Конец пути - Мстислав Знаниев

Они тоже заметили пришельца. Маг щелкнул пальцами, и четверо упали как один, бездыханные и абсолютно мертвые. Факелы с шипением погасли. Маг с мрачным удовлетворением "смотрел", как ленайец озирался по сторонам, оказавшись в полной темноте. Он бил наугад посохом, на лице проступали сначала страх, затем ужас, отчаяние, и желание оказаться как можно дальше от неизвестного убийцы. Странник сделал так, чтобы покров тьмы развеялся на несколько минут, уничтоженный ярким шариком света. Увидев осязаемого противника, ленайец немного успокоился, перехватил посох поудобнее, в другой его руке мелькнул короткий меч. Он попытался атаковать нежданного гостя, но странник непонятным образом оказался за спиной.

Почему-то у ленайца не осталось сил даже на то, чтобы обернуться. Меч показался невероятно тяжелым, и он выронил оружие. Попытался взмахнуть посохом, но понял вдруг, что нанизан на его древко, словно кусок мяса. Кровь заливала землю под ногами, ленайец еще успел удивиться, как много ее, оказывается, в человеческом теле. А затем его подхватила мягкая темнота забвения.

Мужчина усмехнулся, глядя на рухнувшего человека. Подвернул сбившийся рукав рубахи, убрал светящийся шар и зашагал к цели.

Утром Грэм встретил Марка у восточных ворот Мерра, как и договаривались. Марк, по обыкновению, не расставался с маленькой кожаной сумкой, надежно крепившейся двумя ремнями. Северянин держал под уздцы двух лошадей. Вороные кони ассейской породы нетерпеливо били копытом, фыркали, пряли ушами - им не терпелось отправиться в путь. Марк, как оказалось, имел неплохое представление о породах, потому что уставился на ценных животных с неподдельным восхищением.

- Где ты их достал? - спросил парень.

- Они принадлежат Гильдии. - Грэм хотел еще что-то добавить, но сдержался, зная, как Марк реагирует на упоминание о Магистре. Он перевел разговор в другое русло:

- Красавцы, а?

Марк ничего не ответил, да все и так было написано на его лице.

Парни вывели коней за ворота, сразу за ними влезли в седла. Грэм тут же рванул с места, оставив за собой тучу пыли. Марку пришлось постараться, чтобы нагнать друга, и вскоре они летели по степи стремя в стремя.

Ассейцы несли быстрее ветра. Седоки достигли нужного места еще до полудня.

Когда-то к храму вела дорога, ограниченная с двух сторон мощной колоннадой. Спустя много лет дорога заросла травой и мелким кустарником, колонны были разрушены временем до основания. Сохранились лишь две - у самого входа в храм, вернее, у его останков. Фундамент с остатками кирпичной кладки еще давал представление о той площади, что занимал храм. Земля вокруг была усеяна мелким каменным крошевом.

Когда храм рухнул, люди растащили его стены по кирпичику. В Мерре до сих пор можно найти дома, стены которых сложены из частичек святыни. Однако, когда в стальных шахтах завелась нежить, люди перестали ходить и сюда. Кто-то пустил слух, что по ночам на руинах видно свечение, и мелькают чьи-то тени. Если к слухам добавить бурное воображение некоторых горожан, то руины храма и впрямь становились местом отталкивающим и зловещим. Но слухи забылись, страх притупился, а к храму так никто и не ходил. Так повелось. Да и зачем? Что прикажете делать приличному человеку на кладбище истории?

Марк не удержался и прошел между колоннами, обозначавшими вход в храм. Подул легкий ветерок, смахнувший с гладкой каменной площадки несколько пылинок. Марк присел, прикоснулся кончиками пальцев к гладкому полу, ощутил прохладу камня.

Грэм подошел абсолютно неслышно, но Марк почувствовал его присутствие.

- Сколько времени он в таком состоянии? - спросил он северянина.

- Надо думать, лет пятьсот.

- Странно. Мне казалось, что за это время все вокруг могло занести землей, зарости лопухами, или лебедой. А ты глянь-ка - пол как новенький.

- Это место свято. Имена последних жрецов давно забыты, а сила молитв, произнесенных перед алтарем, не ослабевает до сих пор. Я думаю, именно она не дает людям забыть то, что не должно быть забыто.

- Не думал, что ты религиозен. - Марк поднялся и смотрел на друга, словно видел его впервые.

- Это не так, - возразил Грэм. - Просто... Ладно, забудь.

- Зачем тогда начинать, если все равно не собирался рассказывать? - буркнул Марк. Он так и не понял, что имел в виду северянин, но не стал настаивать на разъяснениях. Куда больше его заинтересовало лицо друга. Всегда каменное, непроницаемое, или же веселое и добродушное - сейчас оно превратилось в лицо человека, несущего тяжкое бремя, оставившее глубокий отпечаток печали и усталости.

- Ты что-то знаешь, - Марк прищурился. - Знаешь...

- Я? - деланно удивился Грэм. Но тут же улыбнулся:

- Не все. Например, я до сих пор не знаю, что ты ищешь в этих развалинах.

- Значит, узнаешь сейчас.

Марк медленно побрел вперед, к месту, где когда-то находился алтарь. На красноватых плитах, из которых был выложен пол, темнело прямоугольное пятно, наполовину скрытое под обломками. Из-под камней выбивались несколько маленьких красных цветков, похожих на капли крови. Марк вытащил из кармана маленький складной ножик и принялся аккуратно срезать стебли.

- Это и есть твое задание? - усмехнулся Грэм. Марк никак не отреагировал и продолжил укладывать растения в сумку.

- Ну вот, кажется, и все, - сказал наконец он, поднимаясь во весь рост, и провалился в подвальное помещение, нелепо взмахнув руками.

- Марк! - Грэм бросился к провалу, стараясь не загреметь вниз вместе с другом. - Ты живой?

Северянин лег на край и заглянул в дыру, где в клубах пыли пытался откашляться Марк. Островитянин ничего не видел вокруг, вдобавок довольно чувствительно приложился спиной. Дышал он через силу, и каждый вдох вызывал новые спазмы кашля. Нужно было хоть что-нибудь ответить.

- Я... Я в порядке!

- Ну ты меня и напугал, - раздался голос сверху. - Погоди, я сейчас вытащу тебя.

Марк поднялся на ноги. На ощупь, ведь пыли вокруг поднялось невероятно много. Глаза жгло от попавших в них соринок, и по щекам, кажется, текли слезы. Наверху возился Грэм, а проклятое облако никак не рассеивалось.

Наконец, дышать стало легче. Ворвавшийся порыв ветра разметал сгустки мельчайших частиц. Марк рискнул открыть глаза и осмотреться.

Подвал оказался совсем крошечным, в глубину около двух ярдов. К его стенкам со всех четырех сторон были приколочены деревянные полки. Часть их была заставлена глиняными, покрытыми толстым слоем пыли, кувшинами, горшочками и вазонами. Пол вокруг был усеян глиняными же черепками и битой посудой. К стене кто-то прислонил меч, который от старости проржавел настолько, что, едва Марк взял его в руки, он тут же разломился надвое под собственной тяжестью.