Искатель - Гильмутдинов Ирек

чтобы вскарабкаться до того места, где увидел что-то непонятное. Когда всё же добрался туда, моему изумлению не было предела. Это был ящик из неизвестного мне материала, из трещины которого наполовину торчал лук. Взявшись за него левой рукой, попробовал дёрнуть, но тот оказался плотно зажатым. Излишний интерес к находке увлёк меня, а моё внимание притупилось. Стоя на небольшом уступе, я посчитал шаткий камень хорошей опорой. Покрепче ухватившись за лук двумя руками, я с силой потянул его на себя, благодаря чему смог выдернуть лук. Да вот только из-за вложенных усилий не удержал равновесия и полетел вниз, держа в руках свою добычу. Последнее, что я услышал, это вскрик Вилиары. Затем глухой удар об землю, а следом в глазах наступила темнота.

Вечер того же дня. Подгорная деревня, дом кузнеца Каджи.

— Дедушка, а вы точно уверены, что с братом всё будет хорошо? — Вилиара всхлипывая стояла возле знахаря, смотря на того снизу вверх. Ниже спины сильно саднило от хворостины, которой прошёлся отец в назидание, но плакала она совсем не из-за боли, а из страха потерять старшего брата.

— Да, дитя моё. Хотя сам до конца не понимаю, как такое возможно, но с ним действительно всё будет в порядке. Упасть с такой высоты и получить лишь пару ссадин да небольшую шишку — это невероятно, — пробормотал удивлённый знахарь. — Если бы не твой рассказ о высоте, с которой упал Крэн, подумал бы, что он просто споткнулся и ударился об пол головой.

— Прошу извинить, дитя, но меня ждут больные в другой деревне. Всего тебе доброго. — Знахарь потрепал Вилиару по голове. Старик развернулся и пошёл прочь, пока он мог слышать, всё это время ему в спину доносились слова благодарности.

Продолжая смотреть в спину уходящему знахарю, Вилиара услышала, как её зовёт рассерженный отец.

— Дочь, а ну подойди ко мне.

Отец злым человеком не был, а своих детей, как и жену, очень любил. Но и злить отца, а тем более играть у него на нервах в семье «дураков» не было. Все прекрасно знали о том, какой он бывает в гневе, да и рука кузнеца весьма крепка. Один удар — и нет дурака.

Вилиара, несмотря на боль, быстрым шагом подошла к отцу, склоняя голову и признавая тем самым свою вину.

— Послушай, доча. Хотел ещё раз тебя спросить, ты точно не врёшь про высоту, с которой свалился твой брат? — Отец огромной горой нависал над дочерью.

Вилиара быстро замотала отрицательно головой, говорить она побоялась, вдруг опять прилетит.

— Милостивые боги, спасибо вам за спасение сына моего, — произнесла шепотом матушка, стоя за спиной мужа. Дочь ей было жалко, но против воли мужа, решившего наказать её, она пойти никак не могла.

— Послушай меня, неугомонная моя дочь. Если твой брат, придя в себя, расскажет другую историю, выдам тебя замуж... — тут он сделал паузу, якобы размышляя, за кого же её выдать, — ну, например, за того парня по имени Олик, он вроде как из речной деревни будет. Тебе всё ясно?! — Слегка повысив голос, отец наблюдал, как на лице дочери сменялось одно выражение за другим.

Матушка же, чтобы не подрывать авторитет отца, прыснула в кулачок, прячась за широкой спиной мужа.

— Папка, ну он же страшный и козявки свои ест. Девчонки болтали, он и из ушей всю гадость в рот суёт, — Вилиара не выдержала и разрыдалась, представляя, как над ней будет смеяться Вера.

— Спрашиваю тебя в последний раз, зачем он туда полез? И как высоко?

— Да я правду рассказала, он там увидел огненную каплю, про которую сказывал Ликар, и Крэн полез её для меня достать. А взобрался он очень высоко, снизу я Крэна видела как маленькую точку.

— Папочка, я тебе умоляю, — жалостливым голосом и шмыгая носом произнесла Вилиара, — только не за Олика, прошу тебя, папочка, я больше не буду убегать, честное слово.

Заметив, что отец совсем не реагирует на её мольбы, она перестала притворяться и, придав своему голосу уверенности, выдала на одном дыхании.

— Отдашь за него замуж — убегу с торговцами в столицу, — и, скрестив руки на груди, Вилиара приняла позу решимости, ну, по крайней мере, ей так казалось.

— Ну раз ты смеешь мне угрожать, — теперь уже отец скрестил свои могучие руки у себя на груди, а за его спиной жена еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться вслух.

— Тогда тебя ждёт… — но, не успев договорить, какое будет наказание, Каджи запнулся на полуслове. Из распахнутого окна дома послышался хриплый голос сына.

— Пить, дайте кто-нибудь воды, — прохрипел Крэн.

Всё семейство тут же бросилось в дом.

— Вили, бегом принеси воды брату, — крикнула мать, а сама бросилась к сыну.

— Сынок, родненький, как ты? — Алара прижала Крэна к груди, а из её глаз брызнули слёзы. Мать с сыном так и сидели на кровати в обнимку, дожидаясь того, пока Вилиара принесёт воды.

— Мама, ну отпусти меня, пожалуйста, пить сильно хочется, — просипел Крэн, силясь освободиться из её объятий.

— Да-да, конечно, милый, — отстранившись, она всё же дала сыну наконец-то возможность взять ковш с водой из протянутых рук сестрёнки, стоявшей уже некоторое время рядом с кроватью.

После того как я вдоволь напился, мы сидели молча, никто не решался начать говорить. Сестрёнка, не выдержав гнетущего молчания и рвущегося наружу любопытства, нарушила тишину, начав задавать вопросы.

— Ну рассказывай, что ты там увидел? Это была огненная капля, да? — Глаза сестрёнки сами сейчас напоминали две огромные огненные капли. А её горящий любопытством взгляд пронизывал меня насквозь в ожидании чуда.

И в этот миг я всё вспомнил: как бежал за ней по полю и не мог догнать, как она меня дразнила и вроде я хотел ей отплатить той же монетой или уже отплатил… Хм-м, странно, чего это с моей памятью. Ладно, потом подумаю, а пока нужно этой дразнилке показать, каково это — над старшим братом издеваться.

— Отец, а почему ты не работаешь в кузне? Долго ли я спал? Что вообще происходит? И почему все на меня смотрят, словно я восстал из мёртвых? — начал засыпать вопросами родителей, игнорируя Вилиару. Всё же приятно наблюдать