Лети, мой Свет! - Янина Василик

- А чего ты им сказал? Ну, тем лучникам, что они так быстро смылись? - заинтересовано спросила девушка, бесцеремонно прерывая поток самокритики. Кристарн мысленно сделал перевод на нормативный язык и озвучил:

- Сказал, что за такое плохое поведение, им нужно не пальцы поломать, а шеи. Но так как сегодня я добрый и милый, то пока не буду. Но могу передумать и догнать, если ты мне окончательно испортишь настроение... Нужно же хоть немного шевелить мозгами, прежде чем доставать оружие!

- Понятно. Очень познавательно, - рассмеялась Аталь. - Знаешь, я никогда не видела, как сражаются дроу. Так впечатляюще!

- Не впечатляйся. Ты и сегодня не видела, как сражаются дроу, - поморщившись, проворчал Кристарн.

- А что это было?

- Уж никак не сражение, - насмешливо фыркнул тёмный.

- Эй, да ты чего такой грустный?- забеспокоилась девушка, поднимая ладонь. - Ты не ранен?

- Я не грустный, не милый, не добрый и не ранен. А ты - не смей насиловать магический источник, пока в таком состоянии! - отмахнулся от неё дроу, наливая второй бокал.

- А мне? - возмутилась Аталь.

- А тебе - пора спать, - категорически заявил тёмный. - Если будешь дальше пить - уйду наверх, будешь развлекать своих поклонников самостоятельно. А то я уже натанцевался.

Целительница сердито засопела, но, к удивлению Кристарна, согласно кивнула, вернувшись с хозяйской кухни с огромным стаканом яблочного сока. Странно. Он был уверен, что она стукнет кулачком по столу и заявит, что всякие там эльфы ей не указ! А тут - надо же! - послушалась...

К дроу внезапно вернулось хорошее настроение.

- С чего такая покладистость? - осведомился он, замечая, что коньяк и на него действует весьма благотворно. Опьянения, правда, не ощущалось, зато по всему телу разлилось приятное тепло и мысли о собственном недостойном поведении построились клином и организованно улетели из его головы.

- Мы, женщины, вообще умные, и точно знаем, когда можно спорить, а когда лучше промолчать.

- Да ты что? Я в восторге! - неподдельно восхитился дроу, наливая ещё один стакан и с интересом изучая тарелку с закусками. Так как Аталь не оценила стараний заботливого трактирщика, Кристарн решил, что вполне заслужил небольшое и аппетитное вознаграждение.

- А просвети-ка меня, о, умная женщина, пока ты хоть немного протрезвела, чего ты собиралась в королевском дворце делать? Ты хоть представляешь, куда в таком состоянии могла переместиться? Да ещё и с попутчиком? И, если я вас правильно понял, верхом на лошадях?

Аталь поморщилась, отпила из свого стакана и задумалась. Только не о своём нехорошем поведении, а о том, что добрейший хозяин, в припадке щедрости, налил в её коктейль столько коньяка, что пить его, как чистый яблочный сок, было весьма проблематично. Но сегодня девушку такие трудности не пугали и не останавливали.

- Я-то умная женщина, а вот ты, прости, не очень. Давай ты мне завтра всё расскажешь, я проникнусь, раскаюсь и, возможно, даже покраснею, ага?

- Да, на умную женщину я, надеюсь, не очень похож, - серьёзно подтвердил дроу. - Ладно, будет тебе завтра очень проникновенный разговор. Обещаю.

- Поздно. Ты меня уже пристыдил, испугал и впечатлил. Пойду я, наверное, действительно спать. Где там моя комната? Принесите двери - хочу отсюда выйти.

Кристарн почувствовал, что девушку затопила беспросветная тоска, смыв без следа сумасшедшее натужное веселье. По крайней мере, хоть что-то определённое! А то от посекундной смены настроения уже раскалывалась голова, а заблокироваться от неё, почему-то, не получалось ни на миг. Тёмный молча встал и, подхватив Аталь под руку, поднялся на второй этаж.

- Держи ключи. Мы расположились рядом, через стенку. Если нападут тараканы и начнут выносить вместе с кроватью - стучи, прибежим отбивать. Может быть.

Девушка кивнула, прицелилась и самостоятельно попала ключом в замочную скважину. Почти с первой попытки.

- Сладких снов, - от души пожелал Крис, отпирая дверь в свою комнату и предвкушая отдых пусть и на плохонькой, но кровати. По сравнению с ночевками на сырой земле и жесткой хвое, даже немудреная гостиничная мебель казалась притягательно-комфортной.

- Не забудь запереться. Изнутри.

Аталь мрачно на него посмотрела, намекая, что даже в инструкциях для особо одарённых дриадской настойкой персон должны быть границы разумного. И, плавно отлепившись от дверного проёма, сделала шаг обратно в коридор. Кристарн вопросительно поднял бровь, искренне надеясь, что девушку не озарила гениальная идея назло ему спуститься вниз и продолжить праздник души.

- Может, зайдёшь ко мне? - охрипшим голосом (песни, видать, пели громко) выдала целительница. Н-да. Всё-таки озарило. Причём гораздо более яркой идеей, чем изначально подумалось тёмному.

- Зачем? - холодно спросил Кристарн, пытаясь отрезвить несносную человечку льдистыми нотками равнодушного высокомерия. - Ты вроде как спать собиралась?

- А я передумала! - она тесно прижалась к нему, заглядывая в глаза, не обратив внимания ни на ораторские таланты, ни на окаменевшее лицо темного. - Неужели я хуже русалки?

И, не поленившись встать на цыпочки, чтобы дотянуться до застывшего эльфа, требовательно поцеловала. Крис мысленно застонал, мучительно раздумывая, не засчитается ли ему оглушение женщины в данной ситуации за самооборону. Но, услышав, как по лестнице неуверенным шагом поднимается кто-то из постояльцев, быстро подхватил девушку и захлопнул за собой дверь в её комнату.

Отпустив себя на мгновение, всего лишь на мгновение, крепко обнял хрупкие плечи, зарываясь пальцами в мягкий шёлк её волос, и целуя нежные губы, с готовностью отвечающие на его ласку. Дразнящие, с чуть горьковатым привкусом коньяка и кофе, и невозможно притягательным искушением послать всё и всех к демонам, чтобы раствориться в волшебстве этого невероятного, давно забытого ощущения...

Но, проклятый щит по-прежнему бездействовал, и сознание исправно докладывало ему об истинных чувствах девушки: боль, тоска, разочарование, желание отвлечься хоть ненадолго от грызущих нерадостных мыслей. Медленно затапливала сознание всё нарастающим комом и страсть, но даже тени того, чего втайне надеялся почувствовать Кристарн, от неё не исходило. Отчётливо осознав, что по большому счёту ей сейчас абсолютно всё-равно кто перед ней - хоть распрекрасный эльф, хоть давешний лесоруб - тяжело вздохнул и отстранился.

Сверкающие в полумраке глаза, припухшие влажные губы, непослушный завиток, нарисовавший причудливый рисунок тени на щеке - русалка обзавидовалась бы да утопилась повторно! Неужели ей никто не говорил, насколько она красива?