Страта - Терри Пратчетт

На пределе увеличения виднелась крошечная расплывчатая полусфера. Они молча глазели на нее.

– Планета как планета, – нарушила молчание Кин.

– Да, – согласился Марко. – Но необычно яркая, учитывая дистанцию. Полированный лед?

Сильва деликатно кашлянула, привлекая внимание.

– Я, конечно, не астроном, – сказала она. – Но ведь такого просто не может быть?

– Не лед? Ну тогда это может быть гелий-4, – предположил Марко.

– Ах, я не про это, – сказала шанда. – Разве освещенное полушарие планеты не должно быть обращено к звезде?

Кин и Марко впились глазами в светлое пятнышко.

– О дьявольщина!… Она права!… – Марко окинул беглым взглядом боковые экраны. – Всего полмиллиарда миль, и мы можем просто прыгнуть по прямой. Ну… поехали!

На мгновение все его четыре руки воспарили над сенсорами пульта, словно стая коршунов. И упали.

ГЛАВА 12

Небо падало прямо на них. Марко, почти в гипнотическом трансе, ловко вывернул корабль, и теперь уже прямо под ними раскинулся, подобно гигантскому драгоценному блюду, этот немыслимый, невозможный, безумный Плоский мир. Блюдо было наполнено континентами. Оно напоминало монетку, брошенную на удачу в галактическое пространство нерешительным божеством.

Корабль вышел из прыжка на двадцать тысяч миль выше планетарного диска и немного сбоку от него. Кин смотрела на туманную рельефную карту: черная земля, серебристые моря, над ними облака, освещенные лунным светом. Там виднелась также… за неимением лучшего термина – полярная шапка (был ли такой картограф, коему довелось составить карту плоской планеты?), расположенная на краю диска с одной его стороны (это север?).

Лунный свет исходил от здешней луны, которая висела всего лишь в нескольких тысячах миль над Плоским миром и сияла. Собственным, а не отраженным светом, так как здесь нечего было отражать. И там были звезды… да-да, между диском и кораблем находились звезды!

Туманную карту обнимал призрачный шар. Марко перевел на общую речь то, что сообщили ему лишенные эмоций машины. Диск помещен в прозрачную сферу диаметром в 16 тысяч миль, а звезды просто прикреплены к этой сфере.

Край диска с одной стороны начал светлеть. Внезапно вспыхнул зеленый огонь и промчался по всей окружности диска: теперь они смотрели словно в темную дыру в пространстве, окруженную ободком зеленого и серебряного пламени. На пламенном кольце выросла сияющая жемчужина, и кольцо вдруг пропало – столь же внезапно, как и родилось. Солнце Плоского мира взошло. Очень яркое и очень маленькое солнце.

Одна машина сообщила Марко, что это внешний термоядерный реактор. Но выглядел он точь-в-точь как светило.

«Я непременно сохраню это воспоминание», – подумала Кин. Зеленый огонь на утренней заре, потому что кольцевой океан, охватывающий Плоский мир, переливается через край диска и падает водопадом длиною в тридцать пять тысяч миль, а солнце, восходя, посылает лучи сквозь падающую воду… Неудивительно, что Джало был просто помешан на этом мире.

Рассвет стремительно помчался по Плоскому миру. Сильва первая поняла, что видят ее глаза, и нервно хихикнула.

– Он говорил про плоскую Землю, не так ли? И ведь не соврал, взгляни!

Кин поглядела. Континенты, конечно, не совсем правильно сориентированы, а Новый Свет отсутствует вообще… но это Земля. Кин узнала Европу. Там, внизу, маленькая вторая Земля, и она плоская.

Марко перевел корабль на низкую орбиту, и все они на три часа, не отходя ни на шаг, прилипли к большому экрану в рубке. Даже Сильва пропустила время обеда, питая не объемистый желудок, а ненасытное любопытство.

Они рассмотрели мировой водопад при большом увеличении. На краю диска были каменистые острова, на некоторых росли деревья, нависающие над невероятной бездной водопада. Но сам диск оказался только в пять миль толщиной. Когда корабль пролетел под диском, они не увидели на его обратной стороне ровно ничего, кроме гладкой угольно-черной поверхности.

– Некоторые люди верили, что мир плоский и стоит на спинах четырех огромных слонов, – сообщила Сильва.

– Да? – усомнилась Кин. – А на чем стояли слоны?

– На гигантской черепахе, вечно плавающей в космическом пространстве.

Кин обдумала предложенную идею.

– Очень глупо, – сказала она. – Чем будет дышать черепаха?

– Ты у меня спрашиваешь? Это человеческий миф.

– Но я бы многое дала, чтобы узнать, как этот океан может вечно переливаться через край.

– Молекулярное сито? – предположил Марко, не отрываясь от информационных экранчиков. – Интересно, но сейчас совсем неважно. А вот где население?

– Кто-нибудь пытается вступить с нами в контакт?

– А как же, так и рвутся в эфир.

– Полагаю, ответ отрицательный. Ладно, – заключила Кин, – возможно, оно и к лучшему. А то я все никак не могу забыть о нашем корабельном арсенале.

– Признаюсь, эта мысль меня тоже редко покидает, – сказал Марко. – Возможно, Джало имел в виду охоту на тех морских монстров, но мне почему-то так не кажется. А вот что мне точно кажется… Что строителей этого артефакта, кем бы они ни были, вряд ли обеспокоит любое оружие, которое может найтись на нашем корабле.

– А если обитатели этого мира давно уже умерли? – предположила Сильва.

Кин и Марко вопросительно посмотрели друг на Друга.

– Не думаю, – сказал кунг. – Уж скорее я поверю, что они решили перейти из физического плана существования в духовный.

– Могу предсказать, что вскоре их ожидает большой шок, – сказала Кин. – Этот артефакт требует колоссального количества энергии только лишь на то, чтобы поддерживать его в рабочем состоянии. Солнце ходит по принудительной орбите, океан льется через край, а значит, надо постоянно пополнять внутренние моря, и зачем было делать фальшивые звезды, если кругом полно настоящих…

– На последний вопрос я могу ответить, – заметил Марко. – Похоже, что большая сфера прозрачна лишь в одну сторону. Мы можем видеть, что внутри, а они не могут видеть, что снаружи. Но только не спрашивай меня, зачем все это.

– Мы приземлимся? – поинтересовалась Сильва.

– Но как же мы туда попадем? – спросила Кин. Марко ухмыльнулся.

– Проще простого. В этой прозрачной раковине восьмиметровая дыра. На предыдущем витке мы над ней пролетели.

– Что?! И ты не обмолвился ни словом?

– Вы с Сильвой были слишком заняты водопадом. Корабль завис над дырой через двадцать минут.

По форме она напоминала эллипс, края выглядели оплавленными. «Такое отверстие может проделать, к примеру, геологический лазер, – подумала Кин. – Мог ли быть такой лазер на Терминусе? Вполне вероятно».