Изобретатель чудовищ - Артем Михайлов

— Верно, — не стал перечить Исидор. — Придется повернуть назад. Вернемся в Долину гейзеров.

— А если в цеху еще остались секвестры? Вдруг мы не выкурили их всех? Мы и так еле вырвались наружу!

— Кстати, а зачем сюда выходит конвейер, тот, мимо которого мы прошли? — задался вопросом часовщик. — Что поступало по этому конвейеру в цех?

— Только это тебя и волнует, — упрекнул Тим. — Люди о деле говорят, а ты опять о механизмах. Конечно, раз на конвейере до сих пор валяются какие-то кости, то и в цех поступали по нему кости, что неясного?

— Кости… вернее, останки, части трупов! — воскликнул Исидор. — Материал для создания секвестров!

— Ну да, — сказал Феликс. — Монстры на нашем пути — поставщики материала для Магога. Они стараются раздобыть трупы, чтобы бросить их на конвейер!

— И что было бы, если бы конвейер вновь заработал?

Путники примолкли. Все задумались, как поведут себя исчадья Магога, когда парализованный еще в незапамятные времена конвейер оживет.

— Допустим, для монстров это станет чем-то вроде сигнала отправляться на охоту за биоматериалом, — развил идею Феликс. — То есть за трупами. Было бы неплохо, покинь они свой лагерь.

— Попробуем? — загорелся Тим. — Нам повезет!

Часовщик строго посмотрел на вора:

— Мне почудилось, или мои механизмы на что-то годятся?

— Да ладно. Это же не ты придумал, а Феликс. Главное, почини конвейер.

Седоус не заставил себя просить. Но применить какое-то особенное мастерство часовщику не довелось. Конвейер не был испорчен: он просто остановился, когда Магог покинул цех. Смазав ходовые детали, часовщик потянул пусковой рычаг.

Во мгле завыла сирена, всполошив лагерь монстров. Они забегали по своим рвам, галдя и натыкаясь друг на друга. Особенно крупная тварь — вожак спустился в яму, волоча за собой обломок ржавой трубы и начал колотить в него железным прутом. Это привлекло внимание монстров, и они со всех ног кинулись к вожаку. Тот, показывая лапой в сторону конвейера, прорычал какие-то команды. От толпы чудовищ отделилось шестеро матерых тварей. Всем остальным вожак сделал знак следовать за собой. Без долгих сборов монстры выкарабкались из ямы и гуськом двинулись по тропе в противоположную сторону от Феликса и его отряда, постепенно скрываясь из виду.

— Что, уходят? — обрадовался Тим. — Быстро они!..

— Отправились за трупами для господина. Наверное, подумали, что вернулся Магог и вновь ждет от них приношений.

Орхидея обеспокоилась:

— Они пойдут в сторону форта, чтобы нападать на наши дозоры.

— Воины форта небеззащитны, — напомнил Феликс. — Главное, что монстры очистили нам путь.

— Шестерых оставили караулить.

— Пусть основные силы уйдут подальше, и мы сможем атаковать.

Путники продолжали вести наблюдение за опустевшим лагерем. Шестеро караульных покопались в земле, потом сели в кружок. Мрак мешал уразуметь, чем они заняты: то ли у них завязался спор, то ли монстры вели какую-то игру, все с большим азартом размахивая руками. Вот тьме лишь вырисовывались их силуэты. Но внезапно шестерка тварей вскочила, воздух огласили рычание и визг.

— Магог не может ждать слишком долго! — единственное, что разобрали спутники Феликса из почти нечленораздельных возгласов исчадий тьмы.

— Что это они? — не понял Исидор.

Тим прибавил:

— Кажись, сейчас подерутся.

Он не ошибся. Твари накинулись друг на друга с отчаянной жестокостью, пуская в ход все подручные средства — лопаты, дубины, камни — кто что успел схватить.

— Спятили! — заключил часовщик.

Грызня в темноте продолжалась, лагерь оглашали злобные вопли. После короткой схватки на ноги поднялись лишь три темных тени — еще трое остались лежать во рву. Но и среди победителей один едва стоял на ногах, он был тяжело ранен. Оба его сородича, не сговариваясь, сразу же стали наносить ему дубинами удар за ударом, пока тот не рухнул. А потом началось омерзительнейшее действо. Никто из спутников Феликса не пожалел, что сумрак мешает им отчетливо рассмотреть, как двое секвестров расчленяют тела погибших, сбрасывая их части в кучу.

— Уж не сожрут ли они все это? — поморщился Седоус.

— По-моему, я догадываюсь, в чем дело, — Феликс усмехнулся. — Эти твари торопятся угодить своему господину…

Завязав останки в узлы, сделанные из лохмотьев самих же убитых, монстры направились в сторону конвейера. Путники затаились. Исчадья Магога прошли прямо мимо их засады. Их утробные голоса послышались отчетливее.

— Хозяину нельзя долго ждать!

— Мы первые добыли ему мясо!

Орхидея шепнула:

— Какая гнусность, они перебили друг друга, лишь бы поскорее положить что-нибудь на конвейер!

Исидор невесело добавил:

— Да… Если секвестры из цеха — абсолютно инстинктивные существа, то у этих уже есть зачатки и усердия, и тщеславия. Пока вожак повел стаю на охоту, эти нашли способ выслужиться.

— Они думают, Магог их наградит? — усомнился Тим.

— Скорее всего, в них просто заложена преданность. Вряд ли Магог стал бы тратить время на поощрение этих уродов.

— Для надежных воинов они туповаты, — фыркнула Орхидея. — Только что из-за этой "преданности" Магог зря потерял четверых.

— Не думаю, что это большая потеря, — высказал мысль Исидор. — Выжившие — самые сильные. А из частей остальных Магог наштамповал бы свежих, куда более крепких, чем прежние. Эти монстры не умирают собственной смертью, а тут какой-то отбор, обновление. Так что если они иногда по тупости или злобе и убивают друг друга, Магог не остается в накладе.

Монстры тем временем разгружали окровавленные узлы, раскладывая на конвейере отталкивающее подношение своему божеству.

— Пора их прикончить, — распорядился Феликс.

— Мы с Тимом все сделаем тихо, — пообещала Орхидея.

Вор кивнул, и, с кинжалами наготове, они нырнули во мглу. Спустя минуту под завесой мрака разыгралась очередная драма. Монстры, занятые своим жутким делом, не успели понять, что происходит, когда почти одновременно острые лезвия располосовали им горло. Орхидея и Тим столкнули трупы прямо на ленту конвейера, и она медленно потащила их в недра подземного цеха.

Наконец дорога через стойбище монстров была свободна. Путники миновали изрытый траншеями пустующий лагерь — ступенчатую яму, к центру которой стягивались разветвленные ходы… Магога не было в подземном цеху уже сотни лет, а секвестры все жили здесь, прокапывая новые рвы, восстанавливая осыпавшиеся, упорно трудясь и поедая личинок. Но стоило лишь заработать конвейеру, они покинули свое гнездо, чтобы вновь выполнять волю господина. Скоро или нет, конвейер опять остановится, но бог весть, сумеют ли эти твари понять, хотя бы смутно почувствовать, что их забыли, и они больше не нужны своему хозяину?