Наемники Судьбы.Пенталогия - Юлия Федотова

Первым движение постамента заметил Рагнар, в тот самый миг, когда сильфида противным голосом осведомлялась у Меридит, уж не спятил ли ее любимый брат по оружию.

– Пошла!!! – завопил рыцарь, радуясь неизвестно чему. Подскочил, навалился всем своим богатырским весом…

Медленно, плавно и беззвучно отъехала вбок каменная глыба. Широкий, шага в полтора диаметром, лаз открылся под ней. Крутой, ступенчатый спуск, скорее природный, нежели рукотворный, уходил в зловещую черноту подземелья.

Ильза осторожно подобралась к краю, заглянула внутрь. В лицо ей пахнуло склепом. Сыростью и тоской.

– Мы что, полезем туда, вниз? – с опаской спросила она.

Никто и рта не успел раскрыть, а бессовестная сильфида уже ответила:

– Разумеется! Зря, что ли, мучились и открывали?!

– И кто из нас спятил? – удивленно фыркнул Хельги. – Что мы там, внизу, забыли?

Настал черед сильфиды удивляться.

– Это тебя надо спросить! Зачем ты его открыл?! Чего ты хотел там найти?

Хельги уселся на пол, привалившись спиной к холодному камню постамента – он вдруг почувствовал, что очень устал. Но и усталость это была не своя, чужая. Того, кто был здесь до него.

– Я ничего не хотел, – пояснил демон грустно. – Это был не я. Чьято сущность, из жертв Ирракшаны, подсказала мне, что камень можно сдвинуть. Ктото когдато очень хотел этого. Он знал, что Ирракшана завелась тут не сама и не просто так сидела. Ее приставили специально, сторожить дыру. Там, внизу, сокрыто нечто важное. За этим пришел в пещеру ктото и погиб… Все. Больше ничего не знаю.

– А у него… у когото нельзя спросить? – Голос Эдуарда дрожал. Его всегда волновали такие вещи – древние тайны, загадочные подземелья…

– Нельзя. От его сущности больше ничего не осталось. Давно дело было, Ирракшана его почти полностью переварила. Сохранилось лишь наиболее яркое впечатление.

– Раз Силы Судьбы нас сюда направили… – завел старую песню Рагнар.

Но Орвуд его тотчас одернул:

– Нельзя воображать, что высшие Силы только и делают, что носятся с нашими персонами, будто у них других занятий нет! Сюда нас направила Энка, потому что не в меру любопытна. Возможно, это в самом деле судьба, равно как и простое стечение обстоятельств. Значит, надо хорошенько подумать, прежде чем совать нос незнамо куда. Тем более у нас есть дело поважнее!

Они сидели и думали. Долго, хорошо думали.

Стоит ли уточнять, каков был результат?

Собственно, они вовсе не собирались заходить «далеко». Ну спустятся немного, посмотрят, что к чему, и сразу назад. Вопрос решился окончательно, когда Ильза извлекла из кармана перышко эрцинии – оказывается, ей удалось сберечь его от огня. Если есть свет, отчего бы им не воспользоваться?

Воспользовались. Спустились вниз шагов на двадцать, когда Орвуд, шествующий впереди, вдруг наступил на чтото гладкое, выпуклое… И в тот же миг постамент наверху пришел в движение. Плавно, бесшумно, но удивительно быстро скользнул на свое старое место, наглухо перекрыв выход.

Спасители мира оказались замурованными под землей, и неоткуда было ждать помощи. Ори не ори, зови не зови – никто не услышит. А если и услышат – все равно не поймут, откуда доносится звук…

– Теперь нам поневоле придется идти вперед! – В голосе сильфиды не было никакого сожаления. Она, похоже, для себя давно все решила. – Поищем другой выход!

Пришлось идти – а что еще оставалось? У Ильзы на языке все время вертелся один страшный вопрос. А что будет, если другого выхода нет вообще? Но она его так и не задала, чтобы не накаркать.

Постепенно спуск становился все более пологим. Шагов через двести он закончился, узкий наклонный коридор плавно перешел в горизонтальную галерею. И в еето рукотворной природе сомневаться не приходилось – гладкие стены были выложены мраморной плиткой. Правда, на большей площади отделка уже обвалилась и лежала на полу грудами битого камня, но местами держалась, и довольно крепко; Эдуард ковырнул ножом – не отстала.

Еще шагов через триста путь перерезала осыпь. Преграда не была глухой – у самого потолка виднелась щель.

– Пролезем, – решил Рагнар, – надо только расширить.

В деле прокладки тоннелей в рыхлых материалах славному рыцарю не было равных. Десяти минут не прошло, а они стояли уже по ту сторону осыпного склона.

Здесь воздух был еще более сырым и затхлым. Гулкое эхо сопровождало шаги. Гадкого вида слепые насекомые из тех, что обычно водятся в пещерах, ползали по стенам. Из трещин сочилась вода, оставляя ржавые потеки на изъеденном язвами мраморе…

– Вода есть – уже радость! – отметил Орвуд с удовлетворением. Он хорошо знал, какие опасности могут подстерегать смертного под землей.

– Смотрите! Вход! – вдруг вскричал Аолен.

Действительно, в левой стене галереи обнаружился скромных размеров арочный проем. Свернули туда, ожидая увидеть чтото небывалое. Попали в узенький коридорчик, оканчивающийся тупиком.

Это было небольшое квадратное помещение с полом, имеющим два уровня. В приподнятой его части, примыкающей к глухой стене напротив входа, были проделаны овальные углубления, почти доверху заваленные битым камнем.

– Что это такое?! – вытаращилась Ильза. – Оно для колдовства, да?! – А с чем, кроме колдовства, могло ассоциироваться у бедной девушки таинственное подземелье?

Хельги взглянул на нее с жалостью и сказал вполголоса:

– Какое там колдовство! Это обычная уборная.

К такой прозе жизни оказались не готовы и все остальные.

– Глупость какая! С чего ты взял? Ты уверен?!

– Покусай меня химера, если это не так! – исчерпывающе ответил демон, и друзья были вынуждены согласиться с его догадкой.

– Зачем же здесь, под землей, уборная? – принялась гадать Ильза. – Наверное, сюда Ирракшана ползала?

– Ирракшана никуда не ползала! – Хельги даже рассердился ее глупости, хотя обычно легко прощал девушке подобные промахи. Но на то, что касалось Ирракшаны, он всегда реагировал болезненно, а тут еще и обстановка влияла… – Она лежала неподвижно на своей тумбе. И вообще, тому, кто питается чужими сущностями, ходить в уборную нет нужды. Неужели так трудно сообразить?

Наверное, это дурное влияние сильфиды так сказалось.

– Извини, я этих тонкостей не знача, – ответила девушка резко. – Я же не демонубийца, чужими сущностями не питаюсь.

Сказала – и сама ужаснулась. А Хельги вдруг както сник, побледнел и притих. Ильза увидела, что натворила, и разрыдалась… И ему ее же пришлось утешать! Где в жизни справедливость?