Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

Представителям самых знатных дворянских родов было известно об особости и неприкосновенности драконьих магов. Короли знали намного больше, но их обязывала молчать особая магическая клятва, так что Орден мог не опасаться разглашения своих тайн. Так что, даже окажись сам герцог искомым магом, во что магесса не верила, Айриэ могла не бояться посещения Файханас-Манора. И в герцогских землях ей, в сущности, ничего не грозило, даже подстроенный несчастный случай. Ибо проклятие сработает при любом раскладе, его не обманешь, как дознавателей, мнимой непричастностью, лживыми показаниями свидетелей или фальшивым алиби. Нет, герцог не настолько глуп, чтобы пытаться навредить магессе и рисковать собой и родом. Другое дело, что и помогать он не станет. На словах — сколько угодно, и даже воинов своих даст, хоть всех до единого. А мага-преступника — укроет, особенно если это член семьи; тайно мешать Айриэннис герцогу никто не запретит.

Командир герцогских гвардейцев вроде бы сказал всё, что поручил его господин, однако медлил уходить. Хмурясь, взбалтывал остатки пива в своей кружке и смотрел так, будто в этом занятии имелось нечто чрезвычайно интересное. Мохнатые брови сошлись на переносице, губы были плотно стиснуты, пока наконец капитан, будто решившись, не поднял глаза на магессу:

— Мэора Айнура, я хотел бы поговорить с вами по личному вопросу.

— Я слушаю вас, капитан, — подбодрила его магесса.

— Это касается моей дочери, мэора. Ей всего шесть, и она… плохо себя чувствует.

— И её болезнь не из тех, с которыми может справиться целитель? — предположила она.

— Да, мэора. Видите ли, мне кажется, что… девочку прокляли, сглазили или как это называется, я в магии не разбираюсь. Хотя, возможно, я ошибаюсь, но замковый целитель почти уверен, что это не простая болезнь.

— Хорошо, я посмотрю, — согласилась Айриэ, про себя прощаясь с мечтами об отдыхе. Ладно, может, ей повезёт и это ненадолго. — Едем.

— Прямо сейчас? Но вам ведь надо отдохнуть, мэора Айнура, — неуверенно возразил он, но было понятно, что на самом деле капитан сильно опасается, что магесса откажется ехать.

— Я не настолько сильно устала, — вежливо ответила Айриэ. — Куда ехать? В замок?

— Благодарю вас, мэора!.. Нет, не в замок, я отправил дочь с женой к родне. Опасался, что это может быть опасно для обитателей Файханас-Манора. — В последней фразе магессе почудилась лёгкая нотка лжи, хотя она могла и ошибиться. Она же не эльфийка, чтобы безошибочно чуять ложь. А капитан пояснил: — Моя жена — простого сословия, да я и сам имею только личное дворянство, его светлость пожаловал за службу. Так вот, отец моей жены — бывший торговец, он ушёл на покой и приобрёл небольшую ферму в окрестностях Кайдараха. До неё ехать с полчаса…

— Тогда вперёд, капитан! — Айриэ развеяла «глушитель» и оставила на столике пару серебряных «коронок», чего с лихвой хватило бы на оплату и её, и капитанского пива, однако гвардеец неуступчиво добавил несколько медяков от себя. Впрочем, его дело.

Глава 6

Ферма была расположена среди живописных зелёных холмов в уютной долине, перечёркнутой серебристой лентой узенькой речушки, а точнее, ручья. Бывший торговец с супругой приобрели ферму скорее для души, а не для заработка, ну и чтобы иметь к столу свежие продукты и овощи. За несколькими коровами, птицей и огородом ухаживали наёмные работники, а пожилая чета просто тихо наслаждалась жизнью, да ждала визитов любимых дочери и внуков — у Пауренов имелся ещё сын постарше.

Супруга капитана оказалась женщиной значительно моложе своего мужа, полноватой, симпатичной, с быстрыми жестами и речью. Она выглядела бодрой и оживлённой — очевидно, ради дочери и своих родителей, но её весёлость явно отдавала наигранностью.

Вежливо поздоровавшись с обитателями фермы, магесса попросила провести её к девочке. В светлой комнатке со стенами, обитыми тканью с какими-то весёленькими цветочками, всё выглядело мирным и радостным. В креслице у окна, обложенная пледами, подушками и игрушками, сидела девчушка, румяная и пухленькая, с тёмными волосами, завивающимися крупными кольцами. Картинка была настолько сладенько-умилительной, что у магессы немедленно запершило в горле и захотелось водички с лостренским лимоном. Бабушка девочки, шедшая впереди, уже начала что-то говорить внучке, когда внутри Айриэ взвыло её родовое чутьё. Под всеми масками и личинами всегда остаётся что-то, внутренняя суть, которая делает эльфа — эльфом, человека — человеком, а дракона — драконом.

Девчушка лепетала что-то в ответ и тянулась рукой к большой кукле, сидевшей перед ней на маленьком столике. Кукла была очень дорогой — пожалуй, даже слишком дорогой для людей среднего достатка, какими являлись родные девчонки. Хотя, безусловно, любящие родственники могли бы потратиться, если бы чадушко сильно возжелало игрушку. Кукла была добротной гномьей работы, с фарфоровым личиком и гибкими конечностями, с роскошным персиковым платьем и причёской придворной дамы. Такие игрушки внешне выглядели хрупкими, но на самом деле были зачарованы так, что не ломались и не пачкались, что бы милые детки с ними ни творили. Естественно, подобные куклы были очень дорогими, дарили их обычно детям знатных и богатых родителей, кто мог позволить себе подобные траты.

И не было бы Айриэннис ни малейшего дела до игрушек девчонки, если бы не вышеупомянутое чутьё, уловившее опасность чуть раньше, чем проснулось подлое заклинание, впихнутое в куклу всё тем же з-затейником, чтоб его Равновесие на атомы распылило! Благодаря чутью заклинание сформировалось на кончиках пальцев едва ли не раньше, чем Айриэ успела сообразить, что происходит. Огненный шар, небольшой, но очень мощный, ударил в злосчастную куклу, от чего та на миг вспыхнула, посылая во все стороны волны жара, а потом медленно осыпалась хлопьями пепла на обуглившийся столик. Чёрное заклинание чуть-чуть не достроилось и бесславно развеялось, так и не успев дотянуться до намеченной жертвы. Девчонка затрясла своей пухлой рукой, обожжённой до красноты, и разразилась отчаянным рёвом, прямо-таки захлёбываясь от боли и обиды.

Магесса на всякий случай рявкнула: «Стоять! Уже всё в порядке!» — чтобы обезопасить себя от действий встревоженных родственников, могущих подумать, будто она намеревалась причинить вред их драгоценному чадушку. Айриэ быстро метнулась к девчонке и залечила ожоги, вновь забрав назад зло, причинённое её собственным огнём. Увы, даже избавившись от боли в руке, девчонка реветь не перестала: надо думать, потеря любимой куклы была прямо-таки невосполнимой. Морщась от пронзительного рёва, магесса хмуро кивнула капитану, неизвестно каким чудом всё-таки удержавшемуся от нападения. Видимо, помнил об «ответном проклятии», уже хорошо. Вот что значит военная выучка, приятно иметь дело с таким человеком. Однако ярость Паурена выдавали стиснутые кулаки и напряжённый, рычащий голос, когда он процедил сквозь зубы: