Страта - Терри Пратчетт

Кунг согласился на остановку лишь после того, как они пролетели над особенно большим и темным лесом.

– Марко, уже пора приземлиться, – сказала Кин усталым голосом.

– Не раньше, чем мы обследуем всю эту местность!

– Я и так могу тебе сказать, что в здешнем лесу никто не живет.

Сильва приземлилась первой, убедив всех, что дикие животные вряд ли рискнут ее атаковать. Она выключила пояс, расстегнула и откинула шлем и застыла на месте, принюхиваясь. Через минуту она повернулась в противоположную сторону и опять понюхала воздух.

– Тут все о'кей, – сообщила она. – Я учуяла волков, но это старый запах. Семейство кабанов в миле отсюда, и бобры на лесной речке, протекающей в двух милях от нас. Людей нет. – Сильва вновь принюхалась и заколебалась. – Что-то еще, но я не могу определить… Странно. Напоминает насекомое.

Кин, а за ней и Марко все равно приземлились, поскольку Кин уже засыпала в своем скафандре. Выключив пояс, она упала в душистую траву и отключилась.

Проснулась она от аппетитного запаха супа, который принес ей в горшочке Марко и вложил прямо в руки.

Пока она спала, Сильва и Марко разожгли костер. Оранжевое пламя заключило импровизированный лагерь в уютный кружок света. Отблески костра плясали на панели буфетчика. Слабый отсвет падал на опушку леса в тридцати метрах от них.

– Да, никто лучше меня не знает, что это небезопасно, – ответил кунг на вопросительный взгляд Кин. – Но во мне достаточно от человека, чтобы сказать: а какого черта?! Сильва решила дежурить первой. Вторая вахта твоя, так что тебе стоит еще немного поспать.

– Спасибо, Марко. Послушай, этот проклятый остров, оказавшийся черепахой…

– Забудь о нем. Наш дальнейший путь к центру диска – преимущественно над Землей.

– Может быть, мы там ничего не найдем.

– Может быть. Но что такое наша жизнь, как не сплошное путешествие к Центру?

– Меня больше волнует проблема энергии. Ты уверен, что наших поясов надолго хватит?

– Конечно, нет, но гравипояс имеет встроенный эффект гистерезиса. Если запас энергии окажется ниже определенного уровня, он тихо и аккуратно опустит тебя на землю.

– Или в море, – буркнула Кин.

– Или в море. Но я знаю, что тебя беспокоит на самом деле. Ты боишься, что диск сотворила Компания. Ладно, допустим. Тогда объясни, почему они это сделали?

– Это просто. Потому что мы на такое способны.

– Я тебя не понимаю, Кин.

– Мы СПОСОБНЫ сделать огнедышащих драконов. Мы можем выращивать в чанах существа с любыми заданными параметрами – так же легко, как восстанавливаем различные виды вымерших китов. У нас есть теория, есть технические средства, все технологии давно уже известны. Да, мы ничего подобного не делаем, потому что существует строгий Кодекс, но тем не менее все это возможно. И мы могли бы построить этот диск и его фальшивую Вселенную, только никто не осмелился бы на такое. По крайней мере в цивилизованном пространстве. Но здесь, на задворках Галактики, совсем другое дело.

Марко посмотрел на Кин с глубокой печалью.

– Сильва убедила меня, – сказал он. – Если я действую рационально, то поступаю как кунг. Значит, я не человек – и очень рад этому.

Кин доела суп и снова легла. Ей было тепло и сытно. Марко заснул у костра, свернувшись в клубок. Предварительно он положил рядом с собой четыре меча, подаренных викингами. Кин смутно различила за пределами светового круга неподвижный силуэт Сильвы, сидящей выше на холме. Как ее бдительное и надежное присутствие успокаивает, сказала она себе, и так будет всегда… Покуда исправно функционирует буфетчик.

Она спала крепко и не видела снов.

Сильва разбудила ее перед полуночью. Кин зевнула и, пошатываясь, встала на ноги.

– Что-нибудь произошло? – промямлила она. Шанда добросовестно задумалась.

– Около часа назад пролетела сова. Потом еще несколько летучих мышей. А так – все было спокойно.

Сильва улеглась, и через несколько минут похрапывание возвестило Кин, что она единственная, кто бодрствует.

Луна уже поднялась высоко, но по-прежнему выглядела слишком красной. Звезды светили глубоким светом, который обычно проявляется к полуночи. Трава, отяжелевшая от росы, шелестела под ее ногами, когда Кин обошла вокруг умирающего костра.

Даже сейчас на закатном крае диска тлело слабое зеленое сияние, прорисовывающее границу между твердью и небом. Какие-то мошки прожужжали мимо ее лица, ее овеяло запахом раздавленного тимьяна.

Музыка возникла незаметно, словно она всегда звучала здесь.

Долгая нежная трель разрешилась в несколько тактов всколыхнувшей воспоминания мелодии. Какие это воспоминания, Кин не сумела понять: наверное, о том, чего никогда не случилось, но что обязательно должно было случиться. Музыка была чистая и прозрачная – как кристалл.

Костер обратился в угли, тлеющие между двумя спящими фигурами. Кин начала взбираться на холм, оставляя темные следы на влажной траве.

В ее мозгу возникло видение музыки как живого существа, которое обвивалось вокруг холма и тянулось дальше, уходя в молчаливый лес. Она сказала себе, что всегда может вернуться, если захочет, и продолжала идти.

На вершине холма она увидела эльфа. Он сидел на замшелом камне, скрестив ноги и сгорбившись над свирелью, из которой извлекал волшебные звуки.

Другая Кин Арад, заключенная в уголке разума зачарованной женщины, изо всех сил колотилась в ее сознание: это насекомое! не слушай его! он похож на помесь человека с майским жуком! это не острые уши – это антенны!

Музыка резко оборвалась.

– Не-т… – простонала Кин.

К ней повернулась треугольная голова. Какую-то секунду она смотрела в два узких мерцающих глаза, которые оказались зеленее, чем сияющий за ними внутренний свет. Затем последовало шипение и легкий топоток по дерну, а после слабый шелестящий звук в лесу. Осталась только темная безмолвная ночь, мягкая, как бархат.

ГЛАВА 23

На заре они вознеслись над лесом и полетели в прежнем направлении. Пролетая сквозь поднимающиеся туманы, они оставляли в воздухе длинные извилистые следы.

Далеко впереди по их курсу вздымалась, как указующий перст разгневанного бога, колонна черного дыма. Такая толстая и плотная, что отбрасывала тень.

– Не знаю, какое впечатление производит это зрелище на туземцев, – сказала Кин. – Но меня оно устрашает. Мы должны были взорвать корабль в атмосфере, Марко!

– Это их планета нас ударила, – раздраженно откликнулся кунг. – Вот пускай теперь и расхлебывают.

Леса наконец сменились вспаханными полями, на некоторых зеленели всходы. Они заметили мужчину, идущего за плугом, который влекла пара волов. Пахарь в ужасе упал на колени, прикрывая голову руками, когда их тени пронеслись перед ним по земле.