Тварь живучая 2 - Павел Миротворцев

— А сколько

— Чёрная метка Снейпа, директор, — поспешил сменить тему Гарри.

Директор задумался на какое-то время. Он не решался задать вопрос открыто, но ему просто необходимо было узнать всю историю этого человека. Подумав, что парень рано или поздно сам расскажет про свою нелёгкую жизнь, директор поспешил нарисовать на лице улыбку и поддержал смену темы.

— Северус очень страдает от наличия у него знака мрака, не могли бы вы помочь ему с этим вопросом?

— Сразу после завтрака. Как сдаёт экзамены мисс Грейнджер? — опять изменил тему Уайт.

— Как и предполагали, она замечательно справляется. С вами, конечно, не сравниться, но для пятикурсницы она великолепна, — а сам Гарри к этому моменту за выходные сдал два экзамена.

— Замечательно. Я достаточно вам доверяю, чтобы разрешить информировать своих людей настолько, насколько посчитаете нужным, — к этому моменту они подошли назад к Большому Залу куда незамедлительно и прошли. Гарри таки забрал у МакГонагал расписание змей стал дожидаться, пока Снейп закончит свою трапезу, попутно изучая полученный листок. Змеи по новому расписанию получали экзекуции по субботам, весь день, и четыре часа по средам. Есть вещи, которые никогда не меняются. Конечно же профессор зельеварения поспешил первым покинуть это скопление человеческих особей и попытался скрыться от ненавистных учеников в своих подземельях.

— Профессор Снейп, я бы хотел помочь вам с решением вашей проблемы, — раздался из-за спины слизеринского декана холодный голос, полностью лишённый эмоций.

— Видимо, вы очень наблюдательны, если смогли найти у меня не просто «проблему», а такую, с которой вы мне сможете помочь, — голос Снейпа звучал ровно и спокойно. Как всегда, в прочем.

— Будьте так любезны, покажите мне руку, на которой находится эта самая проблема.

Снейп молниеносным движением выхватил палочку, а Гарри, который этого только и ждал, таким же движением вырвал оружие из рук алхимика.

— Северус, мне не жалко ваши запасы противоядий, просто мне будет досадно, если столь талантливый зельевар случайно околеет у себя в подвале.

— Подземелье, а не подвал! — рявкнул Снейп, закатал рукав и протянул руку. Зельевар всегда злился, если его вотчину называли подвалами. Именно потому, «Главный» никак иначе подземелья Хогвартса при нём не называл. Гарри провёл уже надоевшую беседу с отвратительной татуировкой, после чего отдал палочку, развернулся в Снейповской манере — на одних каблуках, и отправился назад в Большой Зал, игнорируя то, что от Северуса просто веяло помимо дикой боли недоумением и страхом. Чего он испугался, не понятно. Свободы, чтоли? А ведь теперь он мог убежать от этой войны. Люди странные существа. Готовы резать друг друга ради какой-то цели, а когда её добиваются, их настигает дикий страх того, что придется искать новую цель.

Войдя в Большой зал, Уайт сразу направился к столу гриффиндора, а когда сел около Грейнджер, слизеринцы вздохнули с облегчением. Гарри поднял взгляд на ту, которая могла стать его кровной сестрой. Сердце обливалось кровью, когда он видел Гермиону. Худая, с чем-то невообразимым на голове, бледная как Снейп и, создавалось впечатление, что если в зале раздастся громкий звук, она сразу же спрячется под столом. Не было и следа от гордой, немного дерзкой, а главное весёлой девушки. Жизнерадостной, той, которая раз за разом могла доказывать Гарри, что жизнь, не смотря на все её лишения и опасности, всё равно прекрасна и стоит борьбы.

Гермиона заметила его взгляд и начала откровенно паниковать. Девушка задрожала, она раза с третьего только могла наколоть кусочек картошки, потому что руки напрочь отказывались её слушать. Юная ведьма так сжалась, что казалась максимум третикурсницей, но никак не ученицей пятого.

— Мисс Грейнджер, не желаете ли вы прогуляться до Хогсмида? Мне бы хотелось с вами поговорить, — Уайт говорил со всем дружелюбием и доброжелательностью, на которую был способен. Но Гермиона всё равно опешила. — Мисс Грейнджер, неужели я настолько страшен, что вы теряете дар речи от одной моей фразы? — так как Гарри не пытался говорить тихо, за соседним столом с зелёнными флагами разговор слышали и заочно начали сочинять соболезнования семье Грейнджеров. А после упоминания «страшности» состроили такие мины, как-будто проглотили каждый по целому лимону.

— Но… зачем? — еле слышно проговорила Гермиона.

— А вот и узнаете, — по-доброму улыбнулся Гарри и принялся быстро поедать попавший на глаза окорок.

Он старался доесть одновременно с Грейнджер, а потому спешил. Когда Гермиона доела, на её лице отчётливо проступила надежда на то, что на самом деле Уайту нужен кто-то другой. Надежда угасла в тот миг, когда он протянул девушке руку. Та, жутко смутившись, неловко протянула худенькую ручку и встала из-за стола. После того, как они покинули школу, Гарри остановился и повернулся к девушке. Гермиона была напугана до полусмерти и не рискнула поднять взгляда выше обуви странного профессора. А он помог ей это сделать. Гарри нежно взял девушку за подбородок и внимательно посмотрел ей в лицо. Мисс всезнайка подняла взгляд и мгновенно утонула в зелённых глазах, столь внимательно её рассматривавших. А Уайт искал доказательства тому, что этот человек и тот, которого он помнит это одно лицо. В глазах Гарри девушка не увидела ни злобы, ни привычного для неё презрения, а только тоску и странную, почти отеческую заботу.

— Да, мисс Грейнджер, не обижайтесь, но вы представляете весьма жалкое зрелище, — начал свою игру Гарри. Гермиона мгновенно осунулась ещё сильнее, хотя это было сложно представить. Глаза её заблестели, было ясно, что она сейчас заплачет. — Столь сильная и умная волшебница, и позволяет так с собой обращаться. Если бы я не был точно уверен в наличии этой самой силы, то, наверное, не смог бы её заметить, — после этой фразы последовал первый «хнык» уже плачущей девушки. — Вы знаете, что это я ускорил ваше обучение? — кивок — Вы знаете, что скоро начнётся война? — снова кивок — А знаете ли вы, какие цели преследует Тёмный лорд? — и третий кивок. — Тогда вы должны понимать, что вам, как маглорождённой волшебнице, нельзя быть тем существом, иначе не сказать, которым вы являетесь, — всё, это была последняя капля и у девушки началась просто истерика, она попыталась убежать, но парень схватил её и прижал к своему плечу. Юная ведьма попыталась вырваться, но быстро сдалась и стала долго плакать в плечо Гарри. Прошло минут пятнадцать, прежде чем она подняла красные от слёз глаза и увидела странную, тёплую улыбку парня.

— Вопреки устоявшемуся мнению, я не только учусь, я прекрасно понимаю, что грядёт война. А ещё я понимаю то, что очень скоро после её начала я стану сначала сиротой, а шансы пережить её у меня ещё призрачней, чем у моей семьи, — голос был ровный, тихий, но прерываемый редкими остаточными всхлипами, от истерики остались только следы. — Но что я могу сделать? У меня нет друзей, и я понятия не имею, о какой такой силе вы говорите! Я никому не нужна в магическом мире и меня не станут защищать из чистого альтруизма! Но, опять же вопреки мнению, я и сама за себя смогу постоять.