Изобретатель чудовищ - Артем Михайлов

Похитители были захвачены врасплох, они не ожидали засады. Подручных Гедеона оказалось шестеро. На столе были расставлены пивные кружки, посередине горел каганец.

Ворвавшись в комнату, Феликс резким движением перевернул стол, и каганец погас. Схватка оказалась короткой, но жестокой.

С размаха Феликс топором раскроил голову первому попавшемуся бандиту. От удара хрустнула лобная кость врага. Тем временем на ноги поднялся мыловар. В его руке блеснул нож. Преградивший ему дорогу Исидор охнул от боли: мыловар вогнал лезвие ему в плечо. Пальцы Исидора разжались, костяной жезл выпал. Его жизнь висела на волоске. Мыловар хотел пронзить ученому грудь, но что-то свистнуло в воздухе. Мыловар схватился за горло. Тим метнул свой кинжал, оставив себе для защиты лишь драгоценную "иглу", подаренную ему Дареном.

Схватка была окончена. Гнусный промысел в виде охоты на людей не мог научить мыловара и его приспешников ничему такому, что помогло бы им постоять за себя в открытом бою.

— Наемники собрались, чтобы наметить себе новую жертву, но сложили головы сами, — и Феликс аккуратно перешагнул труп врага. — Мы успели вовремя. Они и без Гедеона нашли бы повод для разбоя.

Исидор со стоном сполз на пол у стены.

— Он ранен! — спохватился Тим.

Феликс подбежал к ученому — рукав Исидора намок от сочащейся из раны крови.

— Нам слишком везло последнее время, когда-нибудь нужно и расплачиваться, — попытался пошутить ученый.

У Исидора потемнело в глазах — разом навалились и боль, и усталость, и не прекращающееся напряжение последних дней.

В изголовье кровати теплился ночник. Первым ощущением Исидора при пробуждении было удовольствие от чистой постели, домашнего уюта. Над ученым склонилась Мира:

— Вам лучше?

— Чувствую себя превосходно, — и Исидор почти не покривил душой: у него был легкий жар, но рана уже не беспокоила настолько, чтобы пожаловаться. — А где я?

— У Дарена. Я принесла лекарства, и рана заживает на удивление быстро. К счастью, она не очень глубокая.

— Признателен за хлопоты. Я не заслуживаю такого внимания… Как у тебя дела с Дареном?

Девушка засветилась от счастья:

— Отец обещал больше не препятствовать нашей любви.

— От всего сердца рад, милая.

— Отец клянется, что, хотя и знал о зверских развлечениях у Гедеона, сам никогда не поднимался выше пиршественного зала. Не судите его строго.

— Очевидно, недавние события заставили Чеслава многое пересмотреть. Охотно верю, что он неплохой человек.

Исидор чувствовал, что болезнь стала для него чем-то вроде долгожданной передышки. Несколько дней ученый набирался сил, отдыхая от минувших мытарств. Из кузницы во дворе доносился звон молота: Дарен готовил невесте подарок к предстоящей свадьбе. В полусне Исидор прислушивался к негромким беседам своих друзей. Феликс говорил, что они с Тимом заколотили дом мыловара. Наемники Гедеона оказались последними в списке тех, чье исчезновение в городе будет списано на проклятье лабиринта.

Ежедневно Мира перевязывала рану ученому.

— Шрам останется!

— Ничего. Главное, что я снова могу владеть рукой.

В постели Исидору не лежалось. Дожидаясь окончательного выздоровления, ученый с головой ушел в размышления над таинственным костяным жезлом, сделанным из хребта неведомого животного. Очередное устройство, связанное с Магогом. С виду пустая безделушка…

Как-то раз Исидору пришла в голову идея провести нехитрый эксперимент. Он достал светящийся голубым светом пенал, который служил элементом питания для громадной помпы в лабиринте. Ученый приложил источник энергии к костяному жезлу. В ту же секунду с жезлом что-то случилось. Хребет будто бы шевельнулся. Костяные отростки потянулись к светящемуся прямоугольнику и сжали его. Вдоль жезла пробежали мелкие искры…

В другой комнате — в мастерской — Феликс коротал время, устроившись за верстаком. Он вытащил пистолет. Обойма была пуста. Коробка с шомполом, щеточкой и тюбиком масла для смазки остались в разбитой машине, которую пришлось бросить во дворе обители Магога. Все, что теперь мог сделать Феликс, — разобрать пистолет и протереть тряпкой детали.

Конечно, едва ли из этого оружия еще придется пострелять. Но Феликс, обещавший себе сохранить пистолет хотя бы в качестве талисмана, рад был оказать своему железному товарищу маленькую услугу.

В мастерскую вошел Исидор.

— А, ты встал! — поприветствовал его Феликс — Ого! Что ты сделал с жезлом?

Ученый держал жезл, рассыпающий крошечные голубые искры. Исидор повернулся в сторону манекена, стоящего в углу и привинченного к полу. К манекену протянулись сверкающие щупальца. Лучи, исходящие из жезла, охватили деревянную фигуру, вырвали ее из половиц и подняли в воздух. Затем, используя энергетические щупальца, Исидор медленно опустил манекен на пол:

— Исидор, как тебе это удалось?

— Я совместил с жезлом элемент питания. Поразительно, но это действует! Какой-то всплеск энергии…

Феликс присвистнул.

— Да ты выкорчевал манекен вместе с половицами! Спасибо, что своими лучами ты всю мастерскую не разнес.

— К сожалению, у нас нет подходящей лаборатории для экспериментов, — оправдывался ученый. — Я был неаккуратен, соглашусь. Придется попросить Дарена простить мне эту неосторожность. Однако… — Исидор присмотрелся к жезлу. — Элемент частично разрядился.

— Позволь? — взяв у ученого костяной жезл, Феликс тоже убедился, что светящийся пенал, зажатый между ребер хребта, на треть потускнел.

— Уникальная вещь! — не мог нарадоваться Исидор. — С ее помощью можно захватывать предметы неким подобием энергетической ловушки. Никогда не слыхал ни о чем подобном! Мне бы хотелось повторить опыт. Нужно изучить свойства этой конструкции.

— Но, Исидор, он же разряжается. Боюсь, нам не удастся зарядить его снова. Я бы посоветовал поберечь элемент питания. Испытаешь жезл, когда попадем в очередную передрягу, — нам пригодилась бы его мощь. В нашем положении все, что способно служить оружием, должно служить им. Скажи лучше, как твоя рана?

— О, это уже не проблема. Меня гораздо больше заботит другое. Я часто спрашиваю себя, успели ли монахи заманить в обитель нового опрометчивого путника, чтобы он закончил мозаику? Мне до сих пор в кошмарных снах снится яма, в которой меня держали. Монахи обязательно найдут кого-то еще и пытками или обманом заставят выложить из цветных кристаллов образ Магога. Пока не поздно, нам надо продолжать путешествие, Феликс. Я не прощу себе, если ты откладываешь поход из-за моей раны. До сих пор веские причины не позволяли нам покинуть город, а сейчас, когда все уладилось, было бы ошибкой медлить.