Искатель - Гильмутдинов Ирек

возможно, через пару десятков тысяч лет вы и дойдёте до технологии, увиденной тобою в лаборатории. Вряд ли раньше, — посерьёзнев, произнёс Юси.

Пока общался с Юси, на меня смотрело четверо пар глаз, полных любопытства, кроме одних. Те были умоляющими и говорили: «Не выдавай меня». Конечно же, это был Ёнки. Хорошо, получается, не разболтал всего, молодец, ценю.

— Отвечая на ваш первый вопрос, доктор Белек, это, — указал я взглядом на батончик, — нашёл в логове чудовища, а на второй вопрос можно догадаться, исходя из первого ответа. Говорить, что у Ёнки имеется аналогичный, я не стал. Раз он сам не захотел делиться им с Куори, следовательно, на то есть причина. Потом узнаю, какая.

— Ладно, с этим понятно, — принял он мои ответы. — Ты знаешь, что это такое и на каком языке написано? — не унимался Белек. Видимо, он меня слышит, но не слушает. Вот откуда мне знать такое.

Вот к чему я всё это затеял, балбес, — начал я себя ругать. Захотел, понимаете ли, выпендриться и сам загнал себя в ловушку. Надо было сначала всё продумать, но зачем, лучше похвастаться, показать себя, мол, смотрите, какие у меня есть невероятные штучки. Тьфу, как ребёнок, — мысленно сплюнул я. Вот как ему теперь объяснить мои познания этого языка.

— Сошлись на гриллов, — пришёл мне на помощь Юси.

— Юси, ты «Красаучег» и гений. От чистого сердца тебе говорю. — Решил я немного похвалить своего симбионта, как назвала его Галлинария. Ещё один вопрос в мою копилку к ней.

— Тоже мне «капитан очевидность», — весело пробубнил Юси, но ему явно были приятны мои слова.

— На каком языке не знаю, если честно, но знаю, для чего он.

— И-и-и? — поторопил меня Белек.

— Мне грилл по имени Барло, он ещё у Милли голосом числился. Как-то пытался объяснить, но я толком ничего не понял. Грубо говоря, они называют его энергобатончиком. Это такая еда. Она прибавляет уставшему гриллу немного сил. Вот, например, вы очень долго шли по лесу и у вас закончились силы. Съедаете такой, и ваша усталость отступит на какое-то время. Тем самым сможете продолжить свой путь.

— Ты сам-то пробовал? — недоверчиво полюбопытствовал Куори. Вдобавок внимательно наблюдает за мной.

— Да, пробовал. Мне не понравился вкус, вообще не понравился, — искренне скривился я, вспомнив вкус. — Ваш напиток куда вкуснее, — сказал я и тут до меня дошло. Он что, думает, будто я собираюсь их отравить.

— Если хотите, давайте разделим батончик на несколько частей, и я первый съем, — говоря это, я надеялся развеять их сомнения. Ещё подозрений с их стороны мне не хватало.

— Однако, — поднял я палец вверх, — он даст лучший эффект при употреблении одного батончика целиком на человека. Ну так рассказал Барло. В нашем же случае вы просто попробуете. — Я улыбнулся самой доброй улыбкой, на какую только был способен, а то ещё заподозрят чего неладного.

Что-то прочитав на моём лице, доктор Белек сказал:

— Крэн, только не думай, будто мы считаем, что ты хочешь нас отравить, — поспешил оправдаться Куори.

Белек колебался, пробовать или нет. Немного посидев и повертев непонятный предмет в руках, он не удержался. Любопытство оказалось сильнее инстинкта самосохранения, а честное лицо парня, не вызывавшее подозрений, склонило чашу весов в сторону рискнуть.

Я показал, как аккуратно открыть энергобатончик, и было собрался сам развернуть обёртку. Как вдруг Белек, резко отпрянув от меня, поблагодарил за помощь сказав

— Если ты не против я сам хочу открыть, — на что я кивнул.

Куори бережно, чтобы не повредить обёртку, медленно раскрыл края, доставая содержимое. Положив аккуратно себе на ладонь содержимое, он стал тщательно изучать со всех сторон прямоугольный предмет белого цвета. Вслед за тем порезал батончик на дольки и теперь стал вертеть их туда-сюда, с интересом разглядывая внутренности.

Он явно старается запомнить все детали. Только вот зачем ему это? Немного подумал и, да и выбросил бесполезную мысль из головы.

— Шим, держи, это тебе, а это передай Кину. Парни с благодарностью кивнули и закинули себе в рот, став медленно жевать. Осталось два кусочка. Один Куори протянул Ёнки, а свой, закинув себе в рот, так же, как и парни, начал медленно жевать. Сейчас они силятся понять, что же это за диво такое. Обёртку Куори аккуратно убрал в карман.

— Странный вкус. Он что-то напоминает, но вот что именно, не могу вспомнить. Первым своё мнение высказал Кин.

— А мне этот вкус напоминает скисшее молоко. Шим взял свою кружку и осушил её до дна. — В общем, мне не понравилось, — добавил Шим, сплёвывая остатки.

— Соглашусь, оно и в самом деле напоминает на вкус скисшее молоко. Белек по аналогии с Шимом взял свою кружку и сделал глоток, намереваясь перебить неприятный вкус от батончика.

— Хм-м, — задумчиво хмыкнул Ёнки, — а мне понравилось. Последним высказал своё мнение Ёнки, прожевав батончик. — Напоминает мне вкус из детства. У нас кондитер на соседней улице делал блюдо с похожим… Звук ломаемых веток оборвал Ёнки на полуслове, не дав договорить.

Мы резко повскакивали, хватаясь за оружие. Я, как и Ёнки, хватился за меч, а Белек с парнями — за дорожные посохи, заточенные и обугленные с одной стороны.

Судя по скорости, с какой ломаются ветки, к нам кто-то быстро приближается. Мы развернулись в ту сторону, откуда доносился звук, и приготовились к бою. К нашему костру из-за дерева вылетела девушка. Резко остановившись, она в изумлении уставилась на нас, а мы с не меньшим — на неё. Я стал её разглядывать. На вид лет шестнадцать, длинные распущенные слегка волнистые волосы светлого цвета с вкрапленными в них листьями от деревьев. Глаза карие и такие огромные, словно омут, глядя в них, можно запросто утонуть. Неожиданно для себя я залюбовался ею.

Пришлось тряхнуть головой, дабы отогнать наваждение. Кстати, её одежда поразила меня не меньше, чем её красота. Облачена девушка необычно: в кожаные штаны, а сверху из такого же материала жилетка, одетая поверх мужской рубахи.

Немыслимо. Вот для чего девушке облачаться в мужскую одежду? Стоп, Крэн, — одёрнул я себя, — а вдруг это не девушка,