Войны веры - Владилен Янгель

– Хорошо. Я помогу тебе Гарвель. – Впервые назвал демонолога по имени купец.

Глава 7

К вечеру караван уже выходил из ворот Нуры. Взамен павшего верблюда Азиль купил двух. Одного под груз, а другого для чернокнижника.

Отдохнувшие звери довольно бодро несли всадников и груз. Впрочем, столь же бодро они несли бы их из мгновенье до того как пасть. Все это было давно известно любому кто имел дело с этими флегматичными животными. Гарвель против того чтобы ехать верхом на горбатом звере не возражал. Ночью он рассчитывал немного отдохнуть и решить проблему с местным языком. Однако вызов Агареса – одного из самых могущественных Хоэфитов и без того был сложнейшим в исполнении ритуалом. А проведение его на песке и вовсе превращало эту затею в полнейшую авантюру, конец которой наверняка будет грустным, причем не только для рискнувшего чернокнижника. Будучи по силам равным архидемону Агарес, повелевал земной стихией, причем, весьма специфически. А именно Агарес мог вызывать землетрясения такой силы, что не снилась ни одному элементалисту, и охватывать такую площадь, что целые государства вполне могли кануть в лету от его усилий. К этому так же стоит добавить раздражительный нрав демонического мага. Но все же именно он был чуть ли не единственным демоном способным дать заклинателю знание любого из используемых языков. Впрочем, из-за опасности призыва к этому прибегали совсем не часто. Пожалуй на памяти Гарвеля таких ритуалов было проведено десятка два. И четыре из них закончились гибелью заклинателя. Хотя стоит отметить, что опытные демонологии вообще избегали подобного метода обучения. Куда проще и безопасней выучить язык самому, конечно если есть время. А времени в распоряжении Гарвеля как раз не было. Тем временем огромное закатное солнце медленно но неотвратимо клонилось к закату. Во всех краях где Гарвелю доводилось побывать в это время жизнь замирала до рассвета. В пустынях зепара все было наоборот. Струящуюся по воздуху прохладу компенсировал пышущий жаром песок прокаленный солнцем за длинный день. В целом только сейчас температура и была приемлемой. Впрочем способности Гарвеля вполне позволяли переносить и куда более высокие температуры.

С тех пор как он лишился Истока, и перетащил в реальный мир своего инфернального двойника, собственное тело повиновалось ему куда лучше, более того в определенной степени он мог даже менять его подобно тому как это делают захватившие чужое тело демоны. Но все же полные превращения были ему недоступны. Он не мог покрыть свое тело прочной костяной броней, как сделал это монстр в одиночку вырезавший весь княжеский дворец включая дружинников, и прислугу. Хааг же таких проблем не испытывал. С каждым разом плоть щенка все легче и легче меняла свою форму. В конце концов имп кажется ухитрился слить свое сознание со слабеньким разумом щенка. А возможно он нашел какой то иной путь, однако результат был налицо. Из стороннего наблюдателя Хааг превратился практически в хозяина разделенного на двоих тела. Гарвель не вмешивался, такие метаморфозы были ему в большей степени безразличны. Да и в отличии от Хаага чернокнижник знал, что полученная щенком часть сущности Батора, вскоре изменит кроху окончательно и бесповоротно. И времени на это понадобиться не так уж и много. И что тогда будет с импом было неизвестно. Впрочем Гарвель не сомневался что сумеет уберечь Хаага от исчезновения. Имп был полезен, к тому же даже лишившись поддержки от демонолога Хааг не так уж и ослабел. До того чтобы шагнуть на следующую ступеньку своего развития импу оставалось совсем немного. Хааг же в тайне как ему казалось надеялся, что став полноценным демоном, ему удастся воссоздать свое тело, если конечно так можно назвать энергетическую структуру способную производить и хранить энергию. Чернокнижник не стал развеивать иллюзий импа, да и времени на это у него не было. Сидя в седле Гарвель быстро делал какие то расчеты в небольшой черной книжице. Но не смотря на все свои усилия ничего путного не получалось. Единственным способом выучить язык был призыв Агареса, а сделать это на песке и остаться при этом в живых не представлялось возможным. В отличие от камня либо полной жизни почвы песок был текуч, и не мог удержать магическую составляющую вычерченной фигуры. И трюк с водой на сей раз был бесполезен. Даже если смочить песок, и вычертить фигуру призыва, то заклятье распадется, за несколько секунд. Агареса то призвать скорее всего удастся, а вот самая важная составляющая призыва – защита развалиться на части оставив чернокнижника один на один со своенравным хоэфитом. И тогда знание языка этой страны будет уже не нужно, как впрочем, и все остальное. Наконец Гарвель бросил бесплодные попытки создать нечто способное удержать текучий песок на месте. Тем временем солнце скрылось за горизонтом. Сумерки сменились почти полной тьмой пронизанной светом неожиданно ярких звезд. Каких никогда не встретишь северных странах. Вместе тьмой пришел и холод. Приятная прохлада обернулась холодом. Поплотнее закутавшись в плащ нахохлившийся чернокнижник созерцал окружающий пейзаж. Но взгляд было негде зацепиться удивительно монотонный пейзаж убаюкивал заставляя терять бдительности. Именно сейчас в ночной тьме пустыня и впрямь стала казаться морем. Столь же огромная она подавляла своими размерами.

Мелкая живность приспособившаяся к условиям этого жаркого края вылезла из своих нор наполняя мир шуршанием песка. И тихими криками. Вечный круговорот жизни и смерти приостановившийся пока беспощадное солнце совершало свой поход по небесной сфере, вновь набирал обороты. Живущая по ночам живность торопилась добыть себе еды, пока короткая летняя ночь не закончилась. Все это копошение расцвечивало пустыню в глазах чернокнижника. И пусть видел он в основном боль умирающих в лапах хищника жертв, смешанную с удовлетворением насыщающегося охотника, картина менее величественной от этого не становилась. Батор устроившись в седле перед демонологом дремал положив голову на лапы. Рука демонолога придерживала мохнатое тельце не давая ему соскользнуть с седла. Внезапно внимание Гарвеля привлек густое как кисель облако желтого света, набирающее яркость с каждой секундой.

Мгновенье понадобилось демонологу на то чтобы осознать что происходит.

– Нападение! – Предупредил караванщиков Гарвель Тот час же в воздухе свистнула стрела пролетев над головой демонолога. А вслед за ней целая туча стрел опустилась на караван. Крики раненых караванщиков влились в царивший вокруг хор смерти. Мир для Гарвеля немедленно окрасился в красный цвет боли. А желтое облако азарта и ярости стремительно приближалось. Свист стрел вновь заполнил собой прохладный воздух ночной пустыни. Сотканный из инфернальной энергии щит с тихим треском отклонял стрелы от демонолога.