчитал, что я нахамил тебе, но это было не так. Я тогда о тебе даже не думал. Тебе просто захотелось размяться, и ты нашел себе боксерскую грушу. Беги, Петров, беги, я тебя жду.

Я расслабился, стараясь казаться безобидным, слегка испугавшимся подростком. Разве я хочу оказать этим бугаям сопротивление? Да ни-ни! Как я вообще осмелюсь поднять хоть палец на кого-нибудь из них?! Они ведь на год старше, да и мускулатура у них не в пример моей – так и выпирает наружу. Еще бы к ней мозгов. Нет-нет, надо быть незаметным, слабым, робким. Если я пикну, они меня прибьют и не заметят. Никакого сопротивления. Я и не думаю сопротивляться. Я слабый и трусливый.

Мастер абсолютно прав – чем человек захочет стать, тем он и должен себя представить.

Эта троица одновременно подошла ко мне. Петров положил руку мне на плечо и развернул к себе.

– Помнишь, ты нахамил мне тогда? – вежливо спросил он. – Так вот, мы с тобой еще не закончили. – Он выглядел таким радостным, как будто сообщил мне самую веселую вещь на свете.

– Послушай, но я ведь тогда ничего тебе не говорил! Что ты ко мне пристал?

– Мальчик не понимает! – Косой дыхнул мне в лицо сигаретным дымом и засмеялся. Я с трудом подавил желание заставить его проглотить эту сигарету. Тоже мне, спортсмен, а дымит как паровоз. Он и третий из их кампании, которого я не знал, подхватили меня под руки и потащили в ближайший двор. Я не сопротивлялся. Зачем? Пусть стараются. Зачем рыть кому-то яму, если они и сами для себя ее выроют?

Они заволокли меня за электроподстанцию, осмотрелись. Прохожих нет. Вообще никого нет. Тиш да благодать. Самое подходящее место для воспитания.

– Ну что, проси прощенья и может мы тебя простим, – улыбнулся мне Петров. Я слышал, что он всегда улыбался, когда кого-нибудь собирался бить.

– Прошу прощенья, – сказал я.

– Нет. Не так. На коленях проси.

Ладно, хватит комедии. Я печально посмотрел на каждую из своих жертв.

– Совсем ты дурак, Петров, и друзья твои дураки. Кичитесь своей силой, культуризмом занимаетесь, а лезете на всех, кто слабее вас. Никак до вас дураков не дойдет, что на любую силу всегда найдется еще большая сила.

Вся троица от таких слов слегка опешила.

– Ты что, Громов, сдвинулся, – поинтересовался Петров, по-прежнему улыбаясь. – Давно не получал?

Дальше беседы была просто бессмысленна. Без особых премудростей я развернулся и заехал стоящим позади меня Косому и третьему парню в поддых. Одному ногой, а другому кулаком. Те даже пресс не успели поставить, впрочем, им бы он не помог. Оба парня рухнули на землю, делая безуспешные попытки вдохнуть. Петров очнулся от растерянности и с криком ринулся ко мне. Я чуть повернулся к нему, и тот сам налетел своим солнечным сплетением на мой локоть. Теперь лежали все трое. Дыхание у них восстановилось, но встать они еще не могли. Я нагнулся над Косым, распахнул у него куртку и достал из внутреннего кармана конверт.

– Это тот, что дала Танька? – спросил я у него.

Тот кивнул.

Я заглянул в него. Ого! Доллары в однодолларовых купюрах. Их оказалось двенадцать. Четыре доллара на брата.

– Мелко берете, ребята. Ну ничего, у вас все впереди, а эти я забираю. Нехорошо отнимать последние деньги у бедной девочки. Я пошел.

Когда я уходил, то видел, как поддерживая друг друга, трое незадачливых воспитателей вставали на ноги.