Операция «Омела» - Дмитрий Казаков

– И что же это? – спросила Гевьон.

– Совесть, – ответил Форсети. – То, чего у него никогда не было. А чтобы он не мог бороться с ней посредством деяний, не мог заглушать ее пивом или новыми преступлениями, отгородим его от мира.

– Как? – воскликнул Ньерд. – Он разорвет любые оковы.

– Кроме тех, что создал сам, – Форсети усмехнулся. – Помните, из чего сделана веревка, что держит Фенрира? Из Воплощенной Невероятности. Мы все, объединившись, сможем создать достаточно этой субстанции, чтобы сотворить темницу. В нее и поместим Локи. А саму темницу поместим у корней Иггдрасиля, где ее никто не потревожит снаружи.

Локи ощутил, как его охватывает отчаяние. В последней попытке освободиться он дернулся, но тут же получил по голове

Подсадку совести проводил Один. Донором вызвалась быть Фригг. Связанный Локи вяло наблюдал за происходящим, сначала ничего не почувствовал, потом вдруг нахлынула дурнота, а за ней пришла боль. Непривычная, всепоглощающая – боль за то, что он свершил, боль за ту боль, что причинил другим, за Сив, лишенную волос, за обманутых и убитых цвергов, за погубленного Бальдра.

Раздавленный, он свернулся калачиком и лежал, словно младенец в утробе. Лишь гордость мешала стонать. Он не видел, как колдуют вокруг асы, не видел, как поднялась и скрыла мир радужно-бликующая сфера.

Когда поднял глаза, вокруг была лишь темнота. Темнота, и еще – боль…

Notes