Король пиратов - Роберт Сальваторе

— Хорошо бы на это посмотреть, — заметил Грит, усмехаясь еще откровеннее.

— Ты сошел с ума, — заявила Валиндра, и несколько магов позади Грита в страхе поспешно разбежались по своим делам или притворились, что у них есть какие-то важные занятия.

— Валиндра, друг мой… — Арклем Грит взял эльфийку за руку и повел вглубь Главной Башни, подальше от неприятного зрелища с восточной стороны его владений.

— Если ты будешь правильно себя вести, то получишь неплохое развлечение, большой практический опыт, и почти ничего не потеряешь, — заверил он чародейку, как только они остались одни. — Дюдермонт охотится за моей головой, а не за твоей.

— Эта предательница Арабет тоже с ними, а ее нельзя назвать моим союзником.

Лич с беспечным видом махнул рукой:

— Всего лишь небольшое неудобство, не более того. Пусть валят всю вину на Арклема Грита — такая честь мне льстит.

— Тебя, кажется, ничто не тревожит, — сказала сверхмаг. — Самой Главной Башне грозит смертельная опасность.

— Она обратится в руины, — совершенно спокойно предсказал архимаг.

Валиндра всплеснула руками, но не могла подобрать слов для достойного ответа.

— Все здания рушатся, и всякое здание можно поднять из руин, — пояснил лич. — Но они наверняка не собираются уничтожать меня — и тебя, если ты проявишь некоторую хитрость. Я достаточно сообразителен, чтобы пережить таких, как Дюдермонт, и с большим удовольствием стану наблюдать за «реконструкцией» Лускана, когда капитан провозгласит победу.

— Как мы только могли допустить такое?

Арклем Грит пожал плечами.

— Ошибки, — признал он. — В том числе и мои собственные. Похоже, что я выбрал самый неподходящий момент, чтобы сунуться в Серебряные Земли, хотя, произошло ли это вследствие неудачного стечения обстоятельств, совпадения или происков моих врагов, я сказать не берусь. Против нас выступил Мирабар и орки вместе со своим новоявленным королем. Дюдермонт и Брамблеберри, как мне кажется, и поодиночке могли стать достойными противниками, но после того, как все они объединились, уже не было смысла оставаться в Лускане. Мы здесь ограничены в маневрах и стали легкой целью.

— Как ты можешь такое Говорить?

— Но это правда. Ага! Я не знаю всех заговорщиков, стоящих за этим восстанием, но уверен, что предатели есть среди тех, кого я считал союзниками.

— Верховные капитаны.

Арклем Грит снова пожал плечами:

— У нас очень много врагов, их может оказаться гораздо больше, чем те пять тысяч, что примкнули к отряду Дюдермонта. В основном, как ты верно заметила, это пушечное мясо, но реальные силы, управляющие этим безобразием, затаились и ждут. Я полагаю, мы могли бы проявить упорство и оказать достойное сопротивление, но в конечном счете этот шаг был бы опасен для тех из нас, кто имеет хоть какое-то значение.

— Мы должны просто убежать?

— О нет! — возразил Грит. — Не прост о убежать. Нет, друг мой, мы заставим жителей Лускана так страдать, что они надолго запомнят этот день. Даже после того, как они объявят о своей победе, они быстро о ней забудут, когда задуют беспощадные зимние ветра, а в каждой семье будут оплакивать потерю отца или матери. И их победа уже не кажется такой уж долгожданной и ценной, потому что я давно предвидел такую возможность и хорошо к ней подготовился.

Его уверенность немного ослабила напряженность Валиндры.

— Их победа выявит основных заговорщиков, — продолжал Грит, — и я отыщу возможность отыграться. Ты слишком привязана к этому месту, Валиндра, к Главной Башне. Разве я не говорил тебе, что Гильдия Чародеев — это нечто гораздо большее, чем ты видишь в Лускане?

— Да, мой господин, — ответила эльфийка.

— Тогда крепись, — сказал Арклем Грит. Холодными пальцами лича он взял ее за подбородок и поднял голову, чтобы Валиндра взглянула в его бездушные глаза. — Насладись этим днем, он сулит немалые волнения. Я-то наверняка получу довольствие. Воспользуйся всеми своими уловками, своей магией, своей хитростью, чтобы выжить и исчезнуть… Или сдаться.

— Сдаться? — повторила она. — Я не понимаю.

— Сдаться таким образом, чтобы оправдать себя в их глазах и избежать наказания. — Арклем Грит засмеялся. — Во всем обвиняй меня — прошу тебя, не стесняйся! Отыщи возможность получить свободу, или, верь мне, я приду и вытащу тебя. Обязательно. А когда пепел остынет, мы вдвоем отыщем новые пути и возможности, это я тебе обещаю. И еще больше волнений, чем за все прошедшие десятилетия!

Несколько мгновений Валиндра смотрела в его глаза, потом кивнула.

— А теперь уходи, чтобы не попасть в руки этой толпы, — сказал Грит. — Иди на берег, где обороняются наши мага, и стреляй, когда найдёшь цель. Заставь их страдать, Валиндра, и сохрани веру в своем сердце и в своем великолепном разуме в то, что это лишь временное отступление, которое приведет к неоспоримой и полной победе.

— Когда?

Простой вопрос на некоторое время ошеломил Грита. Судя по тону, каким он был задан, Валиндра прекрасно сознавала: ее понятие о времени разительно отличается от хода жизни архимага

— Иди, — приказал он и кивнул на дверь. — Иди и заставь их страдать.

Валиндра Тень, сверхмаг Северной Башни, по общему мнению второй по рангу маг Гильдии Чародеев Лускана, в полном смятении подошла к двери, отчетливо понимая, что открывает ее в последний раз. Эти драматические и опасные события грозили полностью изменить ее будущее.

***

Охранный остров они пересекли на одном дыхании, с развевающимися знаменами, со стуком мечей по щитам, с громкими радостными криками.

Сразу за мостом возвышалась восточная стена, окаймляющая владения Главной Башни. Земля с наружной стороны уже была очищена в ходе обстрела, но наверху их поджидали два десятка магов и сотня их учеников, вооруженных луками и копьями.

Все они одновременно обрушили свою ярость на атакующих, когда отряду Брамблеберри оставалось пробежать до стены не больше двадцати шагов. Люди и лестницы исчезли в клубах пламени или были отброшены назад ударами молний. Копья и стрелы застучали по щитам и броне, отыскивая уязвимые места. Людей падали и корчились от боли.

Но лорд Брамблеберри тоже привел с собой магов, и они наложили защитные заклинания на броню и людей, а также вызвали водных элементалей, чтобы быстрее погасить пламя. Множество людей, несмотря на все предосторожности, замертво упали на землю, но ошеломляющего эффекта, на который надеялись и в котором так нуждались защитники Главной Башни, достичь не удалось.