Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

Элен осторожно просунула мизинец внутрь механизма и потрогала ключ. Убедившись что он не застрял намертво, она перевернула крауцер циферблатом вверх и принялась пальцем аккуратно двигать ключ туда-сюда, стараясь освободить его. В конце концов ей удалось это, ключ переместился ниже, где она могла уже взяться за него большим и указательными пальцами. Вскоре заветный ключик лежал у неё на ладони.

— Вот, — сказала она с улыбкой, протягивая добытую вещицу инопланетянину. Туру жадно схватил и ключ и сам крауцер и тут же принялся пытаться завести его. Сделать это толстыми мохнатыми пальцами было не просто.

— Давай я …, — начала Элен.

— Я сам! — Сердито перебил её туру. — Каждый должен заводить крауцер сам.

Мимо по тропинке с корзиной в руках неспешно шла пожилая женщина в платке, синей блузке и цветастой юбке. Она видела что произошло, в какой-то момент даже специально остановилась, чтобы пронаблюдать как маленькая девочка отважно пытается помочь громадному туру. Теперь она продолжила свой путь, а напоследок беззлобно бросила:

— Хоть бы конфеткой ребятенка угостил чудище волосатое. Скупердяй хренов.

— Тебя не спросил грымза колченогая! — Тут же откликнулся туру, не прекращая своих усилий завести крауцер.

Наконец ему удалось вставить ключик в маленькую скважину и он принялся осторожно поворачивать его. Но видимо слова женщины всё же задели его и в какой-то момент он покосился на сидящую на корточках девочку и хмуро произнес:

— Нет у меня конфет. Честно. Хочешь жука?

Элен, сдерживая улыбку, посмотрела в коровьи глаза инопланетянина и как будто с обвинительной интонацией сказала:

— Ты разве не знаешь что детёныши Омо не едят жуков?

— Знаю, — признался туру и отвел взгляд, словно слегка устыдившись. — Вы глупые.

— Пожалуй мне нужно идти, — сказала девочка и встала.

Туру испытующе поглядел на неё.

— Разве ты не хочешь задать вопрос? — Спросил он с ноткой подозрения.

— Какой вопрос?

— Любой. У тебя что, совсем нет вопросов?

Элен с непониманием глядела на него. Туру снисходительно пояснил, протягивая ей свой драгоценный прибор:

— Вот, возьми, прокрути стрелки на один круг влево, вот так и, удерживая их, задай свой вопрос. Затем убери палец и ты получишь ответ.

Элен осторожно взяла крауцер. Свела вместе стрелки и провернула их по кругу против движения часов. Стрелки явно были подпружинены и чем дальше девочка их крутила, тем сильнее они сопротивлялись. Она посмотрела на инопланетянина.

— Ну, — подбодрил он. — Говори и отпускай.

— Где мне найти своего папу? — С волнением тихо произнесла девочка. Она убрала палец и стрелки быстро завертелись в обратном направлении. Когда они остановились, три из них были практически вместе, а одна градусов на 60 дальше.

Туру поглядел на циферблат.

— О, — радостно воскликнул он. — Крауцер практически уверен, что 89.

— Что 89? — Растерянно спросила девочка.

— Откуда я знаю, когда придет время, поймешь. Но раз три из четырех стрелок вместе, то значит непременно так оно и будет.

«Шарлатанство», сердито подумала Элен. И пожалела о том что заговорила об отце при постороннем. Она попыталась вернуть прибор, но туру милостиво произнес:

— Спрашивай еще. В один день можно до трех вопросов.

— Я не хочу чтобы ты слышал мои вопросы, — дерзко заявила Элен.

Инопланетянин фыркнул.

— Какое мне дело до твоих вопросов?! Ну если хочешь, можешь шептать их про себя, крауцеру это не важно. Он всё равно читает их в твоём сердце.

«Ну конечно», насмешливо подумала девочка. Тем не менее снова отвела стрелки и тихо прошептала: «Стоит ли мне сбегать от судьи?». Стрелки завертелись и остановились. Все четыре вместе. Она показала крауцер туру.

— Категоричное «нет», — объявил он. — Чтобы ты там не спрашивала, можешь ничуть не сомневаться, ответ — «нет».

Элен задумалась. Это было похоже на правду. По крайней мере, на этот раз это была не просто нелепица «Где искать отца? — 89» и ответ хоть как-то сходился с вопросом. Но несомненно это всё какой-то хитрый фокус. Наверно обычно туру выступает с этим номером на каких-нибудь ярмарках и естественно берет за это деньги.

— Могу еще один?

— Можешь.

Немного поразмыслив и скользнув взглядом по слуге судьи, девочка тихо прошептала: «Кого убил Галкут?». Стрелки завертелись и снова замерли все вместе.

Туру посмотрел на крауцер и сказал:

— Снова однозначный ответ. Так обычно бывает, когда спрашиваешь о прошлом. Он говорит — сын.

Элен почти вздрогнула. Галкут убил собственного сына?! Девочка быстро вернула прибор хозяину. Как бы там ни было, но этот крауцер, а скорее всего сам туру снова угадали ответ, который в принципе соответствовал вопросу. Если бы инопланетянин сказал гора, река, зеленый, огонь или любой другой бред, было бы ясно, что это даже не фокус, а просто глупый спектакль, где актер и зритель как бы договариваются что ради общего развлечения они будут делать вид что верят в совершеннейшую бессмыслицу. Но последние два ответа не были бессмысленными, их было трудно или даже невозможно проверить, но, тем не менее, чисто теоретически они могли быть верными. И это немного напугало девочку. И в тоже время ей очень захотелось задать еще вопросы: «Найдет ли она папу и всё ли с ним будет в порядке». И она чуть ли не заругала себя за то что так бездарно потратила три своих шанса. Но тут же осадила себя, что еще за детский лепет, ей уже скоро исполнится восемь лет, а она как маленькая верит в глупые сказки, три вопроса, три желания.

— Прощайте, мистер, — с некоторой сухостью произнесла девочка.

— Прощай, детеныш, — ответил туру неожиданно весело. — И не забудь: 89, нет и сын.

Элен вернулась на тропинку к Галкуту. Слуга судьи полюбопытствовал:

— Ну что помогла страдальцу? О чем вы там так долго болтали?

Девочка задумчиво поглядела на него, холодея при мысли что этот человек возможно убил своего собственного ребенка. И ей впервые пришло в голову, что он не просто злодей и садист, а еще и сумасшедший, псих, который во время приступа своей болезни опасен для всех кто рядом. Впрочем, пока, судя по всему, никаких приступов у Галкута не было. И оставалось надеяться что он продержится еще пару-тройку дней, до того момента как они доберутся до герцога Этенгорского. Элен удивилась тому с каким спокойствием она уже принимает это. К тому же крауцер ведь сказал, что ей определенно не стоит пытаться избавиться от судьи, а значит и от его