В доме Охотника - Светлана Гольшанская

Глава 3. В тихой гавани

Финист стоял, замерев у окна, и безотрывно наблюдал, как Николя ведет Герду через двор в сторону видневшегося вдали леса. Охотник по обыкновению крепко держал ее за руку и не отпускал от себя ни на шаг, словно она была его собственностью. А Герда, казалось, ничего не замечала. Это раздражало Финиста больше всего. Он не понимал, отчего она вдруг стала такой доверчивой, ведь даже к нему привыкала очень долго, а с Николя вдруг полностью растеряла всю осторожность. Будто знала его не пару дней, а гораздо дольше. Неужели он тот самый? Если так, то почему он не забрал ее из Дрисвят? Не может быть, чтобы он не почувствовал ее дар.

— Финист! — настойчиво позвала Майли, прожигая спину укоризненным взглядом.

Финист повернулся и недовольно глянул на свою ученицу, сидевшую на стуле в гостиной. Почему он должен тратить время на эту взбалмошную истеричку вместо того, чтобы проводить его с любимой? Это злило как никогда. Но чтобы научить ее хоть чему-то, нужно вначале справиться с собственными чувствами, хотя бы забыть о них на время и сосредоточиться на работе.

— Как ты спала? — Финист решил начать с простого вопроса. Майли повела плечами.

— Обычно.

— Отец больше не навещал?

Она вздрогнула и заморгала:

— Зачем ты напоминаешь про него? Знаешь же, как мне неприятно и страшно.

— Если мы не разберемся с этой проблемой сейчас, дальше будет хуже. И без того слишком затянули. Ты не должна бояться привидений, да и себя тоже.

— Как я могу не бояться призрака того, кого сама предала и убила?

— В сотый раз повторяю, не ты его предала, а он тебя. Он лгал тебе всю жизнь и растил как ягненка на заклание. И убила его тоже не ты, и не Герда. Он сам себя погубил своей ненавистью. Чем быстрее ты это примешь, тем легче тебе будет избавиться от его призрака, понимаешь? Ты должна перестать винить себя… и его тоже. Не забыть, конечно, нет, забывать не стоит. Но извлечь из этого урок и жить дальше в мире с собой. Тогда призрак почувствует, что ты стала духовно сильнее его, и спокойно двинется дальше по Сумеречной реке.

— Не могу. Он мой отец. Меня учили, что отца нужно чтить и уважать, но я не делала этого. Я предала его. И даже не тогда, когда попыталась спасти вас во время церемонии, а намного раньше, когда прельстилась плотскими утехами, не обвенчавшись, не испросив его соизволения на брак. И за это должна вытерпеть все ниспосланные мне Единым наказания, самое большое из которых этот демонов дар!

Финист тяжело вздохнул. Как же сильно ей в голову вбили религиозные бредни. Почему только они не остановили ее, когда она висла у него на шее и буквально умоляла обратить на себя мужское внимание? Сколько еще придется платить за ту роковую ошибку? Почему он так легко сдался? Надо было не отступать перед отказом, а просить еще и еще, пока та, которая действительна была ему нужна, не приняла его чувства.

— Давай попробуем забыть о том, чему тебя учили в монастыре. Он тоже в прошлом, как и твой любимый Единый, за которым тебе так нравится прятаться от всех проблем. Представь, что его нет и никогда не было, а ответственность за свою судьбу несешь только ты сама.

— Не хочу этого представлять. Чтобы жить, мне надо во что-то верить. Только тогда мое существование обретает смысл.

— Верить в себя ты не хочешь?

— Я слишком слаба и ничтожна, чтобы ставить себя выше отца, а, тем более, выше Единого.

— Хорошо, как насчет того, чтоб верить в меня?

Майли недоверчиво подняла глаза.

— Как я могу верить в такое порочное создание?

— Порочное? Я?! — опешил Финист.

— Да, ты! Даже мрачный мастер Охотник куда лучше тебя. Он, по крайней мере, заботливый и внимательный. И ведет себя как благородный человек, а не как разбойник с большой дороги, умеющий общаться только с продажными девками!

— Ну, знаешь, я просто не привык лгать и притворяться. Со мной все просто — что видишь, то и получаешь. Неотесанный грубый деревенщина, потерявший дом и превратившийся в нищего бродягу и разбойника — такой я на самом деле. И не говори, что не догадывалась об этом с самого начала. Что же до пороков, то у Охотника их в разы больше моего, даже по нашим скудным староверческим меркам. До встречи с ним я думал, что хуже буквоедов и крючкотворов с голубиных станций быть уже не может. Но этот инспектор… Он же якшается с демонами и ведет себя как они. Затеял какую-то игру, где все мы марионетки и обязаны слепо подчиняться его воле, даже если это приведет на край обрыва.

— Послушай себя! Ты же просто ревнуешь к нему Герду. Вот уж действительно жалкое зрелище.

Финист поморщился и громко скрипнул зубами.

— Как тебе угодно, но помяни мое слово, Охотник совсем не таков, каким кажется на первый взгляд. И я сделаю все, чтобы вывести его на чистую воду.

— Смотри, как бы тебя самого не вывели, — съязвила Майли. — Урок закончен? Я свободна?

— Да, — махнул на нее рукой Финист, не в силах больше что-то доказывать, и закрыл глаза, пытаясь восстановить спокойствие.

Полный провал. Ну почему то, что было так легко с Дугавой и Жданом, с ней так невероятно трудно?

Финист поднял голову и заметил, что Майли остановилась посреди лестницы, внимательно глядя на него. Он задумчиво сощурил глаза. Конечно, всегда есть способ сделать девушку сговорчивей, особенно когда она явно дает понять, чего хочет, но… Нет, он уже совершил эту ошибку однажды — не стоит ее повторять. Финист снова повернулся к окну. На улице целитель хлопотал по хозяйству: чистил дорожки от снега, колол дрова, таскал воду в конюшню. Финисту стало совестно, что он прохлаждается без дела. Аж руки загудели, требуя, чтобы он занял их работой.

Финист решительно вышел во двор и, деловито отобрав у Эглаборга вилы, вычистил конюшню, подослал пол сухой соломой, подкинул сена и выгнал лошадей гулять в загон. Потом поправил покосившуюся дровню и уже начал искать новое занятие, когда на крыльце показался целитель и направился в его сторону. За его спиной робко прятался Вожык.

— У вас еще урок с мальчиком, — напомнил Эглаборг, выпихивая вперед испуганно мявшегося мальчика. — Вы не забыли? А то он слишком стесняется.

Финист прикрыл лицо рукой. Конечно, как он мог забыть, ведь об этом просила Герда! А все Майли виновата со своими истериками.

— Хорошо. Ты тепло оделся?

Вожык несмело кивнул.

— Тогда, пожалуй, уйдем подальше от домов… на всякий случай.

Мальчик совсем понурился. Финист постарался выдавить из себя подбадривающую улыбку, но, вспомнив, как легко это получалось у Николя, тут же посуровел.

— Идем.

Вместе они добрались до пустыря между городом и лесом и остановились в низинке, где не так дуло.