Войны веры - Владилен Янгель

Добродушная улыбка мгновенно сползла с лица инквизитора, окинув взглядом, ничуть не пострадавший от столкновения кулак, Маркус неторопливо допил остатки эля, не спуская впрочем, глаз с распростертого на полу тела. На шум никто не даже необернулся, а те кто видели что произошло и не подумали ничего спрашивать. Многие несмотря на негромкую речь слышали о чем был разговор. Да и сам Маркус внушал многим уважение, среди инквизиторов даже ходили слухи о том, что именно он вскоре возглавит орден. Впрочем, про доминиканцев всегда ходили какие-то слухи. Поблагодарив хозяина за выпивку, Маркус встал, пол натужно поскрипывал под тяжелой поступью доминиканца. Подхватив Густава за шкирку словно нашкодившего щенка Маркус степенно поднялся наверх, тело худого инквизитора так и волочилось за ним с костяным стуком ударяясь о ступени. Войдя в одну из комнат, где лежали тяжело раненые, инквизитор деловито связал Густава первым попавшимся под руку тряпьем, и судя по запаху и крови и гноя исходившем от этих тряпок, их уже использовали для перевязки раненых. Такие мелочи впрочем ни мало не смутили доминиканца. Сделав из особенно мерзко выглядевшей тряпицы кляп, Маркус бесцеремонно запихнул его в рот постепенно приходящего в себя пленника. Однако трепыхания Густава ничуть не помешали толстяку закончить свое дело. Оставив яросно мычащего пленника извиваться на полу Маркус вышел из пропитавшейся болью комнаты. С удовольствием вдохнув более чистый воздух инквизитор направился в другую комнату.

Хотя он и не доверял до конца экзорцисту как и любой доминиканец, избавляться от него он не спешил, отдавая себе отчет, что без Вальмонта вернуть город будет гораздо сложнее. Поскольку неприязнь неприязнью, а дело свое Вальмонт знал, хотя его методы слыли нестандартными даже среди остальных экзорцистов. Впрочем результат всегда был выше всяких похвал. Толкнув дверь Маркус вошел в небольшую комнатушку, почти чулан, в отличии от остальных комнат здесь лежал только один человек, хотя сюда пожалуй могли поместиться как минимум трое. Выглядел Вальмонт жалко, белое как бумага лицо больше походило на восковую маску. Десятки синих прожилок от лопнувших капилляров лишь усиливали сходство. Лишь равномерно вздымающаяся грудь напоминала о том что это живой человек а не изуродованный труп. Подойдя ближе Маркус коснулся плеча экзорциста. Веки дрогнули открывая красные от лопнувших сосудов глаза. Если бы доминиканец внимательнее пригляделся к глазам экзорциста он бы наверняка заметил серебристую дымку клубящуюся в зрачках Вальмонта. Обведя комнату тяжелым взглядом экзорцист уставился на Маркуса. От этого взгляда становилось не по себе. Но Маркус с легкостью поборол всплеск малодушия.

– Пришел за ответами? – Спросил Вальмонт слабым голосом.

Чувствовалось, что каждое слово дается ему с большим трудом. Впрочем, единственный инквизитор знающий хоть что-то о медицине утверждал что жизни Вальмонта ничего не угрожает.

– Да. – Кивнул Маркус, пододвигая себе крепко сбитый табурет, единственную мебель в комнате если не считать грубо сколоченной кровати, на которой лежал инквизитор.

– Что ты хочешь узнать? – Спросил Вальмонт, каждое новое слово давалось ему легче.

– Что дальше? – Задал Маркус мучивший его вопрос.

– Нам нужно добраться до паладинов. – Ответил экзорцист, его правая рука слабо дернулась, а лицо исказила мука. И все же раз за разом Вальмонт пытался подчинить себе собственное тело.

– И? Что дальше? Ты думаешь магистр поможет тебе, если до этого отказал совету?

– А зачем нам магистр? – Синие губы экзорциста тронула слабая усмешка, на большее он похоже сейчас был не способен.

– Что ты задумал? – Насторожился Маркус.

– То что я задумал, пусть лучше останется в тайне. – Почти прошептал Вальмонт. Одновременно пытаясь поднять правую руку. Упорство наконец принесло плоды, рука медленно поднялась на пару сантиметров над кроватью. Однако даже эта малость была победой.

– Ты ведь уже убедился что не всем здесь стоит доверять? – Опустив дрожащую от напряжения руку спросил Вальмонт. На лбу инквизитора выступили мелкие бисеринки пота.

– Да. – Хмуро ответил Маркус ничуть не удивленный проницательностью прикованного к постели экзорциста. В конце концов он один из немногих кто знал о происхождении Вальмонта достаточно чтобы сделать соответствующие выводы.

– Тогда будь добр передай остальным что нам нужно как можно скорее добраться до лагеря паладинов. – Попросил экзорцист одновременно пытаясь приподняться.

– Хорошо, я передам. – Отвернулся доминиканец. – Еще до рассвета мы двинемся дальше, здесь не безопасно. – Добавил он, через мгновенье.

Жалобно скрипнули половицы под тяжелыми шагами инквизитора покидающего крохотную комнатушку. Скрипнула затворяясь дверь, гулкие шаги постепенно отдалились. Вальмонт еще несколько мгновений вслушивался звуки таверны. Наконец, убедившись что ни кто больше не собирается заглянуть к нему в комнату, он одним движением встал с кровати, покачнулся – перенапряжение все еще давало о себе знать. Впрочем, все было далеко не так плохо, как он пытался показать Маркусу. За разыгранным спектаклем крылся циничный расчет, на то что доминиканец не захочет хранить этот разговор в тайне, и если кто-то из спасенных инквизиторов захочет свести старые счеты, то полный сил противник вместо разбитого параличом больного окажется для него неприятным сюрпризом. А упоминание о том что он идет на поправку, заставит недоброжелателей начать действовать, если конечно они остались.

Впрочем, учитывая репутацию экзорциста надеяться на такое везение не приходилось. И даже тот факт, что именно он спас всех от голодной смерти в казематах ни какой роли не играл. Отцепившись от спинки кровати Вальмонт сделал первый шаг на подрагивающих ногах, комната стремительно крутнулась, в глазах заплясали веселые чертики. Виски сдавило жгучей болью, но экзорцист все же устоял на ногах. Несколько долгих минут Вальмонт приходил в себя, постепенно сводящее с ума вращение комнаты сошло на нет. Второй шаг дался уже чуть легче, но лишь самую малость, и этот факт придавал инквизитору сил. Силы телесные возвращались, осталось проверить не исчез ли дар. Но от этой проверки Вальмонт решил пока воздержаться, сверлящая мозг головная боль не слишком располагала к таким экспериментам. Глубокий вдох, надсадно стучащее сердце неторопливо замедляет ритм. Взамен головная боль стремительно распространяется на все тело, замершая было в неподвижности комната вновь начинает вращаться, едва инквизитор делает следующий осторожный шаг. И еще, и еще один, пока спасительная койка не оказывается совсем рядом. Койка надсадно скрипнула рассохшейся древесиной, но Вальмонт этого уже не слышал, спасительный сон выдернул сознание из цепких лап телесной немочи. Экзорцисту снилась бездна до краев наполненная серебристым светом, густым и мягким как кисель.