Седой - Евгений Эс

- Парень, ты чего тут весь день крутишься? Работу ищешь? — неприветливо буркнул Сугис и, не дожидаясь ответа, сразу же охладил пыл Виктора: — Лишней работы нет. Ступай отсюда.

После этого он повернулся и направился в свой фургон, унося под мышкой оба погашенных магических прожектора. Видимо это были очень ценные предметы, раз за ними присматривал сам хозяин. Глядя в удаляющуюся широкую спину Сомов хмыкнул с досадой — что за человек, даже рта раскрыть не позволил. Значит, в данной ситуации потребуется более деликатный подход. Придется вспомнить уроки из хитрой книги «Как незаметно вылизывать зад и изображать из себя друга». Эту книгу американского автора, прочитанную еще в детстве, Сомов считал мерзкой, бессовестной и никогда не пользовался подлыми приемами и бесстыжими советами, описанными в ней, но сейчас был тот случай, когда все средства хороши. Виктор отряхнул со штанов налипшие опилки и решительно направился вслед за Сугисом.

- Не ходи! — успел предупредить его циркач, которому он помогал весь день, — Побьет. Может и плетью отделать.

Но Виктор лишь отмахнулся рукой — битым он уже бывал и не раз, в том числе и плетью, так что ему не привыкать. Он постучал в дверь фургона, услышал рявканье, которое расценил, как приглашение войти и уверенно шагнул внутрь. Когда Сугис увидел Сомова, лицо хозяина побагровело, а лежащие на столе ладони сжались в пудовые кулаки.

- Опять ты? Я же тебе ясно сказал — нет работы. А ну-ка проваливай парень отсюда по-хорошему! Если ты заставишь меня встать, то потом сам неделю не встанешь. Вон отсюда!

Виктор равнодушно пропустил угрозы мимо ушей и огляделся в сумрачном свете слабенького настольного магического светильника. В фургоне было ужасно тесно от множества сундуков, сваленной в кучи одежды и прочего циркового инвентаря так, что было не протолкнуться, но кубок он увидел сразу. Тот стоял на одной из полок особняком и тускло сиял полировкой. Было заметно, что владелец не только дорожит, но и заботливо ухаживает за своим спортивным трофеем. Вон как блестит. Виктор сделал шаг и наклонился, чтобы рассмотреть кубок лучше. Серебряная чаша с гравированной надписью и выдавленными рельефными борцами была установлена на цилиндрическую подставку из красного дерева. Что называется простенько и со вкусом, но Виктор взирал на кубок благоговейным видом.

- Ты что глухой? — уже не так угрожающе произнес Сугис и с некоторым замешательством, — Куда это ты там уставился?

Виктор выдержал актерскую паузу продолжая разглядывать кубок и, не оборачиваясь восхищенно произнес:

- Никогда еще не видел чемпионского кубка. Удивительно красивая вещь. Неужели он сделан целиком из чистого серебра?

- Ну, в общем-то, да, — не удержался от самодовольного восклицания Сугис, разжимая кулаки, — Чистого серебра почти триста граммов. Ты хоть представляешь, сколько это денег?

- Нет, — слукавил Сомов, — но мне кажется, такую вещь нельзя оценивать деньгами. Ведь кубок чемпиона не купишь в лавке.

- Это верно, — голос Сугиса совершено изменился и наполнился теплотой от нахлынувших воспоминаний, — За этот кубок мне пришлось пролить немало пота и уложить на ковер не один десяток сильнейших борцов. Было дело.

Виктор повернулся к бывшему чемпиону и изобразил на лице сильнейшую заинтересованность, которую только смог изобразить:

- А вы не расскажите мне об этом?

Сугис неожиданно из грозного владельца цирка превратился в смущенного пожилого человека. Он неловко замялся, автоматически расправил усы и прокашлялся, прежде чем ответить.

- Ну, в общем-то, садись, расскажу если интересно. И кубок давай сюда, поближе к свету, только осторожнее!

Битый час Сомов терпеливо, не перебивая выслушивал воспоминания Сугиса о его далекой молодости полной спортивных побед и достижений излагаемые под хмельной напиток типа пива. Нельзя сказать, что Виктору этот рассказ был совсем безразличен, но он, куда бы с большим удовольствием послушал подобную историю, если бы они была поведана случайно, просто так в дружеской беседе. А сейчас вроде бы заинтересовано слушая и согласно кивая головой, но преследуя при этом конкретную цель — добиться расположения владельца цирка, ему было противно от самого себя. «Проявляй искреннюю заинтересованность» — гласила хитрая книга. Но если интерес продиктован скрытой целью, которую необходимо добиться, то он не может быть искренним.

Через час Сугис позвал уже знакомого Виктору циркача и попросил принести еще пива, который он решил выпить вместе с Сомовым. Циркач обалдевшими глазами посмотрел на Виктора и хозяина, которые непринужденно сидели за столом и беседовали, как два приятеля. Так их дружественная беседа и продолжалось, пока хозяин наконец не спохватился:

- Кстати, а ты чего пришел то ко мне? Работу ищешь или еще чего?

- У меня скорее предложение для вас, как сделать борьбу в цирке еще более привлекательной. Народ жаждет представления и надо преподнести его в полной красе. Но и от работы бы я тоже не отказался, — Виктор расцвел доброй располагающей улыбкой, уменьшающий вероятность отказа, как советовала хитрая книга.

Далее Сомов вкратце обрисовал возможности проведения состязания борцов с театральным антуражем. Когда-то он читал о земных цирковых борцах начала века, где фигурировал знаменитый «Дядя Ваня», борцы носили маски, играли роли и выступали в соответствии со своими придуманными характерами. Под масками выступали только свои борцы, но распространяли слухи, что вызов чемпиону бросает некий человек благородного звания, например герцог или князь, скрывающийся под новой маской. Подобные трюки здорово заводили публику, вызывали ажиотаж и соответственно приносили дополнительные деньги. Это было практически и все, что запомнил Виктор из прочитанного и это немногое он вывалил на крепко то ли задумавшегося, то ли захмелевшего Сугиса.

- Ну, в общем-то, да. Это может сработать, — наконец согласился, Сугис и, опомнившись, спросил: — А зовут-то тебя парень как? А то, столько говорим, а имя твое я так и не удосужился узнать.

Виктор открыл было рот, растерялся и выпалил первое, что пришло в голову:

- Чак Норрис.

- Ага, Чак значит, — сказал бывший борец и представился сам: — Ну, а я владелец этого балагана Сугис. Будем знакомы. А вот скажи-ка мне, Чак, откуда у тебя такой интерес к борьбе?

- Сам когда-то занимался борьбой, — не стал скрывать Виктор.

- Что-то ты хлипковат для борца, — недоверчиво усмехнулся Сугис, — Где боролся? Какая школа?

- А вот этого к сожаленью не могу сказать. Не помню. Была тяжелая травма головы, отбило мне всю память о прошлой жизни.