И ниёр вурту (Я найду тебя) - Valery Frost

— Только не заиграйся, милая, — строго и важно произнесла ведьма, прерывая веселье и поднимаясь на ноги.

Уж кто бы говорил про осторожности в играх!

К вечеру того же дня, уставшая, но довольная, я демонстрировала ведьме и Темному свои подросшие возможности и окрепшие таланты.

Мы сидели в нашей общей с Микартом спальне: я в кресле, ведьма на подоконнике, Микарт, развалившись на кровати.

— Нам осталось три прыжка, и мы будем на побережье, — рассказывал о дальнейших планах Темный, — это почти десять дней.

И такой жалостливый взгляд кинул на меня, что меня перекосило.

— Не переигрывай, — донеслось из-за плеча.

Я обернулась — Сивральвэ смотрела на Микарта. И кому было адресовано это замечание?

— Затем, до острова — еще пару дней полета…

— Это при хорошей погоде, — поправила мага ворожея.

— А если будет погода плохая? — уточнила я.

Мне вдруг очень сильно захотелось пить, но подниматься с насиженного места и идти до стола — было лень. Эх, если бы мне кто-нибудь поднес стакан воды…

— А если будет плохая, — продолжил Микарт, переворачиваясь на бок, — тогда нам придется пережидать непогоду.

— А где?

Я не унималась, так же, как и моя жажда. Я кинула печальный взгляд на кувшин, и короткой вздохнула. Тем временем Темный, покачивая головой, сетуя, что приходится там много объяснять свалившейся с луны девочке, поднялся и направился к столу.

— Пережидать непогоду лучше всего в тихом месте, — подойдя к заветной части мебели, выставил в ряд три стакана и поочередно наполнил их водой. — Корабли поднимаются над грозовыми тучами и ждут, пока все стихнет.

Настороженная действиями мага, ворожея переместилась с подоконника ко мне на кресло, заняв почетное место на подлокотнике — справа от меня. Темный, продолжая объяснять принципы полета на кораблей через море-океан, подошел к нам и протянул каждой по стакану, затем развернулся, и, не прерывая рассказа, взял третий стакан, отхлебнул воды, и снова вернулся на кровать.

Пока Микарт шел к постели, разглагольствуя, Сивральвэ легонько подтолкнула меня локтем:

— Твоя работа? — кивнула она в сторону Темного.

Я скромно пожала плечами — откуда мне знать? Может, Микарту тоже пить захотелось…

Хотя, зная характер Темного, трудно представить, что он бы он соизволил встать, а уж тем более — обслужить еще двоих.

— Молодец! — шепотом похвалила меня ворожея, возвращаясь к своему наблюдательному пункту.

Я внимательно следила за Микартом — смогу ли увидеть хоть малейший намек на то, что он действовал спонтанно? Покажет ли свое знание моего вмешательства или притворится, что ничего не заметил?

Думала и смотрела. Смотрела и думала. И досмотрелась…

— Вирай, о чем задумалась? — Микарт глядел на меня из-под бровей, но не сурово. Отнюдь.

— Что плохо жить без часов, — сочинила на ходу отговорку.

Сивральвэ тяжело вздохнула, поднялась с места, и, проходя мимо, похлопала меня по плечу.

— Были бы у тебя часы, милая, — ворожея подошла к столу, поставила на стол стакан, и повернула ко мне голову, слегка склонив — теперь прищур ее глаз могла видеть только я, — сидела бы и считала бы минуты до встречи с Кильваром. А так… всего каких-то две недели без малого… Правда, Микарт?

Разворачиваясь к двери, Сивральвэ легко кивнула Темному, подсказывая ответ на вопрос и прощаясь одновременно, и выскользнула в коридор, оставляя меня на растерзание совести.

С одной стороны, десять дней — это очень много, и неизвестно, что может случиться с воином за этот срок. С другой стороны, да, конечно же, я бы хотела сократить этот срок, но меня поставили перед фактом, загнали в рамки и предъявили ультимативные условия.

Уступить Темному, чтобы поскорее добраться до Кильвара? И как я потом смогу смотреть ему — воину — в глаза? Ведь даже если договориться с Темным и просить его не распространяться, вряд ли он сдержит слово и будет молчать. Будет ходить гордым петухом, и показывать свою власть надо мной.

Я в тупике!

Или… или может, согласиться на вариацию?

Ой, нет! Даже представить себе не могу: Микарт в кровати с девушкой и я, сидящая в кресле. Наблюдающая… Бр-р-р…

— Замерзла? — вдруг спросил маг, садясь на кровати и внимательно глядя на меня.

— Нет, просто подумалось…

— О чем?

От возникшей идеи зачесался нос.

— Могу показать, — предложила я, заломив одну бровь — фирменный знак Ники. Никто так не умел, как я, вскидывать одну бровь.

— Покажи, — подаваясь вперед, дал согласие Темный.

Ну, что ж, это вызов…

— Выключи свет, — попросила я — так легче работать с чужим сознанием.

Продемонстрировав все те же замечательные технологии, маг два раза хлопнул по стене, откидываясь на подушки, но затем снова принял сидячее положение.

— Хорошо, — я прищелкнула пальцами, — лови!

Не отводя взгляда, я коснулась сознания Темного. Ласково… одним пальчиком… А в реальности неотрывно глядела ему в глаза.

— Ну, чего ж ты медлишь? — решил позлить меня Микарт и тут же поплатился — я грубо, хоть и ментально, бросила в него образ, посетивший недавно мою голову.

Мало того, что бросила, я еще и удержала сцепку, демонстрируя, словно прожектор на большом экране, эротическую сценку: маг, обнаженный до пояса, обнимает за талию сидящую на нем сверху костлявую блондинку, а она, склоняясь над Темным, давит на плечи и заставляет опуститься на спину. И я, сидящая в кресле, и откровенно зевающая.

— Хватит! — рыкнул маг и дернул головой.

Я скорее от крика, чем от испуга, разорвала ментальную связь.

В мгновение ока разъяренный, словно тигр, Микарт очутился подле меня, навис, упираясь руками в подлокотники, и приблизил свое лицо максимально близко к моему.

— Ты снова решила со мной поиграть? — процедил сквозь зубы Темный.

Я не готова была сдаваться, подалась вперед, почти касаясь кончиком носа подбородка мага, и голосом девушки «секс-по-телефону» произнесла коротко, но емко:

— Нет.

Вот ведь странное сочетание — огонь и лед. Это я — огонь. Это я должна быть эмоционально неуравновешенна. А водный маг должен быть по идее рассудительным и спокойным. А он бушует, злится по малейшему поводу, вспыхивает, как спичка.

Вот и сейчас, выплескав свой гнев в долю секунды на меня, вдруг остыл, нахмурил брови.

Я рассматривала его снизу вверх, все еще продолжая держать спину в напряжении, а голову гордо поднятой.

— А ведь ты еще более коварная, чем Мышь, — вдруг поделился своими соображениями Микарт, и стал рассматривать так, словно первый раз видел. — Ты тоже любишь играть…