Лунная пыль. Академия Эдарон - Эмилия Крук

В огромную лекционную аудиторию мы добрались быстро, но этой скорости было явно недостаточно для того, чтобы занять понравившиеся места. Заметив нас, рукой помахал Ян, но чтобы рядом с ним уместиться, нужно было съежиться раза в три.

К наметившемуся раздражению внутри, прибавилось что-то колкое, но быстро сменилось потоком радости, когда в дверях показался Карл. Он явно не ожидал увидеть такого скопления учеников и выглядел немного растерянным.

Не помня себя, я кинулась в уже раскрытые объятия. Такой он родной и близкий, что затискала бы, как котенка. Но на нас со всех сторон пялились, поэтому чувства пришлось попридержать.

Схватив его за руку, потянула к последнему ряду, где успела обосноваться Скора. Но познакомить их не успела – почтенный преподаватель с лохматой седой бородой объявил о начале занятий.

Все-таки лекции, это не мое. Скучно, зевать хочется, и знания не усваиваются совершенно. Я бы лучше книгу почитала. Да еще и Карл подсунул записочку: "Взял заказ на амулет. Срок два дня."

Нет, ну каков наглец! Я даже писать не стала, прошипев со злостью:

– Мы с тобой только три дня, как из кабинета Стешского. Мало?

– Кам, это знакомый. Он точно никому не сдаст, а мне одежду на осень покупать нужно, да и тебе новые платья не помешали бы.

Я задумалась. Оно, конечно, правильно, не всю же жизнь меня выпускать за стены Академии не будут, а одежду обновить хочется. Тем более, что заказ Карл получил от знакомого человека, значит, огласки можно не опасаться.

– Пиши что нужно. Постараюсь сделать побыстрее.

– В субботу ярмарка. Пойдем? – я, конечно, Карлу обо всех ограничениях не говорила, но можно ведь понять, что не просто так меня сюда упекли.

– Мне запрещено выходить.

– Ну Кам, ты же девочка. Скажи расческу купить, мелочь всякую, белье нижнее, на крайний случай. Неужели не разрешат?

А ведь он снова прав. Если бытовую мелочь Тоскан еще мог предложить купить за меня, то как быть с интимными вещами? И на ярмарку хотелось жутко.

До конца лекции еле досидела, сразу направившись в профессорский кабинет. Я собиралась отстаивать свое до последнего, но угрюмый вид декана заставил сменить тактику.

– Ну профессор Тоскан, ну, пожалуйста, – канючила я, изведя все доступные аргументы. – Столько всего купить нужно.

– Одну точно не отпущу, а самому таскаться с тобой некогда, – он озадаченно почесал заросший подбородок. Надо сказать, что выглядел Тоскан очень устало. – Только если кого-то из старшекурсников снарядить... – а потом уже конкретно мне. – Все, иди, Деронвиль, с конвоем поедешь.

Я уходила от него довольная до безобразия, и даже поджидавщий в общежитии Щетинистый негатива не вызвал. Проходя мимо, я сладко выдохнула: "Арон " и скользнула пальцами по его руке. Вуаля! Парень в глубоком шоке, даже остановить не попытался, так и стоял, глазами хлопая. Да я его, чтобы отстал, даже поцеловать могу, правда, исключительно в щеку.

Как же все замечательно складывается! От радостного предвкушения даже воспоминания о мертвом тролле померкли. Так что записку от брата с указаниями по заказу, я разворачивала, готовая тут же приступить к выполнению. Амулет, позволяющий расширять пространство. В простонародье, потайной карман.

Удача сегодня явно на моей стороне! Ведь эту тему я не просто хорошо знала, но и имела изрядный опыт. Только перед отъездом из родительского дома такой смастерила. Точнее, не сам амулет, а сложное плетение на дорожный чемодан. Иначе бы такое количество вещей в ограниченное пространство не влезло.

С амулетом, конечно, намного сложнее. Ведь нужно было, чтобы при попадании в карман, безразмерным стал сам карман, а не весь пиджак. Но когда меня останавливали трудности?

В итоге, провозилась до вечера, постоянно что-то исправляя, но результатом была очень довольна. А вот над письмом родителям пришлось попыхтеть. Я старалась писать правду, лишь немного искажая события. Так, например, перевод на боевой факультет у меня в письме выглядел единственным возможным вариантом, ведь открывшиеся способности в работе с сырой силой, нуждались в тщательной шлифовке.

Спать ложилась опустошённая до основания, поэтому и сон восприняла так ярко.

***

По огромной поляне, освещенной солнцем, бежала девочка. Вокруг мелькали заросшие мхом стволы высоких деревьев. Сочные зеленые кроны перемешивались с яркими красками золотых и сиреневых цветов, а мягкий ковер из трав щекотал маленькие ножки, которые сегодня опять остались без туфелек.

– Анэлия, я все папе расскажу! – кричал мальчик лет тринадцати, безуспешно стараясь догнать малышку. – Еще и туфли опять сняла, поганка мелкая!

Ему ответом был такой заливистый смех, что и сам парень невольно улыбнулся.

Девочка вдруг остановилась посреди полянки, тряхнув длинными волосами цвета темного золота, и начала подниматься над землей. Но она летела не сама, это цветок, повинуясь вливаемой в него магии, увеличивался в размере и, достигнув высоты двух метров, остановился, клоня вниз свою великолепную голову.

Анэлия с веселым криком покатилась с цветка, словно с детской горки, прямо в руки чрезвычайно недовольного мальчика.

– Лит, отпусти, еще хочу кататься, – заканючила она, пытаясь вывернуться из цепких объятий.

– Сколько раз говорить, не называй меня так! Я –Литманиэль, и права сокращать мое имя не дано никому, – он злился, а еще одновременно пытался удержать ребенка и поправить свои растрепавшиеся волосы, они у него были как лунный свет, завораживая блеском.

Тогда-то и стали видны острые уши, буквально кричащие о принадлежности к эльфийской расе.

– В этот раз отец накажет тебя, и выпорет, наконец, – злорадно продолжил мальчик, норовя шлепнуть малышку по вертящейся попе.

– А вот и нет, папа меня больше всех вас любит, – Анэлия показала брату острый язычок. Она очень старалась вывернуться так, чтобы Литманиэль его увидел.

Мальчику последняя фраза была неприятна, но он промолчал. Лишь больно дернул сестру за свисающие почти до самой земли волосы, теперь казавшиеся сиреневыми.