Лунная пыль. Академия Эдарон - Эмилия Крук

Утро выдалось добрым, ведь ничего так не улучшает настроение, как победа над врагом. Пусть неполная, но даже один выигранный бой очень важен в последующей расстановке сил.

Новую форму я вчера рассматривать не стала, положила стопочкой в нижний ящик шкафа, и занялась более важными делами. Зато сейчас застыла в немом изумлении. Брюки чернильно-синего цвета, две рубашки на выбор – белая с алым знаком боевиков на груди и почти черная, более легкая, тянущаяся. Как я поняла, первый вариант повседневный, а второй для вылазок и походов. Ну и плащ, в который я влюбилась еще в кабинете Стешского, при первом знакомстве с профессором Тосканом. Все-таки изумительное сочетание темно-синего и алого делало боевой факультет самым запоминающимся.

Первым занятием значились силовые тренировки. Кто бы еще рассказал, зачем ставить в начале дня пары с такими нагрузками. Мало того что оттуда все выползали, уподобляясь огромным ящерицам, потные и грязные, так еще и на дальнейшие умственные подвиги оказывались неспособны. Прежде всего хотелось помыться, а не бежать на очередной семинар.

Сегодня занятие начинали не с разминки. Нас просто выстроили в рядок, стараясь внедрить хоть какие-то знания. Но прекрасная погода, с отчаянно пригревающим солнцем, усвоению материала совсем не способствовала. Думаю, не я одна стояла, блаженно подставив лицо ласковым лучам.

– Перед вами, адепты, воображаемый противник. Но всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Деронвиль, заканчивай прохлаждаться, топай сюда.

Я лишь закатила глаза. Кто бы сомневался, что Тоскан оставит меня в покое.

– Тебе нужно поразить цель боевым пульсаром. Попробуй оценить на глаз расстояние, и величину самого противника, – он прищурился от ярко светящего солнца. – Покажи, что можешь.

Вот уж чего-чего, а пульсарами в цель я бить умела и очень любила. Мы с Лиром в свое время соревновались у нас во дворе до полного изнеможения. Поэтому я на чистых рефлексах создала стандартный огонек, а потом влила туда побольше силы. Ну чтобы наверняка. Цель-то далековато, пока летит, может и подрастерять мощности.

Запустив магической вертушкой полученную сферу, я и глазом моргнуть не успела, как раздался хлопок. Взрыв вышел мощный, полностью уничтоживший предполагаемого противника. Я даже обрадоваться успела, пока не увидела, что на поле лежит вовсе не пугало.

Тело сковало могильным холодом, который медленно стекал вниз, оставляя после себя жуткую пустоту. Там лежал человек – руки, ноги, голова… Вроде целое всё, да и крови ни капельки, но я понимала четко, что жизни там нет. Даже малой толики.

Я заставила себя двигаться, едва-едва перебирая одеревенелыми конечностями, а когда почувствовала улучшение, тут же побежала к поверженному противнику. Вокруг стояла глухая тишина, будто кто-то выкачал воздух, туго набив пустое пространство ватой.

Мне было страшно к нему подходить, особенно делать последний шаг. Еще страшнее переворачивать массивное тело в потрепанном сюртуке на спину. Я зажмурилась, лишь огромным усилием воли заставив себя посмотреть.

Он точно будет мне сниться. Мужчина, с маленькими тролльими глазками, синюшными, будто изъеденными червями, губами, огромными ручищами, которыми он легко мог расколоть голову человека, словно лесной орех.

Стоп. Погодите-ка. Да его б таким взрывом на части разорвало, несмотря на явно троллье происхождение!

Я присмотрелась внимательнее, с облегчением осознавая, что всю его кожу покрывали трупные пятна, а кое-где уже началось гниение плоти. Умертвие! Паршивое, подчиненное умертвие…

Волной накатила слабость, подгибая и без того трясущиеся колени. Я не убийца. Обманщица, изготовитель нелегальных амулетов, связанная с преступным миром, но не убийца. А потом в душе начала разгораться ярость, и не успела я осознать, что делаю, уже летела к притихшим адептам, с раздуваемым за плечами плащом.

Покусаю Тоскана, и еще пару раз ногами пну…

– А вот и наша героиня, – глумливо протянул профессор, но увидев мои глаза, как-то резко посерьёзнел. – Расскажите нам о своей ошибке, Деронвиль.

– Неправильно рассчитала вливаемую в пульсар силу, – выдохнула обреченно. Драться совсем расхотелось. Это был урок. Жестокий, заранее спланированный, мерзкий до невозможности, но все-таки урок. И как бы я ни была обижена и напугана недавними событиями, понимала, что это делалось для всеобщего блага.

– Ой ли, – Тоскан чуть приобнял за плечи, не обращая внимания на открыто глазевших на нас адептов. – Ошибок масса, и мы сейчас все разберем.

Профессор меня отпустил, точнее, поставил на положенное место в конце строя, и прошел чуть вперед, чтобы его могли видеть все.

Честно сказать, я и среди адептов исследовательского факультета чувствовала себя ущербной, потому что уступала и в росте, и в телосложении. А уж тут… Это издевательство какое-то, они все были огромными. Первый курс! Что с ними до пятого будет, подумать страшно.

– Итак, внимание сюда, адепты, – мы воззрились на профессора, который сейчас выглядел потрясающе – высокий, в ореоле солнечных лучей, мягко обволакивающих статную фигуру. – Ошибка первая, и сама грубая из возможных, в любом бою будет стоить вам жизни... – он сделал паузу, чтобы каждый прочувствовал важность момента. – Шаг вперед те, кто перешел на магическое зрение перед тем, как адептка Деронвиль сформировала пульсар.

Вперед вышли трое из тридцати. Остальные стояли и думали – до чего же мы глупые. Это же естественно, и даже в обычной жизни к такой хитрости прибегает каждый из нас по нескольку раз на дню. А тут расслабились, потому что думали, что для первого курса ничего сложного припасено быть не могло.

– Ошибку номер два адептка Деронвиль любезно назвала сама. Она перестаралась с силой, вливаемой в пульсар. В реальном бою, когда целей сотни, магию нужно экономить, а не тратить половину резерва, чтобы раздолбить одну.

Все закивали. Это понятно, я просто перестраховалась и больше так делать не буду.