Найти себя - Андрей Назаров

Я, Голос Правды, в период действия договора обязуюсь представлять Огненному Медведю по мере надобности оружие, пищу, питье, одежду, ночлег. По окончании договора, если я, Голос Правды, останусь в живых, Огненный Медведь получит две имперские золотые монеты. Если умру, мои наследники в течение трех дней должны выплатить Огненному Медведю одну имперскую золотую монету.

Если данный договор мною, Голосом Правды, или Огненным Медведем будет нарушен, пусть Великий Лик Ужаса покарает виновного.

Договор заключен в присутствии баронета Брунила, адепта 3 ранга Богини Жизни Удины, и капитана гвардии Герцога Алого Плаща Тибера пятого дня первого месяца лета трёхсот двадцать второго года со дня пришествия Новых Богов в трактире постоялого двора поселения Благод.

Договор записал хозяин постоялого двора Нисар.».

— Всё, — сказал Голос.

— Готово? — вопросительно посмотрел он на хозяина постоялого двора.

— Да, всё готово. Никогда раньше не писал такого странного договора. Уж очень всё обстоятельно указано, — ответил Нисар и тщательно посыпал написанное тонким слоем песка. Через некоторое время он потряс бумагу и сдул лишний песок.

— Я люблю, чтобы всё было четко и понятно, — сказал Голос, следя за манипуляциями Нисара. — И чтобы без обмана. Ведь меня недаром зовут Голосом Правды (Нисар опять едва заметно вздрогнул).

— Не забудьте завтра с утра отнести договор старосте! Но сначала я его прочитаю, — Голос протянул руку.

— Да, все правильно, — сказал Голос, — прочитав поданный ему договор.

Медведь кинул взгляд на бумагу.

— Да, правильно. Только Нисар не написал, что я свободный воин. У него — просто воин.

— Медведь! Ты умеешь читать?! — воскликнул Голос.

— По-видимому, умею, раз понимаю, что написано.

— Это уже кое-что начинает о тебе прояснять. Но это хорошие новости!

— Нисар, исправь!

— Как же я мог это упустить? — запричитал Нисар, вспотев.

— Ничего страшного, тут как раз есть место для слова «свободный», уместишь. Вот, хорошо! Теперь точно всё. И не забудь про старосту!

— Как я могу забыть! Завтра с утра и отнесу! Всего хорошего, господа.

Нисар ушел.

Голос вспомнил его. Когда-то давно, когда барон Густас только получил свое прозвище Голос Правды за разработанный им метод допроса, на суд Герцога был доставлен молодой человек — писарь арбалетной сотни Герцога. Он обвинялся в том, что неправильно вел учет жалованья сотни, в результате чего Герцог потерял за полгода пять золотых. Можно сказать, что их у него украли. Этого молодого человека звали Нисар. Но тогда он легко отделался, ему всего лишь отрезали на руке два пальца. Оказалось, что его заставлял это делать, грозясь убить, один из десятников сотни. Десятника повесили, а Нисара выгнали со службы у герцога и запретили ему вступать на территорию Герцогства в течение 15 лет. Герцогу не были нужны малодушные люди, которые не могут постоять за себя. Либо, на худой конец, доложить о воровстве начальству. Но парень был молодой, неопытный, и его пожалели. Хотя тоже могли повесить. Но герцог, как неоднократно убеждался Голос, не любил лишней крови и был по-своему добр, хотя это было довольно странно для главы Тайной стражи Империи.

Этот бывший писарь и нынешний хозяин постоялого двора был одним и тем же человеком.

«Всё-таки не зря, видно, тогда его пожалели. Всё-таки выбился в люди и дело свое, кажется, знает», — подумал Голос.

Нисар же, напротив, не узнал Голоса. Но он, зато, прекрасно помнил ту давнишнюю истории и весь тот ужас. Он тогда чуть не помер от страха, когда узнал от тюремщиков, а его содержали в казематах замка герцога, о новом методе допроса, который придумал начальник тайной службы герцога, за что его прозвали Голосом Правды. Нисар тогда поклялся себе, что никогда больше не будет нарушать законов. Он сдержал свое слово, разбогател, удачно женился, у него родились двое детей — сын и дочь. Пятнадцать долгих лет он жил вне Герцогства, благо, Империя было очень большой, и мест, где можно было приложить свои силы умелому человеку, а умение писать очень ценилось, было предостаточно. Прошедший урок не прошел для него даром, да и забыть его было сложно — о нем всегда напоминала искалеченная рука. Поэтому он не мог забыть отнести договор старосте Благода. Если по его вине договор пропадет, его ждали такие денежные штрафы, что потом пришлось бы год работать только для возврата потерянных денег. А тут эта еще досадная ошибка с договором! Вот если бы Голос Правды говорил чуточку медленнее, то он бы точно не ошибся! Но, скорее, его самого несколько выбила из равновесия имя торговца.

«Надо же, какие бывают совпадения, — думал Нисар. — Голос Правды! Я надеялся, что больше никогда не услышу это имя, а тут…».

В это время в зале для господ все вернулись к своим делам. Голос допивал свое вино, Медведь просто сидел, Брунил вернулся за стол к леди Катарине.

— Не волнуйтесь, леди, всё будет хорошо, — сказал Брунил. — У нас, действительно, очень хорошая охрана, Вы спокойно доберетесь до герцога.

— Спасибо, баронет. Я рада, что прислушалась к Вам. Личный торговый представитель герцога… Это достаточно важная фигура, хотя и не благородный.

— Да, Голос Правды очень важная фигура, — подтвердил Брунил. — Наверное, даже более важная, чем Вы думаете.

Брунил, конечно, не стал рассказывать леди Катарине о подлинной ипостаси Голоса. Не хотелось привлекать неприятности на голову бедной девушки. А неприятности возникали у всех, кто узнавал, что начальник тайной службы герцога и его личный торговый представитель одно и то же лицо.

— А почему у личного телохранителя Голоса такое странное имя? — спросила Катарина. — Огненный Медведь!?

— Он силен, как Медведь, а его волосы издали похожи на пламя. Он потерял память из-за сильного удара по голове, кстати, он очень быстро поправился, но кроме памяти, конечно. Это я его от всех ран вылечил (немного покрасовался Брунил), но он ничего не помнит. Как зовут тоже. Надо же его как-то называть. А он, думаю, скорее всего, из благородных. Простые воины не умеют читать. Да и не все дворяне читают по правде. Наверное, какой-нибудь младший сын обедневшего дворянина. И наследства, даже маленького ему было не видать. Поэтому, видимо, хотел научиться всему, чему было возможно… Ну, ладно, Великий Лик с ним, продолжим наш разговор о Вашей матушке. Вы говорите, что она осталась в Вашем замке вместе с Вашей младшей сестрой…

Брунил с Катариной продолжили свой ужин.

— Господин, — спросил Медведь. — А почему договор действует с завтрашнего дня, а не с сегодняшнего?